Оковы равновесия - Яна Алексеева

Вниз и вширь…

Ведьма я или не ведьма? Ха! Этот пестрый, двоящийся мир меня принял основой своей, похожей на сообщающиеся сосуды, признавая полноправным обитателем и делясь малой частичкой знаний. О лесах и полях, деревнях и городах…

Осталось выяснить, насколько хорошо ко мне отнесутся местные жители.

К городку, где можно, по-моему, проверить, насколько я срослась с миром, удалось выйти через пару дней, изрядно оголодав и обтрепавшись. Натянутое платье прикрыло необычную для этих мест одежду. Пропустили внутрь, за высокий частокол, меня без особых разговоров занятно обряженные стражники. Куртки в диагональную сине-зеленую клетку делали их похожими на уличных артистов, только вот длинные пики не казались смешными. Денег с меня не потребовали, вопросов не задавали, только смотрели неодобрительно. На мой в целом потрепанный вид или на ведовской огонь, которым я в качестве платы за вход напитала давно погасшие фонари у ворот, не знаю. Погасив пляшущую на пальцах искру, я распрощалась с дежурящими у ворот солдатами и ступила на тщательно уложенную мостовую небольшого поселения.

Странное это было место. Клетчатое. За низкими оградами, делящими город, дома выстраивались квадратами. И светлые кварталы чередовались с темными. Бежевые и желтые, синие и темно-красные крыши, сизые и беленые бордюры, палисадники и клумбы во дворах и те надвое поделены рядами густой махровой зелени.

Я почти привыкла к окружающей отсталости, даже древности, к отсутствию удобств, к множеству новых ощущений, но вот с поводком, несильно, но уверенно тянущим меня куда-то, с подсказками, с резко обострившейся интуицией, с бурчанием в полупустом желудке мириться не хотелось… Любовь к удобной постели, воспоминания о простых в приготовлении концентратах и о техномагической цивилизации в целом пока перевешивали. Я действительно скучала по дому, хотя и это тоже жизнь…

К тому же есть в окружающем мире что-то неестественное, искусственное. Стоит разобраться… и считать этот интерес еще одной зацепкой для адаптации в неизвестности.

Пройдя через город от одних ворот до других, я не удостоилась удивленных и подозрительных взглядов, только недовольных, зато утвердилась во мнении, что некоторые живущие здесь люди не очень нормальные.

На одной из маленьких площадей, выложенных рыже-коричневой плиткой, компания ребят в светлом дружно травила парочку мелких девчонок в длинных черных платьях.

Оглядев одноэтажные домики из белого кирпича, я вздохнула. И на миг поддалась ощущающейся тонкой нитью подсказке, неслышно подступая к мальчишкам. Схватив двоих крайних за добротные воротники, встряхнула на вытянутых руках и зло рыкнула:

— Твар-реныши!

Меня прекрасно поняли!

Светлые шарахнулись назад, будто от огня, и спустя мгновение исчезли в ближайшем переулке. Несильным пинком и искрой отправив туда же тех, которых поймала, обернулась к девочкам и приказала:

— Ну, по домам быстро!

Но направляющего пинка дать не успела. Откуда-то из закоулков, ведущих в темный квартал, со звонким цоканьем выскочила молодая девушка в пышном платье и, даже не посмотрев на меня, затараторила:

— О, спасибо, спасибо, спасибо… — Подхватив детей за руки, она обернулась, запнулась, рассмотрев меня, немного испуганно распахнула ярко-голубые глаза: — Благодарю, госпожа ведьма. В последнее время немного опасно отпускать детей гулять одних. Наш господин… Впрочем, о чем это я! Пойдемте же с нами! Я приглашаю!

Волнуясь, она непрерывно что-то говорила, жестикулировала, свободной рукой увлекая одну девочку на улицу, где стояли дома с темными крышами. Я кивала, следуя за ней по пятам и придерживая за руку вторую.

Какая эмоциональная девушка. И искренняя, при этом не лишенная внимательности и сообразительности.

Ведьмочка.

Город промелькнул, запутавшись в путях и дорогах. Я не противилась, тонкая нить поводка тянулась за местной жительницей.

Во дворе большого двухэтажного дома из серого камня девушка сдала детей возникшему у деревянных расписных ворот слуге в синем одеянии. И потащила меня прямо в большой обеденный зал, где за длинным столом сидело не менее полутора десятков мужчин и женщин в шикарных пурпурных и черно-синих одеждах. Никакой еды перед ними не было. Вишневого цвета столешницу сплошь покрывали бумаги, книги, шкатулки. Кое-где в свете солнца, заливавшем лучами зал через широкие окна, поблескивали разложенные горками драгоценные камни в вычурных оправах.

— Все в порядке, — заявила девица в ответ на вопросительные взгляды. — Девочки уже дома. Зато посмотрите, кого я встретила! Это ведьма!

В голосе девушки звучали ликующие нотки.

Я возмущенно закатила глаза. Что за создание — невинное, но жутко раздражающее! Неизвестно кого притащила в богатый дом, на серьезную встречу! Бродяжку уличную какую-то в потрепанном одеянии, и только потому, что та вступилась за пару малолеток. И наверное, не в первый раз нечто подобное происходит.

Я приветственно и сочувствующе кивнула ошарашенным людям. Очевидно, родственникам активной сверх меры девушки.

Очень неуместное посещение. И куда мне, простите, деваться?

Тут встала, отложив свитки, занимавшая место во главе стола женщина. Матриарх!

— Билль, я рада, что ты справилась с поиском, теперь же сядь и займись делом!

Ведьмочка рухнула на монументальный стул как подрубленная и, покраснев, уткнулась в разложенные бумаги.

Властная красавица преклонных лет в пурпуре и золоте шагнула ко мне:

— А, госпожа ведьма…

— Катрин, просто Катрин, — устало представилась я.

— Хорошо. — Кивок, темная прядь, выбившаяся из прически, мазнула по беленой щеке. — Госпожа Катрин пройдет со мной.

Знаете, очень не зря в моем мире строго контролируется посещение заповедных лесов. Общение с природой обостряет чувства и, кажется, увеличивает личную силу. Две-три ночевки в защитном круге, сон вполглаза на холодной земле, орехи и ягоды на завтрак и ужин — и ты будто три инициации подряд прошла! Неконтролируемая сила так и плещет наружу и почти не поддается приказам. А там, где ведьм, магов и колдунов едва ли не половина населения, сильные всплески магии и эмоциональная нестабильность из-за частых скачков энергии очень опасны, выливаясь порой в конфликты межу одаренными, что плохо сказывается на мирном существовании прочих людей. Да и конкуренция…

Или только здесь леса наполнены силой под завязку?

Многие бы половину жизни отдали за подобную накачку.

Мне пришлось отдать всю целиком. Усмехнувшись, я послушно двинулась за матриархом куда-то вглубь дома, по коридорам, то широким, то узким, увешанным ткаными картинами и отделанным натуральным деревом. Обостренные чувства подсказывали, что опасность мне не грозит.

Темно-синяя мерцающая ткань платья идущей впереди женщины мягко шелестела. Слова лились неспешно, я не вслушивалась, пропуская мимо ушей сетования на невоспитанную молодежь, и любовалась фигурой хозяйки. Лет шестьдесят ей, но движения легкие, уверенные, голос глубокий, кожа гладкая, а ум живой, гибкий и яркий.