Венец творения - Александр Лоскутов

Маринка, плечиком прижимая к уху телефонную трубку, что-то торопливо чиркала в блокнотике. Карандаш летал как заведенный. Я аж залюбовался.

— На пересечении Туруханской и Люблинской… Стая оборотней… Четырнадцать особей… Дневная лежка… Да… Да, обязательно передам… Извини, Тема, машины нет… Все понимаю, но помочь ничем не могу… — Карандаш продолжал танцевать в тонких изящных пальцах. — Хорошо, я сброшу заявку, и как только кто-нибудь освободится…

Я кивнул своим мыслям. Нечисть не ждет, когда мы будем готовы. Несмотря ни на что, Управление не прекращает работу. С фронтов продолжает поступать информация. Где-то там, среди заполненных мертвящей тишиной улиц, выслеживают врага мои друзья и коллеги.

Четырнадцать оборотней… Ох и веселье там намечается.

По ответным репликам Маринки домысливая сложившуюся в старом городе ситуацию, я снова, наверное, уже в десятый раз только за сегодняшний день пожалел, что за моими плечами больше нет привычной тяжести меча.

— Попробуйте выйти на Новороссийскую. Там сейчас работает тройка Грязнова. Я предупрежу их…

Я аккуратно прикрыл за собой дверь.

Наверное, следовало бы заглянуть в соседний кабинет. Но встречаться с Хабибуллиным и тем более выслушивать язвительные комментарии Пащенко мне сейчас как-то не хотелось. Обойдутся они и без моего присутствия.

Что у нас там дальше по плану? Кажется, я обещал зайти в гости к Хмырю. Ну что ж. Зайду. Только попозже. Ближе к вечеру.

А сейчас пойду-ка я лучше домой. Проведу пару часов вместе с женой. Сходим куда-нибудь… По ресторанам я не специалист, но уж в кафешке-то посидим. Уверен, Ирина будет рада. Вместе мы никуда не выбирались вот уже… Черт! Не помню, чтобы мы вообще куда-то выбирались.

Надо бы исправить упущение.

И вообще, с сегодняшнего дня становлюсь примерным мужем. Сейчас вот пойду и подарю своей любимой цветы… Они, как зря занимающая место под пищевые посадки бесполезная зелень и несомненный предмет роскоши, стоят в наши дни безумные деньги. Но я все равно куплю. В конце концов, одними рублями все равно счастлив не будешь.

Размышляя подобным образом, я спустился по лестнице и, вновь пройдя мимо вялого охранника, вышел на крыльцо. Водовозова все еще не было видно. Зато Осипов со своими братьями по оружию по-прежнему торчал неподалеку. Более того, он отлип от стенки и шагнул в мою сторону, поднимая руку для приветствия. Мы обменялись осторожным рукопожатием.

— Кого-то ищешь?

— Димку Водовозова. — Я передернул плечами. — Не видел?

— Так он на задании. — Осипов расплылся в улыбке.

Я, подумав, к нему присоединился. Новость действительно хорошая. В первую очередь для самого Водовозова, который в последнее время откровенно страдал от безделья, пытаясь выбить из начальства хоть какое-нибудь назначение.

— Один пошел?

— Нет. С ним еще восемь человек из третьей группы. Его командиром поставили.

Я неуверенно кивнул, прислушиваясь к своим ощущениям. Кто-то будто бы шептал мне в ухо, предостерегая… О чем? Я не смог разобрать… Но к инстинктам, когда они просыпаются, я старался прислушиваться.

И вот сейчас я, несомненно, чувствовал опасность… Но где? От кого? Откуда?..

— Видел бы ты, как он радовался, — беззаботно продолжал между тем Осипов. — Хотя, конечно, то, куда его направили…

Есть! Вот оно, то, что меня тревожило. Поймал!..

— Куда он пошел?!

Осипов моргнул и вроде бы даже вздрогнул. Его по-прежнему подпирающие стенку друзья исподлобья недовольно зыркнули в мою сторону.

— К медгородку…

— За алтарем? — разом прозревая и холодея от предчувствия, спросил я.

— Вроде бы… Что случилось?

Я яростно сплюнул сквозь зубы. Ведь предупреждал же. Предупреждал! Не послушали. Не вняли… Или просто не поверили? Осипов молчал, недоуменно глядя на меня.

— Черт!.. — Я выругался, лихорадочно решая, что делать дальше. То ли махнуть рукой, предоставив этих балбесов своей судьбе. То ли… А что я могу сделать? — Черт, черт, черт…

Девять человек… И восемь из них — новобранцы, лишь пару месяцев как вышедшие из учебки. Хорошо еще, если за плечами по две-три вылазки. Ходячий корм для нечисти… Я им чем-то обязан?

Глядя на Осипова, я прищурился.

— Слушай, а ты мне случаем лапшу на уши не вешаешь?

— Какая лапша?.. Если не веришь, вон у них спроси. — Димка мотнул головой в сторону своих с задумчиво-важным видом подпирающих стенку коллег. — Мы все видели, как они вышли.

— Когда?.. Сколько времени прошло?

— Часа два, наверное. Может, чуть больше. А что?

Заданный совершенно невинным тоном вопрос я проигнорировал. Вместо ответа сам спросил:

— Кто подписал приказ?

— А я-то откуда знаю? — вытаращился Осипов. — Ты лучше у диспетчера спроси. Только какая теперь разница? Все равно их уже не вернешь. Да и приказ ты не отменишь.

Тут он был прав. Кто подписал приказ — это уже не важно. Но я почему-то был уверен, что не шеф. Отправлять едва вышедших из учебки мальчишек на бой не в его принципах. А ничего иного из этого похода получиться не может в принципе. В тот район можно тихо пробраться одному или максимум вдвоем. Можно также силой пробиться во главе сплоченной команды, состоящей из трех-четырех десятков ветеранов уличных боев с нечистью. Но даже тогда риск будет слишком велик. Отправлять же десяток едва оперившихся юнцов, пусть даже под командованием опытного чистильщика… Рискованно.

Настолько рискованно, что я буду ничуть не удивлен, если парни полягут все до единого.

И ведь связаться с ними не удастся, даже если после аварии на узле мобильную связь уже успели восстановить. Все равно чистильщик, выходя на задание, обязательно отключает свой телефон, чтобы в самый ответственный момент он не выдал своего хозяина громким настойчивым писком.

А вот насчет того, чтобы отменить приказ… Тут Осипов ошибается. По себе мог бы судить — если надо, я умею быть очень убедительным. И на начальственное недовольство мне плевать… Что они мне сделают? Откажут в выплате выходного пособия?.. Ха!

— И что ты собираешься делать? — с явным любопытством спросил Осипов.

Господи, как был мальчишкой, так мальчишкой и остался. Даже два месяца в госпитале его ничему не научили.

И все-таки в чем-то он прав. Что я собираюсь делать?.. И собираюсь ли?

— Дай меч!

— Чего-о?

— Давай сюда меч, — повторил я, едва удерживаясь от того, чтобы не зарычать. — И пистолет.

— А тебе не кажется, что это начинает уже входить в традицию? — Он улыбнулся. Улыбнулся! А потом, прежде чем я успел ухватить его за грудки, шагнул в сторону, обращаясь к одному из коллег-курильщиков: — Влад, тебе все равно сегодня не на задание… Одолжи снаряжение на денек.