Студентус вульгарис - Андрей Кощиенко

– Посылка Доменику Макарио! Охо-хо-хо!

Старшекурсник, играющий роль Вечного Почтальона, заохал, изображая старческую немощь. Макарио, студент первого курса, с довольным видом встал со своего места.

– Охо-хо-хо. – Вечный Почтальон взвалил на себя мешок с посылками и, согнувшись, шаркая ногами, пошел в его сторону.

Сегодня был День посылок для первокурсников. К этому дню родители присылали своим детям из дома гостинцы и письма, которые складывались в большие красные мешки, завязываемые белой веревочкой. Мешки эти доставлял сказочный персонаж – Вечный Почтальон, который приносит детям подарки в день начала Нового года. Хоть праздник был несколько детским и все поступившие в этом году говорили о нем с легким пренебрежением и иронией, но никто не ушел из-за праздничного стола. Всем было приятно получить весточку из дома. Подарки были самые разные. Книги, конфеты, наряды, даже игрушки. Получивший маленького розового медвежонка маг земли торопливо спрятал его обратно в коробку, покраснев до кончиков волос.

– Это от младшей сестры, – попытался оправдаться он на многочисленные шутки и комментарии, посыпавшиеся со всех сторон.

Одному юноше прислали красивый блестящий меч, а студентке с водяного факультета – шкатулку с сережками и цепочкой, которые она, открыв крышку, тут же продемонстрировала всем желающим.

Я тоже успела получить свою посылку – коробочку моих любимых марципановых конфет и стопочку писем, перевязанных голубенькой тесемочкой. При виде моего скромного подарка сидящие рядом девушки с огненного факультета наморщили носики. Как-то получилось, что самые богатые подарки были у них.

Ну и пусть, сказала я себе. Я не завидую. Некоторым вообще никто ничего не пришлет. Эри, например… Где он? Сказал, чтобы я обязательно была, а самого нет… Странно. Я же ему…

– Та-та-ти-та-та! Та-та-ти-та-та!

Внезапно от дверей зала, где мы сидели за праздничными столами, два раза пропел горн, и раздался громкий и ясный мужской голос: «Императорская почта! Почта императора!»

Все повернулись в сторону дверей, в которые торжественно входили трое молодых плечистых и высоких мужчин в синей фельдъегерской форме.

– Честь имею представиться, – остановившись у края столов, громким голосом произнес, приложив руку к киверу, шедший впереди, – лейтенант эрт Хелдрик, императорская почта! Имею доставку для госпожи Стефании Терской! Где я могу увидеть госпожу?

Я почувствовала, как у меня отвисает челюсть. Я? Меня? Не может быть!

– Доставка для госпожи Стефании Терской! Императорская почта! Где я могу увидеть госпожу? – снова громко повторил фельдъегерь, видя, что все сидят с разинутыми ртами и никто и не собирается ему объяснить, где найти Стефанию Терскую. Вид у него был довольный. Реакция окружающих на его появление его явно забавляла.

– А… вон… она! – наконец очнулся Вечный Почтальон, неуверенно помахав в мою сторону рукой. Накладная борода у него съехала набок, и вид был весьма потешный.

Поняв, что ошибки нет, что ищут действительно меня, я поднялась из-за стола, гордо выпрямив спину.

– Я Стефания Терская! – сказала я, обойдя сидящих и подойдя к егерям. – Слушаю вас, лейтенант Хелдрик.

На моих глазах веселое лицо лейтенанта, сверкающее белозубой улыбкой, превратилось в изумленное, потом стало вытягиваться, приобретая все более и более унылый вид. Он глазами сверху вниз и снизу вверх обежал мою мантию. И, похоже, цвет ее ему не понравился.

– Госпожа, имею честь доставить вам посылку. Извольте. – Потускневший Хелдрик наклонил голову вправо.

Повинуясь его сигналу, стоящие позади него два фельдъегеря шагнули вперед, и один протянул мне маленькую черную коробочку, а другой что-то объемное, завернутое в белую ткань.

– Куда прикажете?

Я, обернувшись, указала на свое место.

– Честь имею, госпожа, – щелкнув каблуками, качнул кивером лейтенант, когда они вернулись назад, поставив все ко мне на стол.

– Благодарю вас, лейтенант.

Эрт Хелдрик еще раз поклонился и вместе со своими подчиненными вышел из зала. Я же, сопровождаемая десятками взглядов, гордо держа голову, неспешно пошла на свое место, при этом лихорадочно пытаясь сообразить, что бы это все значило.