Серые пустоши жизни - Иар Эльтеррус

– Эй, маг! – окликнул его кто-то.

Он обернулся, удивленный такой непочтительностью, и увидел огромного рыжего варвара с мечом соответствующих размеров. Маг досадливо отмахнулся – что с дурака возьмешь, и вернулся к изучению развалин. Только через несколько мгновений он понял, что что-то здесь не так, и хотел было опять повернуться к варвару, но было уже поздно – свистнул меч и развалил его на две половинки. Люди на площади задохнулись от ужаса – убить мага?! Безумец! Святотатца ждала страшная и медленная смерть.

Рыжий варвар захохотал, из его левой руки вырвался кинжал, завершивший свой путь в глазу второго мага. С правой одновременно с этим метнулась тонкая стальная нить, захлестнула шею третьего и срезала его голову, как травинку. Вверх ударил поток крови. Только теперь оставшиеся в живых маги поняли – перед ними второй дракон. А он уже принимал истинный облик. Вскоре огромный, метров восьми в длину – Рохарх был гигантом даже по драконьим меркам – алый с черными разводами на спине дракон метался по площади, разрывая людей в клочья. И ни один его удар не пропадал зря.

Идорна издалека услыхала шум сражения и поняла, что ало-черный принял свой последний бой. Она коротко всхлипнула и взметнулась в воздух, вернувшись в свое тело. Перелетев через городскую стену, она рухнула в заросли неподалеку от города и снова превратилась в человека. Девушка побежала, задыхаясь и захлебываясь от рыданий, ей никогда еще не доводилось терять друзей…

Маги вскинули руки в смертном заклинании. Они не знали, что у Рохарха был с собой украденный у Учителя древний медальон, который взрывался при столкновении с магией, уничтожая все вокруг. Именно его ало-черный и достал из кармана при прощании с Идорной. Когда чуждая магия коснулась медальона, он проснулся и выполнил свою задачу.

Еще многие годы спустя жители Стирхола вспоминали о страшном взрыве, унесшем больше ста тысяч жизней и разрушившим почти весь город.

Ало-черный дракон хотя бы своей смертью сумел напоить собственную ненависть…

* * *

Идорна бежала вторую неделю. Несмотря на жертву Рохарха, оставшиеся в живых маги не поверили в смерть третьего дракона и продолжали искать беглянку. Сотни и сотни охотников прочесывали лес, воздух контролировали несколько подразделений императорской Воздушной Гвардии на грифонах. Дракона, боясь попасться, пробиралась через буреломы и так изодрала одежду, что связав ее остатки в узелок, предпочла идти дальше голой. Ни денег, ни драгоценных камней у нее тоже не осталось.

При малейшем шуме Идорне приходилось затаиваться. Счастье еще, что Учитель обучал молодых драконов маскировке в человечьих телах, и она знала, как спрятаться в самом неподходящем для того месте. Лес вокруг, благодарение Творцу, рос настолько густой и дикий, что найти беглеца было совсем не просто, и Идорна вовсю этим пользовалась. От горя, ярости и отчаяния драконочка часто плакала. Особенно вспоминая потерянных друзей. Помимо того, она была очень голодна – не умела охотиться в человеческом облике, а превращаться в дракона не рисковала.

Время шло, охотников постепенно становилось все меньше, и на восьмой день безумного бегства девушка решилась остановиться на привал – все это время она спала только урывками и отдых был необходим, как воздух. Идорна нашла удобную маленькую полянку, со всех сторон прикрытую ветвями ардоалов, и хотела было присесть, но услышала сверху шум крыльев грифона и снова метнулась в чащу.

Еще некоторое время она шла вдоль ручья, а затем увидела молодого оленя. Голод взял свое, и драконочка рванулась вперед, надеясь поймать его. Животное прыгнуло куда-то в сторону и исчезло. Идорна остановилась в недоумении. Только подойдя ближе, она поняла, что заросли скрывают невидимый сверху овраг. Идеальное место для отдыха! Никто ее здесь не найдет без собак, а их у преследователей почему-то не было. Драконочка спустилась вниз, сильно поцарапавшись при этом и вновь прокляв все на свете. Даже ни в чем не повинному Серому Дракону досталось.

Внизу оказалось на удивление уютно, порывистый холодный ветер, так досаждавший Идорне в последние дни, не достигал сюда. По дну бежал небольшой ручеек, и успокоившаяся драконочка пошла дальше. Через некоторое время она нашла ложбинку, поросшую мягкой травой, и наконец-то села. Она даже рискнула развести небольшой костерок, благо осколков кремня вокруг валялось достаточно. Сидя возле него Идорна не выдержала и, отдавшись своей боли, заплакала. Она задавала самой себе безответные вопросы, не в состоянии понять, почему люди напали на них, почему так хотели купить ее саму. Ведь драконы никого не трогали, никого не убивали и не мучили… Какую же ошибку они допустили? Что они сделали этим мерзким мягкотелым тварям? Нет, Рохарх был прав, их нужно уничтожить до последнего!

Идорна сидела, скорчившись, и тихо плакала от горя, отчаяния и голода. Поэтому не сразу заметила, что на ложбинку, где она отдыхала, вышла рыженькая человеческая самочка в бедном сером залатанном платьице с букетиком цветов в руках. Усыпанное веснушками лицо удивленно вытянулось при виде очень красивой, обнаженной и донельзя исцарапанной девушки, плачущей, уткнувшись лицом в колени. Она подошла к Идорне, и доверчиво улыбаясь, сказала:

– А почему ты плачешь? Такие красивые не должны плакать!

Дракона вскочила на ноги и с ненавистью уставилась на самочку. Та щерила свои мелкие зубенки в пародии на улыбку. Живот Идорны свело от голода. Она еще раз взглянула на самочку и подумала: «А почему бы и нет? Человек – тоже мясо!» Но при мысли об этом дракону скрутило от отвращения – Серый Дракон все-таки вбил молодым в головы, что людей есть нельзя. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Что их можно воспринимать как врагов, но не как еду. Идорна встряхнулась и рявкнула:

– Убирайся отсюда, тварь, если жить хочешь!

– Да я ничего плохого тебе не сделаю, – удивилась рыжая. – Может, ты кушать хочешь? У нас дома еще немного каши осталось. Извини, но больше ничего нет, мы не едим мяса.

Идорна удивленно посмотрела на нее. Но заподозрив ловушку, столь же грубо, как и раньше, прорычала:

– Ничего мне не нужно! Оставь меня в покое!

– Извини, если я нарушила твое уединение… – на лице самочки появилось обиженное выражение. – Я уже ухожу.

В этот момент кусты над оврагом раздвинулись, и девушки увидели два грубых мужских лица. Но мужчины заметили только рыженькую, Идорна стояла в тени под скалой и сверху ее было не увидеть.

– А это у нас еще что тут? – спросил один из охотников у другого.

– Беги! – отчаянно вскрикнула самочка и, подбежав к Идорне, так толкнула ее, что та кубарем покатилась в кусты.

Она спряталась за камнями, ругаясь сквозь зубы и потирая ушибленный бок, затем бросила взгляд вперед. Рыженькая тоже попыталась сбежать, но спрыгнувшие в овраг здоровые мужчины быстро поймали ее.

– Это она? – опять спросил первый охотник у второго.

– Не-а… – сипло ответил тот. – У той волос черный.

– А… – гнусно ухмыльнулся первый. – Ну, дык, развлечемся.