Королева нарушенных клятв - Андрей Канарейкин

— А-а? Что… — пробормотала женщина, очнувшись.

Во всём её теле была необычайно приятная лёгкость несмотря на то, что щупальца всё ещё удерживали Лирику в том же положении. Последним, что она помнила, было приближение лица Виктории к её промежности… А потом было удовольствие. Много, много удовольствия, бесконечного, невозможного, растянутого, кажется, на целые эпохи… Сколько времени прошло, Лирика не знала. Она вообще не очень понимала, где находится и что происходит, несмотря на то что в целом прекрасно помнила предшествовавшие этому состоянию события.

— Теперь твоё очередь, моя маленькая не-шлюха, — прозвучал откуда-то сверху голос эльфийки.

Щупальца принялись разворачивать Лирику, и вскоре её голова оказалась аккурат между широко расставленных Викиных ног. Тентакли медленно поднимали женщину, и та была не в силах оторвать взгляд от приближающихся к ней аккуратных половых губ эльфийки, чуть влажных от смазки…

«Это точно был самый лучший и самый интенсивный куннилингус в моей жизни… Как и вообще лучший и самый интенсивный секс…» — невольно подумала Лирика. Киска Виктории была уже совсем рядом…

— Ай, бля! Ты что делаешь, ёбнутая?! — заорала Виктория.

Вместо ожидаемого куннилингуса, пусть и неумелого, Лирика… просто её укусила. Пришлось прибегнуть к помощи тентаклей, чтобы оттащить от себя женщину.

— Я никогда не сдамся! Брось эти подлые шлюшьи трюки, и сразись со мной как воин с воином, как маг с магом, как Ходящая-за-Гранью с Ходящей-за-Гранью в конце концов! — горделиво закричала Лирика, довольная даже такой маленькой победой.

— Да я тебя сейчас… Будет тебе конец.

— Я не боюсь смерти, шлюха! Лучше умереть стоя!

— А кто говорил про смерть?

Лицо Виктории исказила гримаса, а потом её тело начало меняться. Вернее, лишь одна, вполне конкретная часть её тела… Несколько секунд не слишком красивой трансформации, и между ног эльфийки возник эрегированный член. Насколько могла судить Лирика — полностью функциональный и довольно большой.

— Какая мерзость, использовать магию трансформации для такого! Родилась женщиной — нечего пытаться стать футанари! Подделка! Дешёвка! Шлюха! — вопила Лирика.

— Я тут значит сохраняю ей жизнь… — сказала Виктория с внезапно прорезавшимся гневом, — Пытаюсь достучаться до Азы-Лисс-Уторы… Делаю куни… А эта неблагодарная сука меня за пизду кусает. Да я тебя выебу так, что мозги через жопу вытекут! До смерти затрахаю! До смерти разума уж точно!

— Вика, ты можешь просто её убить и не заниматься хуйнёй, в очередной раз провоцируя древних, — вдруг влезла Ника, отправив хозяйке телепатическое послание.

«А ты вообще молчи! Я не буду убивать первую встреченную Ходящую-за-Гранью, чего бы там не требовала от меня Лисс. Тем более что она сама очевидно Лирику и сделала Ходящей… Учитывая то, что Хранитель тогда говорил про тёрки между Нэш и Лисс, я думаю, эти суки просто решили устроить соревнование — чья чемпион Ходящая-за-Гранью окажется сильнее, хитрее и лучше готовой за прошедший срок. Только умереть ни одной из нас всё равно не дадут. Воскресят, повесят за это «долг», и отдадут в анальное рабство богине-победительнице соревнования. В итоге будет либо Нэш, либо Лисс с двумя чемпионами Ходящими-за-Гранью. А это значит, что Хранители во-первых договорились с Лисс, а во-вторых нашли способ принудить Нэш и Лисс к миру, не держа мою душу в заложниках,» — ответила Виктория.

— Разве всё это не значит, что лучше всего как раз просто взять и убить Лирику? — спросила Ника.

«С точки зрения чемпиона Нэш — несомненно. А с моей точки зрения — пошли они нахуй с такими замутами. Я королева нарушенных клятв, и я выбираю слать нахуй Нэш, Хранителей, Лисс, здравый смысл и квест на убийство Лирики Фрусс. Пусть там все охуеют, подавятся и уебутся метафорической головой о метафизическую стену от моих действий. К тому же, я просто хочу посмотреть, что они придумают, если очевидная победительница откажется убивать соперницу. Не скатятся же до банальных угроз и прямого давления? У них же предусмотрены специальные хитрые планы на случай ничьей и на случай, что мы с Лирикой их нахуй пошлём?» — ответила Виктория.

— А ты уверена, что сможешь удерживать Лирику под контролем достаточно долго? Она-то твоей логикой руководствоваться не станет, если вырвется. А она может. И второй раз на неё соблазнение не подействует, ты сама это понимаешь, она сумеет адаптироваться.

«Она может вырваться. Но убивать меня не станет. Выебет, унизит, забросит голышом без маны куда-нибудь к бандитам, пиратам или работорговцам, но не убьёт. Не после того, что я с ней сделаю…» — Виктория ухмыльнулась.

— И с чего ты так решила?

«С того, что это нелогично. Логично как раз будет меня убить за все причинённые унижения, и чтобы не давать мне второго шанса. Но когда дело касается меня, нелогичный вариант самый правильный. Потому что…»

— Да, да, потому что ты королева нарушенных клятв. Это же, бля, всё объясняет. Слушай, сделай мне одолжение? Не меняй свою позицию насчёт истинного зрения и НИКОГДА не открывай мне к нему доступ, ладно?

«Это нелогично, так что принимаю твою просьбу,» — ответила Виктория, завершив сеанс связи с Никой.

— Ага! Член отрастила, а пользоваться им не умеешь, да?! Тупая шлюха! — Лирика восприняла заминку Виктории очень своеобразно.

— Конечно не умею, дорогуша… — голубые глаза эльфийки недобро блеснули в полутьме.

Щупальца вновь резко перевернули Лирику, согнули, и зафиксировали перед Викторией в позе «раком». В руке эльфийки появилась жидковатая розовая субстанция…

— Эй! Стой! Что ты делаешь?! — возмущённо заголосила Лирика, когда её задницы коснулось что-то влажное.

Как оказалось — пальцы Виктории, смазанные призванное субстанцией. Одной рукой эльфийка отодвинула в сторону левую ягодицу Лирики, другой принялась медленно смазывать анус.

— Я настолько не умею пользоваться членом, что даже трахну им тебя не в ту дырку… Разве ты не рада, что оказалась права насчёт меня?

— Не смей! Убью! Уничтожу! Ай! — последний возглас Лирики был вызван неожиданным проникновением пальца в задний проход.

— Сначала я уничтожу твою задницу, хе-хе…

— Не смей!

— …она у тебя прям совсем не разработанная. Редко в попку балуешься, моя маленькая не-шлюха?

— Да как ты смеешь! Ты… Да я никогда! Ни в жизни… Убью!

— О, как волнующе, так это будет твой первый раз? В попку, я имею ввиду.