Суженая для Кощеева - Ольга Шерстобитова

Вспомнив, чем закончилось в прошлый раз для меня приключение в дымоходе, подошла к окну. Да так и замерла, любуясь, как на просторной поляне, окруженной заснеженными елками, бился мой Кощеев со Змеем Горынычем. Бой, конечно, был тренировочный, об этом говорили установленный защитный купол и присутствующий там Кощей. Прячась за елками, толпилась прислуга, а невесты, похоже, пробравшиеся в соседние комнаты, хлопали окнами и ахали.

Влад был силен и уверен в себе, и каждое его движение – плавное и выверенное – говорило об этом. Восстановленный мной меч сверкал в первых лучах солнца, собранные в хвост волосы метались под порывами ветра, а с деревьев время от времени падал снег.

Я смотрела как завороженная, не в силах оторвать взгляда от мужчины. Даже про то, что он наверняка после тренировки вернется в свою спальню, забыла, а когда спохватилась… снова уставилась на злополучную стену. Про то, как буду разбираться с невестами, наверняка не покинувшими покои Влада, я пока не думала. Надеялась, что их и след простыл, давно оделись и сбежали на поляну, где их ненаглядный тренировался со Змеем Горынычем. Но выбираться-то все равно нужно.

На мое плечо взобрался Огонек, и я погладила его по голове. Он довольно зафыркал, и я ткнула в стену пальцем.

– Слушай, а ты, случайно, ее растопить не можешь, а? Мне здесь чары ну никак нельзя применять! – взмолилась я о помощи. – А я тебе что-нибудь вкусное на завтрак принесу.

Ящерка сверкнула глазами, довольно фыркнула и слетела с моего плеча. Мгновения не прошло, как она вспыхнула огненным смерчем. Лед треснул, расплавился, и… ледяная вода хлынула на меня со всех сторон. Мощный поток сразу же сбил с ног, подхватил и вынес несчастную Ягу вместе с частью вещей в коридор.

Я слабо пискнула, выныривая, и поняла, что невесты Кощеева, видимо, достали весьма знатно, потому что он не только стену заморозил в своей спальне, но и превратил в ледяную глыбу весь коридор! И теперь это все растаяло, превратилось в шумную реку, которая несла и меня, и невест по дому Кощеева.

Я применила магию, пытаясь убрать воду, но… ее стало в два раза больше! Вот же поганки болотные! Влад, похоже, чары умножения наложил. Оно и логично же, раз весь коридор в лед превратился!

Девушки кричали, а я все пыталась за что-то ухватиться. Применить в такой ситуации хоть какую-то магию было нереально, но когда показалась лестница, я от испуга шепнула заветное словцо, и…

Вода превратилась в лед, девицы в него вмерзли, а я, не успев зацепиться за перила, полетела с этой ледяной горки навстречу своему… увольнению. Просто там, в самом низу лестницы, появились старший Кощеев с внуком и Змей Горыныч с дочерьми.

Катилась я так с горки, катилась, напоследок зажмурилась от ужаса, зная, что сейчас от падения меня ничто не убережет, еще и Кощеева с ног сшибу вместе с его компанией, и вдруг… оказалась вжата в нерушимую скалу.

Вцепилась в нее мертвой хваткой, выдохнула и наконец подняла глаза, встретившись взглядом с Кощеевым. Такая синева ненормальная и чистая бывает разве что у грозового неба, готового на тебя обрушиться. Ну точно прибьет! Потоп в его доме, еще и такой знатный, никто не устраивал!

Мужчина сверкнул своими невозможно прекрасными очами, я ойкнула и вцепилась во Влада еще крепче. Это я от испуга, не иначе.

Кощеев не проронил ни слова, удивительно быстро отцепил меня от себя и приподнял за шиворот. Мокрое платье затрещало, грозя порваться, а Влад чуть не испепелил несчастную Ягу взглядом.

– У вас там лед растаял, – выпалила я, решив умолчать о своем скромном вкладе в это дело.

На плечо к Кощееву забрался Огонек, беспокойно уставился на меня, тут же перепрыгнул на мое плечо и своими чарами моментально высушил одежду. Стало тепло, сухо и весьма удобно.

– Выпустите нас! – завопила Алена.

– Холодно! – простучала зубами Настасья.

Кощеев глянул на вмерзших в лед невест, покосился на своих родичей, сбежавшихся на шум, и молча кивнул им. Мужчины бросились спасать девиц. Те причитали, цеплялись за спасителей и, недовольные поведением Кощеева, стреляли глазками в его родных.

Кощеев отпустил меня, рывком дернул и утащил (хуже любого дракона, честное слово) под лестницу.

Уволит и выгонит на улицу или еще есть шанс договориться?

– Ты будешь начищать лестницу без всяких чар, Марья!

Кивнула и опустила глаза.

– Перила и ступеньки должны сверкать не хуже моего льда!

Снова кивок.

– Чтобы я в них свое отражение мог увидеть!

Согласилась и с этим, куда деваться.

Кощеев вздернул мой подбородок, уставился на меня и неожиданно встревоженным голосом спросил:

– Ты что, заболела?

С чего он решил?

– Это вот безумно подозрительно, что не споришь.

– Мне просто идти некуда, – честно ответила я, давая понять, насколько сильно нуждаюсь в этой работе.

Влад наклонился так, что наши губы почти соприкоснулись:

– А я и не намерен выгонять.

– Правда? – шепотом спросила я и доверчиво заглянула в его глаза. Морозно-синие, сверкающие…

Кощеев выпрямился, усмехнулся:

– Ты договор о найме хоть читала?

– Мм… да.

– И что там написано насчет твоего увольнения? – ехидно уточнил Влад.

– Что могу заикнуться о нем, только отработав две недели, – вспомнила я и… улыбнулась.

– Вот именно! Так что иди и… работай, Марья! Завтрак должен быть подан через четверть часа! А после отправляйся отрабатывать наказание. Лестница тебя ждет!

Тут Кощеев вынырнул из укрытия, оставляя меня в темном закутке одну, и я, ошарашенная случившимся, сползла вдоль стенки. Ноги не слушались, сердце бешено колотилось, потому что прикосновения Влада и его взгляды окончательно нарушили мой покой.

Вдали послышался голос Алевтины, и я подскочила. Появившийся возле меня Огонек уже привычно забрался на плечо, и мы вместе с ним отправились на кухню. Я положила для него на тарелку вкусной еды, и вскоре еще и служанки, жалея бедного и несчастного питомца Кощеева, принялись угощать Огонька.

Хмыкнула, наблюдая, как у саламандры от удовольствия заискрились чешуйки. С ним точно все будет в порядке, никто не обидит.

На кухню, едва я оглянулась в поисках еды для Влада, влетела, не хуже ведьмы на помеле, Беатрис, и все как-то разом вытянулись в струнку и стали торопливо делать вид, что сильно заняты.

– За хозяином подглядываете, пока он тренировочный бой устраивает? – рявкнула она, но ей предсказуемо никто не ответил и в подглядывании не сознался. – Между прочим, к Ледяной полночи у Влада Кощеевича вся родня съедется, работы станет еще больше, а вы… вы прохлаждаетесь!

Слуги запереглядывались.