Повязанный кровью - Павел Корнев

– Да что там будет с одной рюмки? Только для сугрева. – Трактирщик отходить не стал и, лениво оглядев почти пустую обеденную залу, пригладил остававшиеся вокруг гладкой лысины редкие волосы.

– Нет, и не предлагайте, нам сегодня домой в Анаджио отплывать, а цены на зерно куда выше, чем мы рассчитывали. Дядька злой как черт.

– Да, зерно подорожало, – поскучневший трактирщик выставил передо мной вторую кружку, вытер о замызганное полотенце руки и сгреб медяки в нашитый на фартук карман.

– Это что! Говорят, и на соль цены взлетят. – Я отпил стаута и одобрительно покачал головой. Хорош…

– Брехня, – как-то не очень уверенно возразил мужик. – Ладно, в Заозерье поля пожгли, но солеварни-то под боком – что с ними станется?

Тут уже пришла моя очередь пожимать плечами и надувать щеки. Вышло это у меня вполне натурально – действительно, а что с ними случится? – и преисполненный чувства собственного превосходства трактирщик поделился парой свежих слухов. Я в долгу не остался и, припомнив мельком услышанные на базаре разговоры, тоже продемонстрировал свою осведомленность о жизни города.

Разговорившийся трактирщик предложил мне копченой камбалы, и у меня уже появилась мысль, как перевести разговор на постояльцев, но тут с лестницы на весь зал кто-то заорал:

– Хозяин! Мяса с кровью, и поживее! Никакой рыбы! Мяса! И кувшин старого эр-нагорского.

Услышав голос Роны, я чуть не подавился пивом и во все глаза уставился на слегка подвыпившую девушку. Спускавшийся следом невзрачный Головад держался на ногах ничуть не тверже своей спутницы. Хоть за перила, в отличие от нее, и не хватился.

Поднеся кружку к лицу, я прислонился к стене и сделал длинный глоток. На мое счастье, парочка охотников за скальпами не удостоила стойку своим вниманием, а сразу же свернула к стоявшим на возвышении столам. Стараясь не выдать своего интереса засуетившемуся трактирщику и нащупывая зашитый нитками кармашек на левом рукаве камзола, я с интересом смерил взглядом Рону.

Вот так посмотришь – ничего особенного. Симпатичное лицо портили резкие черты, темные волосы заплетены в косу, а свободного покроя длинное синее платье почти полностью скрывало излишне коренастую, на мой взгляд, фигуру. У нее оружия видно не было, у Головада в ножнах на поясе висел длинный прямой кинжал.

И почему этой братии никогда не составляет труда выхлопотать разрешение на оружие?

– Хозяин, тащи мясо! – Рона уселась за стол и потрепала по щеке нахмурившегося Головада. Тот отбросил ее руку и принялся сбивать с принесенного разносчицей кувшина с вином сургучную печать. – Да не вздумай его пережарить!

Сколько времени может понадобиться для того, чтобы приготовить мясо? При разогретой плите – всего ничего. Я прищурился и посмотрел в спину уже потащившему на подносе хрустальные бокалы и корзинку с хлебом трактирщику. Этот из кожи вон вывернется, но таким гостям угодит – выдержанное эр-нагорское вино по карману очень немногим. Значит, и мясо быстро приготовят, и к столу его сам хозяин унесет. Да даже если не сам…

В любом случае в запасе у меня времени не так уж и много.

Я наконец вытащил из потайного кармашка замотанную в просмоленную ткань лепешку сушеной травы и выбрал из кошеля самую крупную монету – найденный вчера серебряный талер. Ну же…

Трактирщик уже успел вернуться к стойке и вовсю нарезал зелень и овощи, когда выбежавший с кухни поваренок передал ему здоровенное блюдо с поджаренным мясом и тушеными овощами. Хозяин тут же отложил нож и подхватил поднос, но я не стал терять время и остановил его, слегка заплетающимся языком попросив кишкодера.

– Одну минуту, – досадливо поморщился трактирщик, собравшийся к столу с куда более солидными и денежными заказчиками, но в этот момент у него из нашитого на фартук кармана выпала и зазвенела на полу серебряная монета.

Профессиональная бережливость взяла свое – поставив поднос на стойку, он поднял закатившийся под стул талер, сунул его в карман и, вновь подхватив поднос, поспешил к столу охотников за скальпами.

Я отряхнул об штанину налипшие на пальцы крошки багрян-травы, накинул на голову капюшон и, немного пошатываясь, вышел на улицу. Что ж, все прошло как нельзя более удачно. Вскоре Головаду и Роне станет не до меня. Надеюсь, они не слишком нагрешили за прошедшее с последней исповеди время. А впрочем, какая разница…

Перейдя на другую сторону улицы, я остановился напротив постоялого двора, и в это время меня скрутил приступ рвоты. Избавившись от двух кружек пива, утерся полой плаща и закрыл глаза, дожидаясь, пока перед глазами перестанут мелькать разноцветные пятна. Да, багрян-трава – штука крайне неприятная. Ну сколько я мог ее вдохнуть? Всего ничего. И то по самому краю прошелся.

Постояв некоторое время опершись о стену, я вытер плащом покрывшееся испариной лицо, потом подумал и выкинул его в заполненную грязью канаву.

Раздававшиеся на постоялом дворе крики меня сначала не заинтересовали, но когда с грохотом распахнулась входная дверь и выскочивший из нее поваренок помчался по улице, стало понятно, что моя уловка сработала и больше охотников за скальпами можно не опасаться. Теперь бы только убраться отсюда побыстрее…

– Привет, Кейн, где пропадал? – подсел ко мне за стол подвыпивший Янек, когда под вечер я вернулся в таверну и только принюхивался к аромату, идущему от утащенной с кухни миски ухи.

– Дела были, – не очень вежливо буркнул я, даже не повернув голову в его сторону, и активно заработал ложкой. Настроение было отвратительным, нервы натянуты до предела, а неуместные расспросы вызывали лишь желание забить их обратно в глотку излишне любопытному дружиннику.

И действительно, мало того что меня чуть не подстрелили утром, а мой скальп хочет заполучить Гаспар, так еще Дубрава наотрез отказался выдать хоть сколько-нибудь монет даже в счет полного отказа от своей доли в добыче. И то, что, пообщавшись с рекомендованным Карло уличным торговцем, удалось выяснить имя вчерашнего монсеньора, настроение нисколько не улучило. Этот франт оказался ни много ни мало эрлом Майторном, вторым лицом в здешнем торговом представительстве герцогства Йорк. Что самое паскудное, вчера вечером он в сопровождении небольшого отряда отбыл на родину.

Получается, последняя ниточка оборвалась. Надо отправляться в погоню – иного выхода пока не вижу.

– Дела? На помойке, что ли, поваляться? – хмыкнул проходивший мимо с кружкой пива Язва.

– Что-то типа того. – Я бросил взгляд на испачканный камзол и тяжело вздохнул.

– Иди, Янек, погуляй, мне с Кейном поговорить надо, – с ходу заявил Арчи, плюхаясь на скамью рядом со мной.

Змейка без лишних вопросов поднялся и пересел за соседний стол.

– Чего тебе? – вздохнул я.

– Дело есть, – как-то очень уж неуверенно замялся здоровяк. – Только учти, кому сболтнешь – язык вырву.