Замыкающие - Магда Макушева

- Рин говорил что-то про твою сестру - аккуратно начинаю я. Несмотря на всю легкость и позитивную волну, идущую от миранца, я все же чувствую, что его что-то мучает. Похоже, причина в озвученной Рином ситуации в его семье.

Стефан сразу мрачнеет и хмурится.

- Элексу пока не нашли - сообщает он тихо - родители очень переживают и боятся, что с сестрой могло случиться что-то плохое.

- Неужели на планете, где такие строгие законы в плане каких-либо действий против женщин, с одной из них могло произойти что-то дурное? - интересуюсь я.

- Все может быть, звездочка. Пока следов сестры найдено не было, она словно растворилась. Вечером вылетела домой с вечеринки и пропала. Ни ее, ни аэролета. Безопасники ищут и пока все глухо.

- Надеюсь, все обойдется, и она найдется - говорю мягко и глажу Стефана по руке. Сама тянусь к нему, совершенно ни о чем не задумываясь.

Миранец благодарно сжимает мою руку, а потом приподнимает ее и целует костяшки. В этом жесте есть что-то милое и старомодное. Я искренне улыбаюсь ему, этому мягкому солнечному мужчине, не отнимая своей руки и хватки его пальцев. Как раз в этот момент нас и застают остальные мои женихи, входящие на кухню.

- С добрым утром, Эля - растягивает губы в улыбке довольный Рин. Мужчина явно только что вылез из душа. Он обнажен по пояс, а светлые длинные волосы влажным полотном спускаются по широким плечам. Майор стремительно подходит ко мне и, никого не стесняясь, целует в макушку и трется щекой о волосы, сжав руками мои плечи.

- С добрым - улыбаюсь я Рину, краем глаза наблюдая и за Дрейком. Тот, в отличие от побратима, одет в майку без рукавов, которая оголяет мускулистые руки и туго обтягивает могучее туловище. Дрейк действительно словно настоящая гора из мышц. Тугие канаты перекатываются под оливковой кожей, напрягаясь от любого движения. Я вспоминаю как вчера перед сном он подхватил меня на руки, будто пушинку. Наверное, физической мощи в этом мужчине немерено. Он весь - средоточие силы и грубоватой мужской энергии, как снаружи, так и изнутри.

Когда Рин занимает высокое кухонное кресло рядом со мной, Дрейк тоже решает поздороваться. По-моему, он интуитивно чувствует, что я немного его побаиваюсь, поэтому грациозно и медленно сокращает между нами расстояние.

- Как спалось? - его голос звучит глухо, вибрирующе и низко. Мужчина пытался придать ему больше мягкости и нежности. От этого тембра в груди что-то сжимается, причем, странное дело, это не страх, а что-то более приятное. Опять пси-потоки?

- Отлично - я стараюсь расслабиться, хоть аура Дрейка на меня по-прежнему давит. Его фиолетовые глаза внимательно следят за моей реакцией и выражением лица. Я выдыхаю, решив, что нужно озвучить мужчинам очевидное - Стефан вчера сказал, что вы хотите, чтобы мы все время спали вместе. Так вот, я согласна на совместный сон.

Стефан лучезарно улыбается на мои слова. Рин удовлетворенно кивает. Дрейк, который уже почти дошел до меня, тормозит.

- Спасибо, милая - произносит Рин. В его голосе нежность, благодарность и поддержка. Он лучше всех среди моих будущих мужей понимает, какую внутреннюю работу над собой я провела за эти дни, чтобы притупить страхи, тревоги и сомнения.

“Так, Эля, не бойся, расслабься. Дрейк тебя тоже не укусит. Он - твой жених” - уговариваю я себя. Потом решаю, что нужно что-то делать с этим иррациональным напряжением, которое он во мне вызывает, поэтому глубоко вздыхаю и протягиваю мужчине руку. Вот так. Я показываю, что не боюсь с ним контакта. Мы же спали сегодня в одной постели, я лежала на его груди. Я буду с ним сближаться.

Мужчина смотрит на руку и сжимает ее своей большой ладонью. Что делать дальше, я не придумала, но миранец все решил сам. Он буквально парой движений извлекает меня из кресла и садится на него сам, усадив меня на свои колени.

- Дрейк - говорю я с укором. У меня хорошая реакция, тело мгновенно напрягается, но драться с собственным будущим мужем я не хочу, так что сдерживаю себя.

- Что? - я слышу по голосу, что миранец более чем удовлетворен.

- Кресел вокруг стола как раз четыре - осторожно замечаю я. И пока не понимаю своих чувств от такого самоуправства.

- Тебе неудобно? - голос Дрейка немного сгущается, становится более томным и даже немного... игривым.

- Да не то, чтобы... - начинаю я, ощущая, что в общем-то дискомфорта от такого положения я не испытываю.

- Посидим так - кажется, в утверждающем и командном тоне миранца прорезается просьба.

- Хорошо - соглашаюсь я, идя навстречу этой близости. Что ж ты будешь с ним делать? - давайте обсудим план на день. Вы обещали прогулку по столице.

***

После всех манипуляций с одеждой я чувствую себя конфетой, завернутой в несколько слоев обертки. По совету Рина я надела на себя для прогулки теплое белье, которое мужчина назвал термозащитой, свитер и брюки, дутую куртку из блестящего серебряного материала и головной вязаный убор, ботинки и взяла с собой перчатки.

Мужчины сообщили, что от их (точнее, нашего) дома мы пойдем пешком, так как территориально мы находимся в пределах Бригстана, и аэролет в принципе не нужен, чтобы добраться до центра столицы.

Наверное, момент, когда я покидаю нутро жаркого дома и делаю первый шаг на улицу, я запомню навсегда. Над головой светит местная солнечная звезда. Вокруг все белое. Такое ярко-белое, что слепит глаза. Открытые участки кожи на лице начинает пощипывать, тело мгновенно реагирует на перепад температуры, заставляя кровь приливать к щекам и носу. Ветер почти не дует, и с неба ничего не падает. Но мороз будто проникает под кожу, и кажется, холодит даже белки глаз.

Я озираюсь вокруг, пытаясь понять, как все устроено в той жилой часть Бригстана, где расположен дом моей тройки. Справа и слева на довольно большом расстоянии друг от друга стоят отдельные дома. Из-за снега, который лежит сверху и ровным высоким слоем покрывает землю, сложно точно сказать такой ли они формы: как наш или нет. Но, в целом, все строения плюс-минут одинаковые - компактные, с большими окнами или наполовину состоящие из стекла. По другую сторону улицы - такой же ряд домов. А между ними расположена странная прозрачная конструкция, напоминающая очень длинный коридор.

Я непонимающе смотрю на мужчин, которые выходят из дома следом за мной.

- Это пешеходный конвейер - правильно понимает мой вопросительный взгляд Рин - сейчас зайдем внутрь и быстро доберемся по нему в центр города.

Мужчины, как и я, похожи на многослойные пирожные. На них такие же дутые куртки темных оттенков, теплые головные уборы и тяжелые ботинки. На макушке Стефана - сделанный из меха шарик, который смешно подпрыгивает при ходьбе.

Я улыбаюсь мужчине, а он, видя мой интерес, трясет головой, от чего рыжие локоны, выглядывающие из-под ткани на голове, игриво подрагивают.

Снег под ботинками поскрипывает и пружинит. Я, не удержавшись, наклоняюсь и беру белую снежную массу голой рукой. В принципе, если схватить в руку пару кусочков льда, ощущения будут те же. Только, в отличие от льда, рыхлая субстанция в пальцах не тает, а сжимается в твердый холодный комок.