Сердца не покоряют силой - Мария Берестова

– Что, всё совсем плохо?

Он имел в виду реакцию ниийского короля; по предыдущему разговору с Рэми он сделал вывод, что в Мариан она вернётся только в том случае, если не сумеет уладить с отцом дело миром.

– Что? – не поняла принцесса, которая пребывала не в лучшем расположении духа, поскольку совершённые ею подвиги по части верховой езды сильно выбивались за рамки её физической подготовки.

– Чего мне ждать, войны или ультиматумов? – деловито уточнил Эртан, резвым шагом направляясь в столовую и вынуждая тем Рэми последовать за ним.

– О! – дошло до неё. – Нет, ничего такого, мы достигли понимания, – заверила она, устраиваясь с ним за стол – за компанию попить чаю, пока он будет ужинать.

Кухонька находилась за стеной, поэтому кухарка моментально принесла блюда, которые специально сохраняла в печи, чтобы не остыли.

– Ммм? – с вопросительной интонацией уточнил голодный Эртан, вовремя вспомнивший, что по правилам любимого Рэми этикета с набитым ртом не разговаривают.

Суть его вопроса была, впрочем, прозрачна: если вы пришли ко пониманию – то что ты делаешь здесь?

Рэми до того смутилась, что решила сама сходить на кухоньку за своим чаем – машинально отмечая, что в её отсутствии всё здесь явно вернулось к старым простым порядкам, ни скатерти, ни лакеев.

Тут надо отметить, что долгосрочное планирование так до сих пор и не стало сильной стороной Рэми. До этой минуты ей даже в голову не приходило задуматься, как она объяснит своё возвращение и как она представляет свою дальнейшую жизнь. Она с большим воодушевлением бежала из Ниии в Мариан, но совершенно не задумалась о том, кому она тут, в этом Мариане, вообще нужна, как и на чьи средства предполагает тут жить и почему она вообще решила, что Эртан непременно ей поможет. Ведь, судя по всему, что она знала, Мариан не был той страной, которая готова от доброты душевной давать приют беглым принцессам и содержать их на государственный счёт – раз уж тут даже гвардию на этот счёт содержать не намерены.

В голове Рэми мелькнула мысль, что у неё всегда остаётся Бетис и предложенная им работа – интересно, хватит ли жалованья помощницы садовника на жизнь? – но, так или иначе, сперва ей придётся решить все вопросы с Эртаном, и ей, совершенно точно, не хотелось выступать в роли нахлебницы или просительницы.

Вернувшись в столовую со своим чаем, она так и продолжила эти размышления, нечаянно с насущного вопроса перескочив на недовольство своей неспособностью вести продуманные беседы такого рода. Недавно вон с отцом не смогла разговор построить, сегодня – с Эртаном. Тенденция налицо! И ведь неглупая, вроде, девушка, и уроки ораторского мастерства ей давались без труда, ан вот те на! Как серьёзный разговор – так она не знает, как приступить!

Эртан, хоть и был более занят ужином, привычным наблюдательным взглядом отметил, что Рэми что-то гнетёт, и что она не умеет начать разговор, поэтому не настаивал на ответе и тактично молчал.

Когда же, наконец, и чай был допит, и стало совершенно очевидно, что принцесса настроена и дальше молчать, он вздохнул, поднялся из-за стола и пригласил её жестом в курительную с предложением:

– Поговорим?

Рэми кивнула и прошла за ним.

Примерно минута понадобилась Эртану, чтобы понять, что разговор придётся начинать ему. Пожав плечами, он беззаботным тоном, будто продолжая прерванную беседу, уточнил:

– Ну так, до чего договорились?

Рэми, которая всю эту минуту пыталась облечь в куртуазную форму мысль: «А можно, мы как бы разведёмся, но я всё равно тут у тебя поживу?» – посмотрела на него совершенно беспомощным взглядом.

Уже подзабывший немного, как тяжело вести с ней беседы, Эртан вздохнул и уточнил:

– Так, если ни войны, ни ультиматума, но что-то столь тяжёлое… хм, неужели он нашёл способ надавить на тебя, и теперь требует внуков? – предположил он.

Рэми аж подскочила от неожиданности.

– Внуков? – переспросила она почти с ужасом. – Да нет же! Он… – и снова замялась.

– Одобрил или не одобрил развод? – решил свести объяснения до предложения простых альтернатив Эртан.

– Одобрил, но…

– Ты сама приехала или он вынудил? – перешёл на режим допроса Эртан.

– Сама, но…

– Скоро уезжаешь обратно или планируешь остаться?

– Остаться, я…

– По-прежнему хочешь развода или передумала?

– Хочу, но…

– Стоп-стоп, у меня генератор простых альтернатив сломался, – вдруг сменил характер беседы Эртан, поставив, впрочем, мысленный плюсик против совета брата: «Будь более напористым!». – Дай-ка я подведу итог, а ты поправишь. Король согласен на развод, никаких препятствий к этому нет, но ты хочешь после развода остаться в Мариане. Король, как я понимаю, не против такого решения.

На последнем выводе глаза Рэми округлились и она воскликнула:

– О Боже! Я же забыла его спросить!

Она, действительно, уговорила отца на развод с учётом её возвращения в Ниию; но речи не шло о том, будет ли изменён её статус, если она предпочтёт остаться в Мариане. И что-то подсказывало Рэми, что отец будет совсем не рад сценарию «развелась и осталась», что ставит его дочь в весьма двусмысленное и компрометирующее положение. Ведь одно дело – быть супругой ралэса, и совсем другое – быть незамужней ниийской принцессой, которая надумала поселиться в чужой стране.

Не зная всех этих нюансов, Эртан сделал вывод, что она забыла спросить по поводу отношения короля к разводу вообще, поэтому он лишь с глубоким недоумением запустил руку в волосы и растеряно переспросил:

– А разве ты ездила не затем, чтобы именно это и спросить?

Кое-как Рэми всё же умудрилась объяснить, в чём дело.

После озвучивания сценария: «Ниийская принцесса выходит замуж за марианского ралэса, через полтора месяца разводится с ним и остаётся жить под его тёплым крылышком» – политик внутри Эртана вскочил и принялся носиться кругами с воплями о том, что же за дура им досталась в жёны. Сам Эртан, вежливо игнорируя истерику политика внутри своей головы, только осторожно улыбнулся и аккуратно, словно говоря с сумасшедшей, уточнил:

– Всё понял, кроме того, зачем нам в этом случае разводиться.

Рэми, хлопая ресницами, аж руками всплеснула… но, впрочем, не привела ни одного аргумента в пользу своей точки зрения.

Мысленно передав привет Аркасту (его любимый оконный проём настойчиво напоминал о нём), Эртан перешёл в наступление:

– Рэми, ты же сама понимаешь, что произойдёт, если мы разведёмся, а ты останешься здесь. От твоей репутации камня на камне не останется! – заверил он горячо.

Дети от ниийской принцессы всё ещё были очень нужны Мариану.

Рэми насупилась, не имея, что возразить на этот аргумент.