Рука Оберона - Роджер Желязны

Я попытался заблокировать его руку, однако кто-то остановилее на полпути. Повернув голову, я увидел, что чья-то рука прижала сверху рукуДжерарда и отвела ее ему за спину.

Я откатился в сторону и увидел, что Джерарда схватилГанелон. Тот тщетно пытался высвободиться.

— Тебе лучше держаться от этого подальше, Ганелон! —выкрикнул Джерард.

— Уходи, Корвин, — быстро обернулся ко мне Ганелон. —Иди, добывай свой Камень!

И тут Джерард попробовал было резко вскочить, однако Ганелонуспел нанести ему удар левой в челюсть. Джерард неуклюже рухнул к его ногам.Ганелон размахнулся, собираясь ударить его ногой по почкам, однако Джерардпоймал его ногу и дернул так, что Ганелон перекувырнулся через него. Я отполз всторону и присел на корточки, одной рукой опираясь о землю.

Джерард наконец поднялся с земли и тут же бросился наГанелона, который только еще пытался встать. Он уже почти прижал его к земле,однако Ганелону удалось вывернуться и нанести противнику удар двумя кулаками всолнечное сплетение. На несколько секунд Джерард был вынужден застыть,согнувшись, а кулаки Ганелона заработали как бешеные.

Джерард, казалось, был настолько ошеломлен этойстремительной атакой, что даже не пытался защищаться. Когда же наконец онвыставил вперед кулаки, Ганелон влепил ему удар в челюсть, и Джерард,пошатнувшись, рухнул навзничь. Ганелон тут же бросился к нему, завел его правуюруку за спину и навалился сверху, ударив правым кулаком в челюсть. Когда головаДжерарда бессильно откинулась назад, Ганелон нанес ему еще один удар левой.

Бенедикт только сейчас вдруг очнулся и подбежал к ним, чтобывмешаться в драку, но Ганелон уже успел подняться с земли. Джерард лежал безсознания, изо рта и из носа у него текла кровь. Я с трудом встал на ноги иотряхнулся. Ганелон улыбался, глядя на меня.

— Ты тут не стой, — сказал он. — Не знаю, как я выдержуматч-реванш. Иди, иди, ищи свой камешек.

Я нерешительно посмотрел на Бенедикта. Тот кивнул, и я пошелв палатку за Грейсвандиром. Когда я вернулся, Джерард все еще лежал неподвижно.

Бенедикт подошел ко мне вплотную и сказал:

— Помни, у тебя есть мой Козырь, а у меня — твой.Никаких окончательных действий, не посоветовавшись.

Я кивнул. Мне хотелось спросить его, почему он собиралсяпомочь Джерарду, а не мне во время этой драки? Или так только казалось? Однакочто-то мешало задать этот вопрос, и я решил не портить нашу свеженькую, толькочто возникшую вновь дружбу.

Я двинулся к лошадям. Ганелон хлопнул меня по плечу, когда япроходил мимо.

— Удачи. Я бы поехал с тобой, но нужен здесь, особенноесли Бенедикт все же отправится к Хаосу.

— Хороший спектакль, — сказал я. — У меня неприятностейне должно быть. Не беспокойся.

Я вскочил в седло. Ганелон махнул мне рукой, я тоже помахалему в ответ. Бенедикт стоял на коленях, склонившись над Джерардом, и головы неподнял.

Я двинулся кратчайшим путем через Арденский лес. Мореосталось у меня за спиной. Гарнат и Черная Дорога лежали слева от меня, Колвир— справа. Я должен был отъехать на некоторое расстояние от Амбера, прежде чемсмогу воспользоваться властью над Тенью. Наконец Гарнат исчез из виду; небопо-прежнему оставалось совершенно безоблачным. Я преодолел несколько небольшихподъемов и спусков, выбрался на нужную тропу и двинулся по ее плавному изгибу влес, где влажная тень и пение птиц в ветвях деревьев напомнили мне о долгихмирных периодах жизни, какие мы знавали когда-то, и о шелковистой, светящейсяшкуре нашей бабушки-Единорога...

Боль моя утихла под мерное покачивание в седле, и я сновазадумался о только что состоявшейся встрече с моими братьями. Нетрудно понятьотношение Джерарда. И тем не менее все это было так некстати и так нелепо — чтобы там ни произошло с Брандом, — что я не мог рассматривать случившееся иначекак очередную попытку либо задержать меня, либо совсем остановить. Мне ещеповезло, что рядом оказался Ганелон, и к тому же в хорошей форме и готовыйприложить кулаки к нужным местам и в должный момент. Интересно, а что бы сталделать Бенедикт, если бы мы там были только втроем? Мне казалось, что он бывыжидал до последнего и вмешался бы лишь для того, чтобы не дать Джерарду убитьменя. Да и от соглашения с Бенедиктом я особого восторга не испытывал, хотя,разумеется, это был значительный прогресс в наших с ним отношениях.