Шаг в пропасть - Юрий Иванович

Команда. Вашингтон. Июнь, 2012

К большому удивлению Чарли Бокеда, который предвидел три часа спокойного сна, им дали выспаться все четыре. Видимо, осознавали, что после затянувшегося обеда выпившие весь коньяк мужчины в любом случае должны основательно проспаться. Причем осторожным стуком в дверь каждой спальни разбудила не кто-нибудь, а сама госпожа Монро. При этом она сразу и причину такой побудки объясняла своим чудесным голосом:

– Вставайте! Нам надо обсудить и сообща составить итоговый рапорт по ночным событиям. Ну и заодно поделюсь свежими новостями, вряд ли вы в курсе последних событий. Вы меня слышите, Сергей?

А тот лежал расслабленно на кровати и опять любовался образом, зависшим перед его мысленным взором.

«Легко, красиво и намного доступнее, чем в кинематографе! – восхищался он, стараясь не шевельнуться и не открывать глаза. – И ведь что самое странное, на этом прекрасном лице я могу идеально рассматривать всю мимику и читать все эмоции, даже не присматриваясь к ауре! Вот сейчас, например, Лилия страшно волнуется и явно стесняется. Хотя всеми силами хочет казаться спокойной и бесшабашной. Это у меня новые способности развиваются или старые совершенствуются?»

Голос за дверью изменился: добавилась сталь вместе с бодрящей свежестью:

– Так вы проснулись или нет?

– Да! Уже пытаюсь поднять свои кости с кровати.

– Сколько вам дать времени на приведение себя в порядок?

– Хотя бы десять минут, – попросил академик и получил несколько больше:

– Через четверть часа жду вас в столовой.

И что заметил вдруг за собой Чернов, так это необычайную скорость после этого и расторопность передвижения. Такое даже впечатление сложилось, будто собирается на первое свидание. Словно семнадцатилетний пацан, за три минуты принял душ, две минуты потратил на бритье, пять минут на одевание и причесывание у зеркала. Причем когда уже спускался по лестнице на первый этаж, в памяти промелькнули видения последнего сна. Нечто ускользающее, эфемерное и таинственное. Но вот только странная уверенность появилась, что в том сне была и Лилия Монро. Вернее, не она сама в своем неестественно расплывшемся теле, а тот самый образ, который возникает при прослушивании чудесного голоса.

«Вот оно! Кажется, раскусил ее тайну! – От озарения Сергей Николаевич замер перед входом в столовую. – Наверняка такие, как она, в древности и послужили прообразами знаменитых сирен. Тех самых сирен, которые заманивали неосторожных моряков призывными стонами и своими чарующими голосами. Ну а в наше просвещенное время такой, как Монро, ничего больше не остается, как быть руководителем любой группы людей. Попробуй такую не послушайся! Хотя… может, это только мне вместе с ее голосом еще и некая красавица мерещится? Надо будет у нее выспросить на эту тему».

Как Чернов ни спешил, но Чарли Бокед уже восседал за столом и как раз рассматривал поданную ему чашечку с кофе. Наверняка его разбудили первым, а может, он уже и сам встал на минуту раньше. Все-таки в душе у русского академика крепло твердое убеждение, что знаменитый английский сыщик во всех своих поступках, открытиях и поисках пользуется именно предвидением. А уже потом хваленой дедукцией. Да и то скорее дедукция, анализ и прочие разглагольствования служат именно для прикрытия паранормального умения. Потому что иначе догадаться про заполненную кем-то пустоту в бетоне – дело невероятное. Ну разве что инопланетянина впихнули туда не кто иные, как хорошие знакомые Чарли. А потом просто подсказали, где и кого разыскивать. Но последнего быть не могло, потому что одним из наработанных с помощью Найденыша умений академика было отличать правду ото лжи.