Мой хозяин дракон - Оливия Штерн

Потом, за неимением расчески, я принялась ворошить пальцами спутавшиеся волосы, кряхтя и шипя от боли в раненых плечах. Дракон смотрел-смотрел, потом попросту обошел меня, встал за спиной и, убрав мои руки, занялся волосами сам. Уж не знаю, насколько у него хорошо получилось, но все кончилось тем, что он попросту покрутил меня из стороны в сторону, как хрупкую куколку, заявил, что я прекрасна в любом виде, и предложил руку, чтобы проследовать к столу.

Так мы и пошли. Оказалось, завтрак для нас был накрыт в одной из гостиных, где за столом уже сидел незнакомый мне сухонький старичок в темно-синем шелковом халате с богато вышитым воротом.

– Кора, – интригующим шепотом прошелестело в ушах, – позволь мне представить тебе мастера Ли Хинна с острова Чидже. Он прибыл вчера и уже успел подписать договор на поддержание дифлиума в должном состоянии.

Я механически присела в книксене. И в самом деле, почему раньше я считала дракона глупым? А он все просчитал заранее и не дал Фейдерлину себя шантажировать. Возможно, это не последний сюрприз, который меня ожидает в ближайшее время? Хотелось бы… чтобы не последний и чтобы приятный.

– Прекрасная санна, – проскрипел старичок, приподнимаясь, – я счастлив познакомиться с вами. Да пребудет огонь дракона в вашем доме!

– Это традиционное пожелание добра на острове Чидже, – вполголоса пояснил Арктур.

Он галантно отодвинул мне стул, и мы сели завтракать.

Завтракая в обществе лорда-дракона и пожилого, но очень веселого мага, я невольно поражалась тому, как мало знала об островах. Да, я была хорошо осведомлена о том, что есть центр Чаши, где каждый остров весьма обширен и на каждом острове – свое государство, что есть острова у края, мелкие, вроде бы ничейные. Ну как ничейные – где-то жили люди, которые платили дань ближайшему «королевскому» острову, а где-то сами острова являлись цитаделями на пути варгов. Еще я точно знала, что «наш» остров много лет находился в состоянии войны с островом через Небесный пролив, и именно там, на летучих кораблях, и происходили сражения, которыми в свое время так удачно командовал мой отец. Как-то я даже ездила с ним на воздушном корабле на другой остров, и это был день, когда я впервые увидела дно Чаши: иссиня-черное, постоянно меняющее форму, как будто пузырящееся… Пузыри лопались, и тогда наверх устремлялись языки раскаленных газов. Казалось, они лижут днища кораблей – да так оно и было. И я испугалась, но отец тогда сказал, что днища всегда покрывают специальной защитой, которую изготавливают маги-алхимики.

Так вот, на этом мои познания об островах Чаши и исчерпывались. И я понятия не имела, что, оказывается, есть и такие острова, люди на которых совершенно не похожи на нас – у них золотисто-желтая кожа и узкие темные глаза, приподнятые к вискам. Люди эти носят длинные шелковые халаты с вышивкой и такие же шелковые шаровары, а живут они в домах, построенных на деревьях, поскольку на тех островах, оказывается, растут такие гигантские деревья, на спилах которых можно устроить танцевальный вечер. И еще, как рассказывал саннор Ли Хинн, на его родном острове обитают белые тигры – это такие огромные кошки, которые могут запросто откусить человеку голову, и слоны. Я всегда считала, что, кроме как в зоологическом саду, слона не встретишь – а вон оно как, оказалось, что есть места, где слоны просто живут на воле и бродят стадами.

Ли Хинн был приятнейшим собеседником, впрочем, как и лорд-дракон. Они с магом вообще друг друга понимали с полуслова, и дракон обсуждал проблемы острова Чидже так, словно частенько там бывал и сам. Впрочем, может, и бывал. Он – дракон, может просто улететь, куда захочется, а может и в портал шагнуть.

Пока они болтали, я рассматривала нового мага. У него было круглое доброе лицо, длинные седые усы и жиденькая бородка. Он часто смеялся сухим, надтреснутым смехом и потирал ладони, но это вовсе не выглядело отталкивающим или некрасивым. Наоборот, все это казалось очень заразительным, так что под конец я едва сдерживала рвущийся на волю смех.

Уже под конец завтрака, помешивая серебряной ложечкой кофе, Ли Хинн сказал мне:

– Я никогда не думал, что встречу на пограничном острове столь утонченную санну. Как вы сюда попали?

Я запнулась. В груди мгновенно свернулся холодный клубок из страхов и воспоминаний. Но лорд-дракон опередил меня, так и не дав сказать лишнего: он решительным жестом накрыл ладонью мою руку и ответил Ли Хинну:

– Санна Кора приехала сюда по давней договоренности наших семей. Она – моя невеста, через месяц, по условию брачного договора, свадьба.

Я едва не подпрыгнула на стуле. Свадьба! Ох. Варги, он в самом деле собрался на мне жениться? Должно ли это меня радовать? Я не знала. Слишком быстро, слишком неожиданно и слишком в духе дракона: никого не спросил, сам все решил. Или, что, скорее всего, просто придумал для мага красивую небылицу, чтоб не рассказывать, как обстоят дела на самом деле.

Я невольно вздохнула. Да, скорее всего. Зачем ему на мне жениться? И так все хорошо.

Ли Хинн молчал минуту, и что-то такое было в его глазах нечитаемое, но отчего-то внушающее тревогу. А потом улыбнулся так обезоруживающе-приятно, что я даже усомнилась в том, что что-то видела.

– Я искренне рад за вас, Арктур. Вы даже представить себе не можете, как вам повезло.

– Отчего же, могу, – сказал дракон. – Санна Кора – моя таури. Это такая редкость и так ценно.

Ли Хинн прищурился, покачал головой, как будто о чем-то раздумывая.

– Вам нужно как следует беречь вашу невесту, Арктур. Она – ваше сокровище. Будь я моложе лет на тридцать, непременно бы попытался ее украсть.

И Ли Хинн улыбнулся нам обезоруживающей улыбкой, с какой старый, умудренный жизнью человек может смотреть на своих детей.

Так незаметно я пришла к выводу, что иногда, чтобы все изменилось, надо просто не бояться рискнуть. Конечно, спасая малышку Айту, я совершенно не думала о том, что будет после. И в мыслях не было чего-то вроде «вот я сейчас, а потом все они». Но так получилось. Левия больше не поджимала губы, глядя на меня. Другие слуги улыбались чистосердечно и приветливо. Драконы из клана Ши почтительно кланялись. И самый главный дракон неуловимо изменился, словно в ту самую ночь, когда носил меня на руках, ухитрился разглядеть во мне что-то такое, что разом приподняло меня – пусть и совсем немного – над понятными и доступными ему женщинами.

Он перестал пытаться меня соблазнить. Все ночи проводя со мной, прекратил щупать за все интересные ему места и стягивать панталоны – вместо этого обнимал меня, мягко притягивая к себе… и так мы засыпали, он – жадно вдыхая мой запах и своим дыханием грея макушку, а я – млея от легкого, щекотного страха, ощущения горячего мужского тела рядом и одновременно – от чувства покоя и защищенности. Во мне медленно просыпалась вера в то, что самое плохое уже позади и что никогда и никто больше не похитит меня и не выставит на тот помост.

Помимо этого произошли и другие перемены в моем существовании. Как и обещал Арктур, мне отдали библиотеку. Она здесь была небольшой – всего-то одна комната, где вдоль стен расставлены стеллажи с книгами, – но невероятно запущенной. Вначале пришлось обмести лохмотья пыльной паутины, а затем я принялась влажной тканью протирать старинные кожаные переплеты. В центре библиотеки стоял изящный столик на резных ножках, там же лежала еще одна толстая книга – библиотечный реестр. И, поскольку мне надлежало его обновить, так я и работала – протирала книги, а затем записывала их названия.