Невеста на откуп - Наталья Белецкая

Я подошла к складским помещениям как раз в тот момент, когда возницы запрягли лошадей, а грузчики о чем-то спорили. Солнце только выглянуло из-за горизонта, оно слепило глаза, а все предметы вокруг отбрасывали длинные тени. Скрываясь в этих тенях, я незаметно приблизилась к одному из фургонов, быстро развязала узлы, которые крепили полог, и влезла внутрь.

Тут стояли ящики, похожие на сундуки, странные коробки и большие мешки. Фургон был заполнен примерно наполовину. Надеюсь, ничего сюда больше грузить не станут. Однако моя надежда не оправдалась.

– Здесь есть место, – услышала я голос, а потом уверенные шаги, которые приближались к моему убежищу.

Вот невезение! Здесь совсем негде спрятаться. Если только залезть в один из странных сундуков. Я схватилась за крышку и попыталась открыть. Удивительно, но ящики оказались не заперты, а внутри были только перегородки, которые легко вытаскивались. Быстро спрятав рюкзак, а так же изъятые перегородки за мешками с каким-то порошком, я легла в ящик и закрыла крышку. Вовремя. Буквально через полминуты в фургон кто-то забрался.

Толстые стены ящика глушили все звуки, отчетливо слышался лишь грохот передвигаемых коробок. Кажется, сверху что-то положили. Ох, главное, чтобы я смогла хоть немного приподнять крышку, иначе задохнусь в этом «гробу». Через какое-то время грохот прекратился, но я лежала тихо, пока фургончик не двинулся с места.

Упершись в крышку «гроба», я облегченно выдохнула. Несмотря на то, что сверху что-то стояло, задохнуться мне не грозило: крышку можно было сдвинуть, оставив небольшую щель для дыхания. Я сняла шарф, свернула его и подоткнула между стенкой и крышкой ящика.

Теперь оставалось только ждать. Минуты тянулись медленно, а лежать без дела оказалось довольно сложно. Заснуть тоже не получалось. В ящике было довольно холодно, но я надеялась, что постепенно воздух согреется.

Прошло, наверное, часа три или четыре, прежде чем фургончик подъехал к крепости, которая стояла на выезде из долины. Конечно, подниматься в гору сложно, однако ехать, лежа в холодном ящике, еще хуже – теперь я знала это точно. К сожалению, когда я пряталась в этом «гробу», не подумала о том, что при перемещении по склону моя голова в ящике окажется ниже, чем ноги. Теперь приходилось опираться на локти, чтобы кровь не приливала к голове: ехать в гору ногами вперед – удовольствие ниже среднего.

Я знала, что в крепости будет проверка, но когда, наконец, мы въехали в ворота, сил, чтобы волноваться, не осталось. Кто-то заглянул в фургон, послышались голоса, потом возница прикрикнул на лошадок, и мы вновь покатили.

Почему-то воздух в ящике особенно не нагревался. Чтобы совсем не окоченеть, я стала поочередно напрягать мышцы рук и ног, но это не сильно помогало. В какой-то момент меня сморил сон.

Проснулась от холода. Зубы стучали, в горле першило, хотелось в туалет, хотя я с утра ничего не ела и не пила. Я растирала руки, чтобы как-то согреться, но это помогало слабо. Хотелось вылезти из ящика, но если бы я сделала это, мешки, которые навалили на крышку, свалились бы, и меня непременно бы обнаружили. Поэтому и приходилось лежать, надеясь неизвестно на что.

Становилось все холоднее. Пальцы ног я уже просто не чувствовала, изо рта вырывался пар, меня трясло от холода. Наконец фургон остановился, однако грузчиков, чтобы забрать то, что мы привезли, рядом не оказалось. Возница, ругаясь, пошел разбираться, а я, поднатужившись, откинула крышку. К сожалению, полностью она не открылась, но щель была достаточной, чтобы выбраться.

Тело ломило, только с третьей попытки мне удалось встать на ноги. Что ж за странный ящик? Почему в нем так холодно? Стараясь вести себя как можно тише, я засунула обратно перегородки и снова навалила на крышку ящика мешки. Узлы, которые удерживали полог, я долго не могла развязать: пальцы одеревенели от холода.

Захватив рюкзачок, я вылезла из фургона, оставив непривязанным полог. Уже стемнело, поэтому никто меня не заметил. Фургоны остановились возле складских помещений, двор тут оказался поистине огромный, два десятка фонарей с трудом разгоняли ночной сумрак. Вокруг сновали люди, но большие ворота, определенно ведущие на улицу, сейчас были плотно закрыты.

Я спряталась в щель между забором и стеной здания и затаилась. Не прошло и десяти минут, как ворота распахнулись, запуская пустые повозки, запряженные тягловыми лошадками. На одной телеге сидели люди, похоже, это приехали грузчики. Пока мужчины разбирались, что и кому разгружать, я выскользнула за ворота.

В отличие от Малфеста, здесь даже на окраине работали осветительные артефакты. Не сказать, чтобы на улице было светло как днем, но дорогу я видела хорошо. Еще бы понять, где я нахожусь. В темноте городок выглядел совсем иначе.

Надо было найти место, где я могла бы снять комнату и поесть. Женщина, у которой я спросила дорогу до гостиницы, объяснила, что здесь есть только клановый дом, в котором можно переночевать и подкрепиться. Однако слуги в этом доме могли меня опознать, ведь я уже ночевала там, когда ехала в большую долину.

Возле какого-то дома я присела на скамью и задумалась о том, что делать дальше. Для начала надо подкрепиться.

Несколько дней назад, гуляя по столице клана, я купила маленький нагревательный камень, который тем не менее мог вскипятить воду в котелке. Сейчас он мне очень пригодился. Прямо в чашке я заварила травяной сбор, из рюкзака достала пирожки и, наконец, поела. Еда меня согрела, стало почти хорошо. Почти, потому что ноги по-прежнему мерзли. Но зато зубы стучать перестали.

Как поступить дальше, я не знала. Ночевать на улице – не вариант: замерзну. Попроситься к кому-то в дом? Но что я скажу горцам? Что бы ни придумала, сразу вычислят неместную: акцент выдаст. Идти куда-то ночью? Тоже так себе вариант. С другой стороны, с пути не собьюсь, тут самая широкая дорога ведет к перевалу. Ходьба поможет не замерзнуть. Если что, можно вскипятить воду с помощью нагревательного камня. Да и отрыв между преследователями нужно увеличить.

Сейчас глава клана уже должен знать, что я сбежала. Первое число второго месяца – сегодня. Значит, отец не заплатил, и меня должны убить. Я всего лишь заложница. Конечно, если поймают, все равно убьют, но пока есть хотя бы призрачный шанс, надо его не упустить. Не думаю, что меня помилуют, если поймают. А значит, встала – и пошла.

С неба вдруг стали опускаться белые хлопья. Снег? Второй месяц осени, а здесь идет снег? Хотя Жеанна рассказывала, что в малой долине зима наступает раньше, потому что город Приграничный находится высоко в горах. Но все же снег осенью? Удивительно! У нас он выпадал в последние два месяца зимы.

Белые снежинки, словно вальсируя, кружились в свете фонарей. Это было волшебно, нереально. Хотелось услышать музыку, под которую они танцуют. Но тут налетел ветер и разогнал белых танцовщиц. Что ж, пора идти.

Небольшая передышка пошла мне на пользу. Сил прибавилось, и мне казалось, что я смогу прошагать всю ночь. Если сейчас выйду, то уже следующим вечером буду на той стороне. Спускаться легче, чем подниматься. А там уже бывшая территория Велии, можно слиться со своими. Надеть парик, притвориться старушкой.