Самурай из Киото - Михаил Белозеров

– Меня нельзя убить! – важно объявил Биру, поигрывая двумя парами мускулистых рук, обросших редкой зеленоватой шерстью.

– Если только не сразиться с твоей тенью!

– Ха-ха-ха!!! – пряча неуверенность, рассмеялся Биру. – Как ты, глупец, можешь сразиться с моей тенью, если ты всего-навсего жалкий человек. Сейчас посмотрим, на что ты годен!

Действительно, Биру стал таким огромным, что казался даже выше божественной Нангапарбаты. Однако в нем что-то дрогнуло, и он невольно оглянулся на конный отряд. «Как бы чего не вышло, – невольно подумал он. – Но ведь я полубог! Полубрат Богини Каннон! Чего мне бояться?! Уж она не допустит моей смерти».

– Вначале я расправлюсь с тобой, а потом займусь ими! – брызнул Биру ядовитой слюной.

– Жаль, – сказал Натабура, – я предложил тебе мир. Ты отказался. Прощай.

– Ничтожный человек! – Биру разозлился. – Ты слишком много о себе возомнил. Нельзя тягаться с Богами! – И, не долго думая, махнул гигантским мечом.

О, чудо! Меч прошел сквозь Натабуру, как сквозь облако. Вначале Биру ничего не понял и потому испугался. Ему предрекали смерть в сугоруку от руки простого человека. Но он никогда не думал, что это произойдет так быстро.

– Где ты?! – заревел глупый Биру, озираясь и распространяя вокруг себя волны страха.

Склон, поросший ярко-зеленой травой, которая желтела и съеживалась, был пуст.

– Я здесь! – крикнул Натабура. – Кими мо, ками дзо!

Он появился в одном тане от Биру, как положено, соблюдая ма-ай – дистанцию в поединке с сильным противником. В его руках блестел голубой кусанаги. Если бы Биру был умнее, он бы сообразил, что простой смертный не может так быстро перемещаться по склону. Да и мог ли он противостоять мечу демона? Разве что из-за собственной глупости. Биру ухватил меч одной парой рук и махнул что есть силы, но срубил лишь вершину горы, которая задрожала, как живая, от основания до вершины.

– Если ты такой смелый, то давай драться честно! – заревел демон столь яростно, что отряд тайсё вынужден был остановиться, не доехав две с половиной сотни шагов, – кони стали на дыбы, а некоторые всадники попадали на землю.

Тайсё решил разведать, что происходит на его территории и грозит ли это каким-либо образом ему – правителю Имагава.

Со стороны они увидели следующую картину: великий и всесильный Биру, спотыкаясь, пятился. Каждый раз, когда рядом появлялась блестящая тень Айи, Биру с испугом сжимался, чтобы противник не наступил на его тень. Ведь никто из них не видел Натабуру, который сидел в позе дзадзэн и разговаривал с Биру, используя технику гэндо – упражнение отпуска тени Айи.

– Признаешь ли ты Светлый Левый Лабиринт? Или тебе по нраву Черный Правый?

– Кабики наши враги… – упавшим голосом признался Биру, пятясь от Айи и не смея даже замахнуться мечом.

Власть кабиков означала для него смерть. Увлекшись погоней, он совсем забыл об этом.

– Если ты не признаешь кабиков, – сказал Натабура, – значит, ты пропал!

И тень Биру безо всякого воздействия со стороны уменьшилась на сяку. Казалось бы, что это слишком мало. Но ведь и сам Биру съежился на столько же. Да и кабики не давали спуску. Призванные под знамена Айи и видимые только в области тени, они подтачивали тень Биру, лишая хозяина уверенности и воли. Всего их было восемь: кабик-Такугава, кабик-Исида, кабик-Сагара, кабик-Кенсин, кабик-Арима, кабик-Масако, кабик-Ямато, кабик-Харааки.

В обычной жизни кабик выглядел как птица и одновременно как человек, у него росли большие уши, огромный нос, а зубы, крепкие и острые, способны были перекусить меч. В области тени они тоже становились тенями.

– А если ты пропал, то зачем тебе тень?

– Я не знаю, – ответил глупый Биру. – Ты… ты – убьешь меня?

– Ты ведь не можешь жить без тени?

– Не могу, – пал духом Биру.

Натабура бросил камень и угодил в тень Биру, отчего она сократилась еще на два с половиной сяку, а глупый демон жалобно вскрикнул: «Ой!» Теперь он не мог удержать ни меча, который стал для него слишком тяжелым, ни лука, который был похож на мачту корабля. Не говоря уже о стрелах, которые высыпались из его колчана, как целая бамбуковая роща. Колчан возвышался над Биру, как гора. А сам он сделался не крупнее обычного крылатого тэнгу. Даже его хвост стал походить на голый крысиный, а булава за ненадобностью отвалилась и лежала на склоне, похожая на огромный валун. Единственную опасность для съежившегося Биру представляла лишь ядовитая слюна, которая все еще капала из зубастой пасти.

– В таком случае, – крикнул Натабура, – умри вместе со своей тенью!

Он выхватил меч, но ударил не демона, а его тень, и не острием, а тыльной его, мягкой частью – спиной, и рассек тень Биру пополам.

На зеленый склон рекою хлынула кровь. Хотя это была не кровь, а тень крови, вместе с которой уходила из Биру тень жизни в быстротекущем мире – укиё, и Биру умер, ударившись о землю с такой силой, что солнце на небосводе дрогнуло, а по небу многократно пронесся гул, словно Бог грома и молнии Райдзин выгнал из загона тайко – стадо баранов, которые тут же сшиблись лбами в борьбе за лидерство. Одного не понял Биру – Боги не потерпят рядом с собой явных глупцов, а значит, кто-то из них предал его. Но это осталось тайной даже для Небес.

– Спасибо! – крикнул Натабура кабикам, и они исчезли.

– Браво! Браво! Вот настоящий дзидай! – воскликнул, подъезжая, тайсё, который даже не заметил кабиков. – Кто ты, о славный рыцарь?

– Я Натабура из рода Юкимура дома Тайра.

Натабура склонил голову: не из-за страха или чрезмерного почтения, а из-за слабости, охватившей его. Колени предательски дрожали, а во рту стало сухо, как в пустыне Го. Натабура готов был драться в течение дня хоть с сотней противников, но никому еще и никогда не удавалось даром использовать технику гэндо – отпуск тени Айи. Слишком много энергии при этом тратилось.

– Отлично! Я произвожу тебя в тайсэй – пятидесятники и предлагаю служить правителю земель Аора, великому Имагава, то есть мне.

– Хоп?.. Достоин ли я такой чести? – спросил Натабура и с трудом оглянулся в поисках Афра. За всей этой суматохой он потерял щенка из виду.

Кто-то из воинов Имагава подскочил и протянул ему фляжку с вином. Натабура сделал три глотка, спросил:

– А где мой пес? Кими мо, ками дзо! – И рухнул наземь.

* * *

– Дук-дук! Дук-дук! – Как дождь по черепице, ударили стрелы второй волны, пущенные, однако, слишком поздно.

Он бежал зигзагами, а в щит его тыкались стрелы.

Ёми, казалось, были повсюду. Они возникали из кустов, из-за деревьев, построек и из-за стен. Натабура сразу заметил, что ёми разделены на хорошо организованные отряды – бунтаи. И все-все имели прекрасное оружие. Едва ли кто мог узнать в профессиональных воинах диких пастухов ёми. А командовал ими рыжий Кобо-дайси. Он тоже сменил допотопный китайский панцирь кэйко на доспехи татэноси-до, обладателю которых щит становился не нужен. Это давало бойцу возможность орудовать двумя мечами. А его зычный голос раздавался то там, то здесь. Натабура искал встречи с ним. Уж он бы расправился с врагом, несмотря на два меча, которые мелькали, как крылья стрекозы, и во все стороны летели головы асигару, но потом, вспомнив наказ Горной Старухи, передумал. Должно быть, ёми преображались только в сугоруку. Много столетий они ждали этого дня, и Боги не препятствовали им.