Высокий Лорд - Труди Канаван

– Вы осмотрели помещение?

– Да. Одна комната разнесена в щепки, так что какая-то драка там точно была. Относительно магии... кто может сказать?

– Мы,– произнес лорд Оузен.

Лорлен вскинул глаза на помощника. Оузен прав. Гильдия должна расследовать это дело.

– Я осмотрю место происшествия.

– Мой экипаж в вашем распоряжении,– сказал Барран.

– Хотите, поеду я? – предложил Оузен.

– Нет-нет,– сказал Лорлен.– Я больше знаю про подобные случаи.

– Что мне сказать, если меня будут спрашивать про визит Начальника Стражи?

– Что произошло несколько убийств и в городе поползли нездоровые слухи.

– А если вы обнаружите следы магии?

– Тогда будем разбираться. Не беспокойтесь раньше времени, Оузен. Я надеюсь, что этот случай не более ужасен, чем предыдущие.

На лице Оузена читалось сомнение. Он задумчиво покусывал губы. Лорлен закрыл кабинет, и они с Барраном вышли на крыльцо.

– Друг мой, будь добр, встречайся с капитаном Барраном с глазу на глаз.

– У Оузена есть голова на плечах. Он не станет поднимать панику.

– Даже самые здравомыслящие люди теряют голову во время приступов подозрительности.

– Он что-то подозревает? Может быть, ты скажешь мне, что на самомделе случилось в городе?

– Напившиеся в дым завсегдатаи болхауса оказались свидетелями неудачной попытки Воров поймать убийцу.

– И я должен тебе верить?!

– Распорядитель?

Лорлен моргнул, осознав, что застыл перед открытой дверцей кареты. Барран вопросительно смотрел на него.

– Извините,– улыбнулся Лорлен.– Я просто советовался с коллегой.

Догадавшись, что тот имеет в виду, Барран широко раскрыл глаза.

– Полезная способность!

– Полезная,– согласился Лорлен,– но временами обременительная.

«Разрази гром эту полезную способность!» – добавил он про себя.

Замирая от ужаса, Сонеа спустилась в подземную комнату. Весь день она думала только о предстоящем ей уроке черной магии. Несколько раз она чуть было не решила отказаться от этой затеи, но при мысли о грозящей Киралии опасности ее намерения окрепли.

Она поклонилась Аккарину, читавшему какую-то книгу.

– Садись, Сонеа.

Присев, она посмотрела на заставленный разными предметами стол. Очень странный набор: чаша с водой, комнатное растение в горшке, харрел в клетке, пара полотенец, книги, простая деревянная шкатулка.

– Зачем это все?

– Для нашего занятия,– сказал Аккарин, закрывая книгу. – Я научился тому, чему собираюсь учить тебя, безо всяких объяснений, на практике. Только когда я нашел спрятанные Кореном книги, я узнал основы теории.

– Как вам удалось отыскать эти книги?

– Корен оставил Высокому Лорду посмертное письмо, где говорилось, что он спрятал в подземельях Университета сундук содержащий тайное знание. Он завещал открыть его, только если Гильдии будет грозить смертельная опасность. Я нашел это письмо среди старых документов.– Аккарин фыркнул. – Корен оставил такие запутанные инструкции по поиску сундука, что ни у кого измоих предшественников не хватило терпения разобраться. Ведь знаменитый архитектор был известен как редкий мистификатор и шутник. Но я догадался, какое тайное знание он имел в виду.

– И вы разобрались в инструкциях?

– Нет,– усмехнулся Аккарин.– Я бродил по подземельям каждый вечер на протяжении полугода, пока не нашел сундук.

– В случае страшной опасности пришлось бы поторопиться с поисками,– засмеялась Сонеа, но тут же посерьезнела.– Кажется, опасность уже на пороге.

Аккарин посмотрел на стол.

– Многое из того, что я скажу, не будет для тебя новостью. Тебя учили, что все живые существа обладают силой. Наша кожа защищает нас от магических влияний извне. Будь это не так, маги могли бы убивать, вторгаясь сознанием в тело другого и останавливая сердце. Целительная магия может преодолеть этот барьер только за счет контакта «кожа к коже». Однако если кожа повреждена, барьер оказывается нарушен, открывая доступ ко внутренней энергии живого существа.

– Черная магия основана на двух принципах,– помедлив, сказал Аккарин.– Во-первых, она учит нас забирать чужую Силу. Во-вторых, позволяет запасать полученную извне Силу, увеличивая таким образом свою. Научиться этому несложно. Я мог бы объяснить тебе теорию и дать поэкспериментировать с животными, но тогда пройдут недели, прежде чем ты научишься контролировать процесс. Кроме того, преподаватели могут почувствовать изменение твоего присутствия. Кстати, я не знал, что черная магия воспринимается иначе, чем обычная, пока не прочитал твою память. После этого я долго учился скрывать эффект от ее использования. Чтобы не рисковать, я научу тебя черной магии сам исразу же покажу, как ее скрывать.

Такан будет твоим первым источником силы. Он вовсе не хочет учиться черной магии, потому будь осторожна и не говори при нем лишнего.

Послышались шаги, и в комнату вошел Такан. Он поклонился'

– Вы звали меня, хозяин?

– Да,– ответил Аккарин.– Пришло время научить Сонеа черной магии.

Кивнув, Такан взял со стола деревянную шкатулку и открыл ее. Внутри на черном бархате поблескивал уже знакомый Сонеа изогнутый нож. Почтительно взяв лезвие, Такан плавным движением положил его на раскрытые ладони и, склонив голову, приблизился к Сонеа. Аккарин прищурился:

– Перестань, Такан, и, прошу тебя, не становись на колени. Мы же цивилизованные люди!

В глазах Такана плясали лукавые огоньки. Тихо фыркнув, Аккарин кивнул Сонеа.

– Это магический сачаканский клинок, закаленный магией,– сказал он.– Много сотен лет он передавался из поколения в поколение. Последним его владельцем был Дакова. Такан забрал его с тела Даковы, а потом отдал мне. Возьми его в руки, Сонеа.

Сонеа осторожно взяла нож. Он слегка холодил кожу. Сколько же человеческих жизней он унес? Сотни? Тысячи?

– Такану понадобится стул.

Сонеа уступила свое место. Присев, слуга закатал рукав.

– Сделай небольшой надрез. Будь осторожна, нож очень острый.

У Сонеа пересохло во рту. Ободряюще улыбнувшись ей, Такан показал руку, покрытую мелкой сеточкой шрамов – следами порезов. Совсем как у Аккарина.

– Не волнуйтесь. Видите, мне не привыкать.

Дрожащей рукой Сонеа приложила нож к коже Такана. Ей было страшно, и во рту появился противный металлический привкус. Отведя лезвие, она увидела выступившие капельки крови – как яркие красные бусины. У нее закружилась голова. С трудом придя в себя, девушка поймала пристальный взгляд Аккарина.