Турнир - Роман Глушков

Все должно было происходить совсем не так.

Первым делом я намеревался добровольно сдаться русским хозяевам «Приюта отшельника». Под тем предлогом, что мой отряд был уничтожен, а мне самому не хотелось быть пойманным рейнджерами, поскольку американцы немедленно выдадут меня арабам в обмен на своих пленных солдат. После чего арабы подвергнут Грязного Ирода долгой и мучительной казни за все те злодеяния, что он натворил на Ближнем Востоке.

Легенда была правдоподобная. С такой предысторией десантники охотно взяли бы меня в плен, даром что сами являлись в Штатах нелегалами. Взяли бы чисто из практических соображений – с таким пленником они выигрывали при любом раскладе. И в крайнем случае, будучи загнанными в угол, сами могли бы сдать меня американцам в обмен на какие-нибудь уступки. Почему нет? До того, как я был официально признан военным преступником, меня сначала объявили предателем и дезертиром. Командиру десантников пристало беспокоиться прежде всего о своих солдатах. И в последнюю очередь – о захваченном палаче и истязателе. И если первых можно будет спасти ценой жизни второго, любой офицер сделает это без колебаний.

Хотя вряд ли перед десантниками встанет такой моральный выбор, ведь я не собираюсь долго задерживаться у них в плену. После того как пакаль окажется у меня, я покину их отряд так быстро, как только мне это удастся.

Почему я уверен, что мои недружелюбные соотечественники доверят мне артефакт? Конечно, у меня имеются на то веские основания, а иначе стал бы я соваться в логово врага! Что они знают об имеющемся у них пакале? Не более того, что почерпнули в свое время из Интернета. То есть немного – это, как-никак, простые солдаты, а не квестеры. К тому же большая часть известной им информации – обычные домыслы и мифы. Иными словами, если я расскажу десантникам еще одну сказку, не противоречащую тем, которые они уже слышали, они не поймают меня на вранье и не потребуют доказательств.

Однако не все, что я собираюсь рассказать в «Приюте», на самом деле являлось ложью. Арестовав меня, десантники учинят мне допрос, на котором поинтересуются, известно ли мне о том, что случилось со всеми нами в Скважинске и почему мы здесь оказались. «Разумеется, известно!» – отвечу я. И расскажу им всю правду без прикрас и утайки… Так они подумают. В действительности я поведаю им о том, как окруженные десантниками я и мои люди соединили вместе два золотых пакаля. После чего аномальные силы мгновенно перенесли и нас, и десантников, и часть Скважинска на другой конец света – в Орегон.

Следующий вопрос, который мне зададут, можно легко предугадать: и где же находятся сейчас те самые пакали? «Один пакаль, – уточню я. – У меня остался всего один золотой пакаль. Второй, к несчастью, мы потеряли вместе со всеми нашими вещами, когда угодили под завалы после рискованной телепортации».

Конечно, десантники помнят эти завалы, потому что им самим пришлось выбираться из той западни. И тоже наверняка с потерями. Так что и здесь к моей легенде никто не придерется.

А пока они будут вспоминать тот злополучный день, я нанесу им свой решающий удар: посетую, что именно из-за утраты пакаля я в итоге потерял товарищей и был вынужден идти сдаваться в плен. Ведь, останься у нас оба артефакта, мы выбрались бы в безопасное место, опять соединили бы их и перенеслись обратно в Скважинск. Только уже без вас, господа, потому что на обратном пути нам такие попутчики и подавно были бы не нужны.

Где же оставшийся артефакт? Спрятан неподалеку. Откуда мне было знать, как вы меня встретите. Не исключено, что сразу прикончите без суда и следствия. И зачем, спрашивается, мне в таком случае дарить вам драгоценный пакаль, который вы снимете с моего трупа?

Два золотых пакаля – тот, что имеется у десантников, и тот, который якобы могу дать им я, – окрылят их надеждой вернуться на родину тем же путем, каким они сюда попали. И с той минуты я стану для них не просто пленником, а ценным специалистом. Экспертом по работе с артефактами, поскольку сами десантники совершенно не разбираются в этой науке. Ну а я, разумеется, порадуюсь вместе с ними. И намекну, что будет лучше не затягивать наше отправление на родину, а заняться им прямо сейчас.