Заноза для графа - Ника Ёрш

Пришлось лечить не одну, а тринадцать дам, что совершенно не входило в планы Джейд. Ее саквояж изрядно похудел, а за лекарства нужно было отчитаться перед мистером Сандерсом, отдав при этом собственные монеты! Благо с мисс Билли удалось стрясти обещание на выплату за половину расходного материала, да и то сдалась женщина не сразу.

— Сначала хочу увидеть результат! — упрямо заявила она. — Я вас впервые вижу! Кто может поручиться за вашу работу?

Никто не мог поручиться.

Джейд была новенькой в Рагосе, и ее начальник здесь скорее дал бы рекомендацию держаться от лекарки подальше. Пришлось соглашаться на половину, надеясь на будущее сотрудничество. Тогда Джейд еще не знала, сколько сил уйдет на лечение, и теперь была полна решимости продолжить спор с учетом новых обстоятельств.

Настроение от такой вылазки портилось с каждой минутой.

Закончив о своей ногой, Джейд медленно поднялась, придерживаясь стены и прислушиваясь к собственным ощущениям. Совсем неплохо вышло: боль в ноге практически утихла.

Главным сейчас казалось лишь одно: не проявить слабость перед графом Баррингтоном. Видеть жалость в его глазах было сродни наказанию. Пусть лучше рычит и угрожает, чем смотрит, как на побитую собачонку. Так спокойней и привычней.

— Справлюсь, — Джейд улыбнулась сумраку комнаты, подбадривая себя.

Опустив юбку, она собиралась выйти в холл, но ее остановил хриплый кашель.

Мужской.

Вскинув взгляд в направлении звука и прищурившись, Джейд разглядела смутную тень у противоположной стены.

— Кто здесь?! — спросила она, готовясь бежать.

— Это его сиятельство вас так? — все так же хрипло спросила “тень”, выходя на сумрачный свет.

Джейд тихонько вздохнула от облегчения.

— Вы что, все это время были здесь, Гийом? — вопросом ответила она, узнав охранника борделя.

Да.

Джейд осуждающе покачала головой:

— И даже не предложили помощь.

— Я? — лицо громилы вытянулось от удивления. — Вы бы приняли мою помощь в этой ситуации?

— Теперь вы никогда об этом не узнаете, — пожала плечами Джейд, — но возможно хотя бы испытаете угрызения совести.

Гийом встал неподалеку и белозубо улыбнулся. Совесть если и грызла его, то слишком вяло, без энтузиазма.

— Так кто вас так, мисс? — повторил он свой вопрос.

— Упала, — призналась Джейд, вспоминая, как получила синяк.

Сказал бы ей кто с утра, что скоро она окажется в борделе, лежа под Грегори Баррингтоном, засмеяла бы! А теперь смешно не было.

Опомнившись, Джейд добавила:

— Но не хотела бы, чтоб кто-то знал об увиденном вами.

— У нас в заведении многие падают, — криво усмехнулся Гийом. — Я умею держать язык за зубами, мисс, иначе не работал бы здесь.

— Я боюсь, вы неправильно меня поняли. — Джейд, осознав, что громила остался при своем мнении и по-прежнему считал графа виноватым в рукоприкладстве, испытала раздражение. — Если бы меня кто-то ударил, боюсь он бы не выжил. Или не выжила бы я. Один из нас точно покинул бы этот прекрасный мир в неравной битве.

Гийом рассмеялся:

— Да, я заметил, что вы — не промах, мисс.

— Попробую считать это комплиментом.

— Значит, и правда упали? Тогда почему просите скрыть это и прячетесь здесь?

— Разве это не очевидно? — поразилась Джейд. — Я не люблю, когда меня жалеют из-за подобных глупостей. На моей ноге небольшой синяк, он не заслуживает столько чужого внимания. Женщин и без того все считают слабыми и безрассудными...

Гийом громко фыркнул, покачал головой.

— Что?

— Я понял, — загадочно ответил он. — Вы одна из этих дамочек?

“Этих”?

— Сейчас их много в столице, — кивнул громила. — Сильные и независимые, требующие для себя равенства с мужчинами. Живущие за счет богатых отцов, не поднимающие в жизни ничего тяжелее собственной шляпки...

Джейд насупилась, осторожно подняла свой саквояж и собиралась гордо выйти, но громила не позволил.

— Я не хотел вас обидеть, мисс лекарка. Это ваша жизнь, не моя, и вам самой решать, как поступать.

— Мне не нужно ваше понимание, Гийом, — холодно проговорила Джейд, — но я действительно одна из “этих”. У меня есть голова на плечах, есть сила, которую я хочу применять во благо. Есть образование, право на которое пришлось выгрызать. Я не стремлюсь работать стражником, не требую пустить меня в мужские клубы по интересам, не кричу, что способна заменить собой мужчину в любом деле. Единственное, чего я прошу

— уважения к работе, которую я делаю хорошо.

Гийом слушал Джейд не перебивая, а стоило ей замолчать, забрал из ее рук саквояж и сказал как бы между прочем:

— Все хорошо, мисс, но иногда сила женщины проявляется как раз в ее слабости. Вам бы понять это, и тогда сможете горы сворачивать у себя на пути. Впрочем, я хотел спросить не об этом. Расскажите мне, как девочки? Вы подлечили их?

— Да, — коротко ответила Джейд. Подумав, решила не обижаться на громилу и спокойней добавила: — И Эдди тоже посмотрела. Вы ведь о ней волнуетесь?

Гийом пожал плечами, продолжая разглядывать ее своими черными глазищами.

— Она сказала, что приехала сюда с вами. Вы помогли ей избежать многих сложностей, а она устроила вас сюда. Странная у вас дружба.

— Какая есть, — громила одарил ее оскалом. — Так что с ней? Она из комнаты не выходит, на себя не похожа, ест плохо. Вы что-то обнаружили, мисс?

— Да. Но мисс Билли я об этом не скажу.

Гийом нахмурился, подался вперед:

— Она заразилась чем-то?

— Можно сказать и так, — Джейд усмехнулась. — Любовь многие называют болезнью.

— Не понял.

— Ваша Эдди влюблена и грустит. Вот и все.

— Нет, мисс, это не про нее. — Громила покачал головой, протер ладонью лысину. — Я знаю ее, она хоть и выглядит, как кукла, но знает, что в этой жизни нельзя давать слабину. Никакой гребаной романтики, мисс.

— У нее дверь выкрашена в розовый, — усмехнулась Джейд. — И все платья белого или голубого цвета.

— И что?

— Духи сладкие-сладкие, заколки с бабочками, а на шее кулон с фотографией пропавшего клиента.

— И что?

— Вы что, идиот? — Джейд сначала сказала, а потом подумала. Опомнившись, быстро добавила: — Простите, Гийом, я не хотела... У меня тяжело начался день, пора уходить.

Громила не дал ей пройти.

— Она любит все эти побрякушки, — согласился он, даже не думая обижаться на грубость.