Гильдия магов - Труди Канаван

Укрепленные на стенах лампы смотрели в потолок теплыми кругами желтого света. Пол был устлан огромным ковром с золотистыми кисточками по краям. В дальней части комнаты за столом сидел темнокожий человек в черной, плотно подогнанной по фигуре одежде. Вошедших пристально изучали пугающие бледно-янтарного цвета глаза.

Сонеа тоже уставилась на хозяина. Вор оказался лонмарцем — представителем гордой расы обитателей пустынь, чьи земли раскинулись к северу от Киралии. Лонмарцы в Имардине были большой редкостью — мало кто из них соглашался жить вдали от своей довольно консервативной цивилизации. Воровство считалось в Лонмаре величайшим злом: они верили, что сколь бы ничтожную вещь ты ни украл — ты теряешь часть своей души. И вот перед нами лонмарский Вор.

Глаза мужчины сузились. Сонеа поняла, что стоит, неприлично долго уставившись на него, и быстро отвела взгляд. Он откинулся на спинку кресла, улыбнулся и подозвал ее, шевельнув длинным коричневым пальцем.

— Подойди ко мне, детка.

Сонеа повиновалась, подойдя к самому столу.

— Так вот кого разыскивает Гильдия?

— Да.

Фарен поджал губы.

— Я ожидал чего-нибудь более впечатляющего. — Он пожал плечами, наклонился вперед и поставил локти на стол, опершись подбородком на сплетенные пальцы. — Откуда мне знать, что ты та, за кого себя выдаешь?

Сонеа бросила растерянный взгляд через плечо.

— Сири сказал, что вы знаете, что это я, и давно за мной наблюдаете.

— Так и сказал? Как это мило, — фыркнул Фарен и скользнул глазами по ее другу. — А ты смышленый, малыш Сирини, такой же как твой отец. Да, мы наблюдали за вами обоими — но за Сири дольше. Подойди ко мне, парень.

Сири встал рядом с Сонеа.

— Рэйви шлет тебе привет.

— От одного грызуна другому? — легкая дрожь в голосе выдала волнение юноши.

Фарен сверкнул белозубой улыбкой, но она тут же погасла. Он снова обратился к Сонеа:

— Итак, ты умеешь колдовать. Это правда?

Сонеа с трудом сглотнула, чтобы смочить пересохшее горло.

— Да.

— Тебе приходилось делать это после маленького сюрприза на Площади?

— Да.

Фарен удивленно вскинул брови и провел рукой по волосам. На висках виднелись седые пряди, но кожа была гладкой и молодой. На пальцах блестели украшенные крупными камнями кольца. Сонеа никогда не видела таких больших самоцветов на руках двэлла, но этот человек не был обычным жителем трущоб.

— Ты выбрала не самый удачный момент для проявления своего таланта. Теперь маги горят желанием найти тебя. А их поиски нам совсем некстати — так же как и для тебя совершенно некстати объявленная ими награда. Теперь ты хочешь, чтобы мы укрыли тебя от них . А не проще ли нам будет выдать тебя и получить вознаграждение? Раздраженные колдуны перестанут шастать по трущобам. Я стану немного богаче.

Сонеа снова стрельнула глазами в Сири.

— Мы могли бы заключить сделку.

Фарен пожал плечами.

— Могли бы. Что ты предлагаешь взамен?

— Мой отец говорил, вы должны ему услугу… — начал было Сири.

Желтые глаза полыхнули.

— Твой отец потерял все, обманув нас, — отрезал Фарен.

Сири опустил голову, затем вскинул подбородок и встретился с Вором глазами.

— Мой отец многому меня научил. Может, я смогу…

Фарен хмыкнул и отмахнулся.

— Когда-нибудь ты пригодишься нам, малыш Сирини, но у тебя нет связей твоего отца, а ты просишь о большой услуге. Знаешь, каково наказание за укрывание мятежного мага? Смерть. Ничто не может нравиться Королю меньше, чем мысль о разгуливающем на воле маге, который творит дела без его приказа. — И он, хитро улыбнувшись, снова перевел взгляд на Сонеа. — Однако это чрезвычайно заманчивая идея, и я хотел бы, чтобы она стала основой сделки. — Он сложил ладони вместе. — Для чего ты использовала свои способности после Чистки?

— Я кое-что подожгла.

Глаза Фарена блеснули.

— Правда? А ты пробовала что-нибудь еще?

— Нет.

— Покажи мне что-нибудь.

Сонеа испуганно уставилась на него.

— Сейчас?

Вор указал на лежащую на столе книгу.

— Попробуй ее сдвинуть.

Сонеа посмотрела на Сири. Он легонько кивнул. Прикусив губу, девушка напомнила себе, что когда она согласилась просить убежища у Воров, она знала, что ей придется использовать магию. Ей нужно смириться с этим фактом, и не важно, что она при этом чувствует.

Фарен откинулся в кресле.

— Начинай.

Глубоко вдохнув, Сонеа уставилась на книгу и велела ей сдвинуться.

Ничего не случилось.

Нахмурившись, она вспомнила свои ощущения на Площади и во время стычки с Баррилом. Оба раза она была в ярости. Прикрыв глаза, девушка подумала о колдунах. Они сломали ее жизнь. Это из-за них она вынуждена продаться Ворам в поисках защиты. Почувствовав нарастающий гнев, она открыла глаза и направила свою злость на книгу.

Раздался громкий хлопок, и комнату озарила вспышка света. Фарен с проклятьями отпрыгнул назад от пожираемой огнем книги. Схватив стакан, он выплеснул на нее воду, и пламя, сердито зашипев, погасло.

— Простите меня, — быстро забормотала Сонеа. — Я не хотела, чтобы так получилось. Просто…

Фарен поднял руку, призвав ее к тишине, и усмехнулся.

— Думаю, с защитой у тебя все в порядке, юная Сонеа.