Сказание об Иле - Альберт Иванович Калинов

И вот его взор как будто воткнулся в невесть откуда взявшийся на необъятном черном полотне чужеродный предмет. Он, как мелкая соринка, попавшая в глаз, отвлекал, раздражал, привнося во все дискомфорт, мешая плыть по бесконечности. То был небольшой, плетенный из колючих веток и травы венок.

– Зачем? – мысль несогласия возникла у Рохи.

– Венок… – был ответ.

– Откуда он взялся?… – присмотревшись возмутился Роха.

В центре венка тусклой, едва заметной мерцающей точкой плыла маленькая звездочка. Как казалось ему, сейчас она была самая далекая и холодная из всех. Далее от венка шли две тонкие веточки куда-то совсем вверх, туда, куда ему было тяжело смотреть. Он сделал усилие, от напряжения его глазам стало больно, боль пронизала голову. Роха зажмурился, но вскоре вновь открыл глаза, и в этот момент картинка неба поменялась. Теперь бесконечность, усыпанная звездами, оказалась там, где и положено, – над ним. Глаза окончательно устали, Роха сомкнул веки и остался в таком положении на какое-то время. Когда он открыл глаза, то увидел рядом с собой темный силуэт… нет, вернее даже, это была тень на черном небе, она закрывала собою звезды.

– Что это?

Роха стал перебирать в мыслях все, что помогло бы ему справиться с задачей. Он пытался найти название этому, но в его голове, как в разоренном муравейнике, царил хаос. Ничего не получалось собрать воедино. Разум все еще блуждал в чертогах бесконечности и лишь изредка и ненадолго возвращался вновь к Рохе.

– А может, это смерть? – вдруг сообразил он.

Может быть, она решила, что он, Роха, слишком легко отделался? И ей захотелось его помучить, раздавить в пыль его волю, запугать, как ребенка, своим видом?

Роха еще раз взглянул на нее, и теперь она предстала ему в виде косматой женщины. Восседая над ним, косматая держала в руке веточку, обломанный конец которой периодично похлопывал Роху по лбу.

Тень приблизилась к его лицу. Ее спутанные волосы канатами упали на его лицо, грудь и шею. Ему стало тяжело дышать. Ожидая конца, он закрыл глаза. С усилием Роха вздохнул, и тень сразу же отпрянула. Теперь, когда она оставила его в покое, он снова сделал усилие и посмотрел в вниз, туда, где должны были находиться его грудь, живот и ноги.

– Странно.

Все теперь было для Рохи чужим и бесполезным, из его груди выглядывал пучок травы, всунутый туда как кляп. Нет, он не испугался, и это обстоятельство его совсем не обеспокоило. Просто он ничего не чувствовал.

До Рохи донеслось какое-то чавканье. Та, что принял он за смерть, что-то пожевала, а затем вынула изо рта и поместила на свою маленькую ладонь. Ее пальцы стали втирать эту массу ровно в то место на груди Рохи, из которого торчал окровавленный пучок травы.

– Нет, это не смерть… – решил Роха.

Вдруг тень пропала, и Роха увидел, как звездное небо пришло в движение. Он понял: его куда то волокут. Он по-прежнему видел звездное небо, вроде бы какая-то птица промелькнула высоко в нем. Роха закрыл глаза и провалился в беспамятство.

Очнулся сын Иля в полной темноте. Тщетно пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, Роха, как мог, собрал рассеянные по потемкам сознания мысли и стал делать то, что сейчас представлялось ему самым правильным и доступным, – рассуждать.

«Может быть, я ослеп?» – закралась в его голову зловещая мысль.

Как ни странно, именно эта мысль была самой ясной и определенной. Роха прислушался, но кругом было тихо.

«Я еще и оглох…»

Роха попробовал закричать, но любые его потуги не приносили результата. Стояла абсолютная тишина. Рохе стало по-настоящему страшно. Неизвестность терзала его, как никогда прежде.

Собрав остатки воли в кулак, Роха решил ни за что не сдаваться.

Немного успокоившись и постаравшись принять ситуацию такой, как она есть, он сделал новую попытку осознать свое местоположение. Вывод был только один – здесь холодно и темно.

«Холодно…» – озарило Роху.

Да, ему было очень холодно, Роха чувствовал, как дрожало все его тело. Вдруг он сделал для себя открытие – он же замерз! Спасенный наконец чувствовал свое тело. И это было главным.

«Живой!» – жизнеутверждающая мысль вспыхнула в нем огоньком радости. Роха попробовал двигаться, но тело по прежнему не слушалось его. Тогда он сделал усилие и попытался подвигать пальцами. Он начал с рук, но те не слушались его, и тогда сын Иля попытался пошевелить ногами. Он шевельнул большим пальцем левой ноги, затем правой, а потом и всеми остальными. И снова пришла очередь рук, наконец дело пошло: сначала зашевелились мизинцы, а потом и кисти стали двигаться, хотя и не так хорошо, как хотелось бы. Роха постепенно стал раскачиваться все сильнее до тех пор, пока не рухнул на землю. Он сильно ударился лицом и животом, но это обстоятельство не остановило его в желании продолжать двигаться. Постепенно чувствительность вернулась к рукам, и Роха, как немощное дитя, пополз, пока не уткнулся головою в стену. Теперь Роха заставил себя подняться. Шаря руками, как слепец, он ощупал стену. Неровная поверхность выдавалась чуть вперед, и Роха понял, что, скорее всего, он находился в какой-то пещере или в склепе. Он принялся нащупывать верхний край стены, забираясь рукой все выше и выше, насколько это было возможным, но дотянуться до воображаемого потолка так и не смог. Тогда Роха решил двигаться вдоль стены. Он пока еще медленно и неуверенно переставлял слабые ноги. Так Роха обследовал весь периметр замкнутого пространства. Наконец пальцы нащупали что-то напоминающее грубо выделанную кожу, полотном свисающую сверху вниз. Кожа оказалась очень холодной, даже ледяной. Очевидно, именно здесь и находился выход из этой пещеры наружу. Выбираться Роха не спешил. Где-то внизу, у своих ног, он заметил малюсенькую, не больше иголочного ушка, светящуюся точку. И это было первым, что наконец открылось его глазам с тех пор, как он очнулся здесь. Из нее внутрь пробивался тоненький, не толще волоса, едва заметный лучик. Роха наклонился , струйка света ослепил его глаза. Роха неосознанно потер лицо руками и, прикрыв немного веки, повторил попытку. На той стороне все было бело.

– Да это же снег… – догадался посланник.

Вдруг белая картинка исчезла, а вместо нее появилось косматое чудище, напоминающее женщину. Волосы страшилища были настолько густыми и не чесанными, что закрывали все ее тело. На лице у этого чудища Роха заметил повязку с двумя прорезями для глаз. Неожиданно появившись, страхолюдина почти сразу исчезла, но