Ангел Господень - Борис Чурин

— Входите, — крикнул Лунев.

— Вызывали, Сергей Михайлович? — в кабинет бочком протиснулся старший администратор гостиницы, высокий, стройный мужчина лет сорока-сорока трех.

— Вызывал, — кивнул Лунев, — проходите, садитесь.

Дождавшись, когда старший администратор усядется на стуле, Сергей Михайлович начал разговор.

— Владимир Афанасьевич, я, как вы знаете, человек в гостиничном хозяйстве новый. Наверняка, чего-то не знаю и не понимаю. Поэтому обращаюсь к вам за помощью. Объясните мне, пожалуйста, такое явление: у стойки дежурного администратора постоянно красуется табличка «мест нет». Вчера утром я проверил журнал регистрации и, оказалось, что в гостинице пустуют одиннадцать номеров. Сегодня я снова полистал журнал и обнаружил тринадцать незанятых комнат. Вы в курсе этой ситуации? Чем она объясняется?

Старший администратор со снисходительной улыбкой пожал плечами.

— Объясняется это очень просто. Существует обкомовская бронь, бронь милиции, КГБ, нашего министерства. Ну и на непредвиденный случай тоже приходиться держать пару готовых комнат: вдруг какой-нибудь высокий гость к нам в город пожалует. Вот и получается, что несколько номеров в гостинице всегда остаются пустыми.

Лунев с сомнением покачал головой.

— Мне кажется, слишком расточительно, держать незаселенными такое количество комнат.

Он в задумчивости потер подбородок и вновь обратился к собеседнику.

— Владимир Афанасьевич, передайте, пожалуйста, всем дежурным администраторам мое распоряжение: чтобы впредь в гостинице в течение суток больше трех номеров не пустовало.

Заметив протестующий жест рукой старшего администратора, Сергей Михайлович повысил голос:

— Или для этого требуется издание специального приказа?

Старший администратор вздохнул и покачал головой.

— Нет, не требуется.

— Вот и хорошо. Будем считать этот вопрос закрытым. Перейдем к следующему, — Лунев откинулся на спинку стула, — Владимир Афанасьевич, скажите, вы едите в буфетах нашей гостиницы?

Столь неожиданный вопрос заставил удивленно изогнуться брови старшего администратора.

— Нет, — замотал он головой, — я обедаю в кафе, в квартале от гостиницы.

— Правильно делаете. Потому что питаться в наших буфетах, как мне показалось, небезопасно. Я сегодня утром купил там беляш и не смог его съесть. Во-первых, он не менее суток пролежал в холодильнике, а, во-вторых, мясом в нем даже не пахнет.

— Полностью с вами согласен, Сергей Михайлович, но, — старший администратор развел руки в стороны, — исправить положение мы не в силах. Буфеты принадлежат ресторану, а ресторан — общепиту. Они лишь арендуют у нас площадь.

— Понятно, — Лунев вновь почесал подбородок, — а бар для иностранных гостей на седьмом этаже тоже принадлежит ресторану?

— Тоже, — кивнул старший администратор.

— А швейцар на входе в бар наш сотрудник?

— Наш.

— Я вчера вечером хотел зайти в этот бар, но швейцар меня не пропустил. Сказал: только для иностранцев.

— Он, вероятно, вас еще в лицо не знает, — улыбнулся Владимир Афанасьевич.

— Вероятно, — согласился Лунев, — но вот что меня удивило. Сквозь стеклянную дверь бара я увидел за столиками несколько девушек, которые совсем на иностранок не были похожи. Что вам известно по этому поводу, Владимир Афанасьевич?

Старший администратор низко склонил голову.

— Мне ничего об этом не известно. Бар, буфеты и ресторан не моя компетенция.

Распрощавшись со старшим администратором, Лунев вызвал к себе главного бухгалтера и до обеда разбирался с финансовой отчетностью. В обеденный перерыв он спустился в ресторан и прямиком направился в кабинет его директора. Разговор с представителем общепита, не смотря на все усилия Сергея Михайловича придерживаться дипломатического этикета, получился жестким. В конце беседы пришлось даже прибегнуть к угрозам.

— Если вы не исправите положение, — уже держась за дверную ручку, прорычал Лунев, — я расторгну договор об аренде и найду другой ресторан, который обеспечит гостиничные буфеты вкусной и здоровой пищей.

Пообедав в кафе, Сергей Михайлович вновь принялся разбираться с финансовыми документами. Ближе к концу рабочего дня от этого занятия его отвлек осторожный стук в дверь. В кабинет просунулась голова старшего администратора.

— Разрешите войти? — соловьем пропел посетитель.

— Входите, входите, Владимир Афанасьевич, — не отрывая взгляда от бумаг, пригласил Лунев, — что у вас?

— Да, вот… — старший администратор крадущимся шагом приблизился к столу и положил на его край незапечатанный почтовый конверт.

— Что это? — Сергей Михайлович открыл конверт и заглянул внутрь. Там он увидел несколько денежных купюр достоинством в десять рублей каждая.

— Что это? — повторил Сергей Михайлович свой вопрос.

— Что-то вроде премиальных, — со смущенной улыбкой пробормотал старший администратор, — излишки, которые образовались за прошедшую неделю.

— За счет чего образовались эти излишки? — Лунев продолжал крутить конверт в руках.

— Видите ли… Сергей Михайлович, — сбивчиво начал объяснять старший администратор, — у нашей гостиницы есть постоянные клиенты… очень состоятельные люди. Они привыкли к тому, чтобы для них всегда были готовы лучшие номера. В качестве благодарности эти люди дарят дежурным администраторам некоторую сумму денег. Кроме того, какие-то деньги получают дежурные по этажу, которые позволяют гостям наших клиентов задерживаться в номерах на ночь. Ну и, наконец, девочки, которые проходят в бар для иностранцев, делятся своим заработком с нашим швейцаром. Все эти деньги стекаются ко мне, а уж я делю их между сотрудниками нашей гостиницы. Делю по справедливости. Никто, включая бывшего директора, на меня в обиде никогда не был.

Старший администратор замолчал, выжидательно глядя на своего начальника. Тот продолжал вертеть в руках конверт и тоже молчал. В помещении повисла напряженная, неловкая тишина. Первым ее нарушил хозяин кабинета.

— Хмм, — криво усмехнулся он, — ну и задачку вы передо мной поставили, Владимир Афанасьевич. Деньги вы, конечно, заберите, — Лунев протянул старшему администратору конверт, — а вот то, что все сотрудники гостиницы вовлечены в ваши финансовые аферы, это для меня неприятная новость. Ладно, — вздохнул он, — вы можете быть свободны. А я подумаю, что нужно сделать, чтобы исправить ситуацию.

До позднего вечера Сергей Михайлович просидел в своем кабинете, изучая бухгалтерские документы. Без четверти десять он запер дверь, прошел по коридору к лифту и поднялся на седьмой этаж. Как и прошлым вечером, дорогу в бар ему преградил швейцар (грузный мужчина лет пятидесяти пяти, облаченный в темно-синию униформу с генеральскими лампасами на широких брюках).