Заклинательница теней - Мария Данилова

– Ты не хочешь этого знать, малышка.

– Проверь меня.

– Еще раз: я не готов к пинку под зад.

– За что я вообще должна его тебе дать? – Нахмурилась я и тут же добавила. – Знаешь, что? Не собираюсь выбивать у тебя право на то, чтобы ты перестал препираться. Не хочешь – не надо.

– Я просто… – Киан осекся, вздохнул, и его лицо снова озарила ухмылка. – Прости, Вилу. Так, правда, будет лучше.

Вилу? Что случилось с малышкой?

– Хорошо, – сложила руки на груди я, и решительно подошла к нему.

Киан так пристально смотрел на меня, будто я собиралась драться. Ничего подобного. Я что? Больная? Ладно, возможно, но не настолько.

– Так или иначе… – я не отрывала взгляда от его ясных и необыкновенно прекрасных глаз, – я все же благодарна тебе за твою помощь.

Теперь я не торопилась. Осторожно коснувшись его лица, я медленно потянулась и… прикоснулась поцелуем к его щеке. Он замер, его взгляд был несколько затуманенным, когда мои губы коснулись его щеки. Я делала это специально, рассчитывала на то, что он сделает дальше.

Медленно отстраняясь, я замечаю, как его глаза замирают на моих губах, он то ли плюет на все запреты, то ли просто не может с собой совладать. В этот раз я не позволяю ему целовать себя как пять минут назад. Тем не менее, не отстраняюсь совсем.

– Я же нравлюсь тебе, – сообщаю я.

– Нравишься, – тихо и довольно уверено отвечает Киан.

– Но ты хочешь уйти.

– Нет.

– Нет? – Взлетают мои брови.

– Мне жаль, что я говорю это, но кто-то, и правда, не очень жалует тебя здесь, – довольно тихо произнес он. Я все еще держала свою ладонь у него на лице. Он боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть меня. Мне это нравилось. Мой желудок радостно взрывался фейерверками. – Я присмотрю за тобой. – Его глаза встретились с моими. – Хорошо?

– Но ты же хочешь другого, так ведь? – Вполне серьезно спросила я.

– Больше, чем ты думаешь.

Мой желудок сейчас закричит! Так скакать просто опасно для жизни!

– Но ты не скажешь мне, что тебя останавливает.

Киан помолчал секунду другую.

– По, крайней мере, сейчас, – ответил он.

Я смотрела в его голубые глаза и не могла отвести взгляд. Он нравился мне, до безумия! Его глаза словно сводили меня с ума. Его губы, его лицо, его челка…, то, как он стоял передо мной, боясь пошевелиться только потому, что я все еще прикасаюсь к нему. То, что он стоял здесь, в моей комнате, как он целовал меня…, как он хотел меня.

– Но мне не нужен охранник, – внезапно даже для себя призналась я.

Киан ничего не сказал, просто, молча, смотрел мне в глаза. Его ладонь незаметно коснулась моей руки, и мы простояли так еще несколько минут. Думаю, это бы продолжалось еще долго, если бы за дверью не послышались женские голоса.

– Мне лучше уйти, – произнес Киан, когда я наконец-то опустила руки.

Не знаю, кому от этого будет лучше. Конечно, об этом я ему вслух не сказала. Не знаю, что мной руководило. Я вроде бы и не хотела, чтобы он был рядом со мной, но с другой стороны… я бы ни за что не променяла этот поцелуй ни на что другое. Я вроде бы целовала его из-за испуга, что он обо всем догадается. Но с другой стороны, будь он каким-то уродом, которого я бы недолюбливала, разве я бы стала его целовать? Нет.

Я так ничего и не сказала, хотя Киан явно ждал моих слов. Хоть чего-нибудь. С другой стороны, я ведь уже все сказала, так ведь? Может быть, я слегка преувеличила, что мне не нужен охранник, но так или иначе, Киан как охранник мне был нужен в последнюю очередь. И дело даже не в том, что я пытаюсь изобразить активную фазу поиска искупительницы. Дело в том, что…

– Еще увидимся, малышка, – улыбнулся он мне напоследок и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Его куртка на моей вешалке пошатнулась. Я не знаю, почему я ничего не сказала. Мне хотелось ему что-нибудь сказать, но в тоже время, молчание показалось мне самым разумным.

Во что я ввязываюсь?! Я только сейчас отмерла и с силой потерла лицо руками. Зачем я это делаю? Ведь он сказал мне «не будет ничего», забей на гордость и, картинно обидевшись, продолжай искать искупительницу. Но нет! Мне нужно было дожать его, нужно было доказать и ему, и себе, что я ему не безразлична. Я это знала, точно знала. После поцелуя уж наверняка. Ладно, я. Это был ужасный поцелуй.

Но когда меня целовал он…, это было не спонтанно, то есть желанно и возможно, неожиданно, но он обдумал свои действия. Это не выглядело так, словно он был незрелым подростком, который поддался чувствам. Таким подростком была я. Мне было стыдно за свое поведение, но в тоже время, я улыбалась, каждый раз вспоминая, как он тянулся ко мне за поцелуем. Как мои ладони касались его лица…

Зачем я это делаю? Зачем я все усложняю? Искупительница, мне нужна только она. Не знаю, думает ли он действительно, что искупительница – это я, но сейчас эта идея казалась мне безумной. Я в том смысле – ну и что? Во-первых, никаких признаков, что это действительно я, не было. Во-вторых, даже если так, то он должен был выкачать мою кровь и дело с концом. Он сильнее меня, ему это ничего не стоит. Никто даже не догадается.

Но он этого не сделал. И мне теперь приятно это осознавать.