Дракон на пьедестале - Пирс Энтони

Айви наклонила голову. Она задумалась. Что такое книксен?

– И так сойдет, – продолжал кентавр. – Склоненная голова тоже означает почтение. Перед тобой, стало быть, тучная королева, повелительница воздуха. Королева говорит, что ты похожа на одну малоприятную особу... на какую-то даму с зелеными волосами.

«Это же моя мама!» – чуть не закричала Айви. Еще секунда, и она спросила бы, где туча встретила маму, но Хамфгорг опередил ее.

– Тучная королева – всего-навсего клочок небесной ваты, – небрежно заметил он.

Королева расслышала и, очевидно, все поняла без перевода. Она зарокотала, раздулась, побагровела и плюнула в сторону Хамфгорга – огнем и водой. Мальчик едва успел отскочить. Старуха обиделась не на шутку!

– Наглый мальчишка! – снова заговорил кентавр. – Да будет тебе известно, что тучная королева принадлежит к древнему и высокородному племени мохнатых, сумеречных, тяжелых, пышных туч, не говоря уже о перистых и слоистых облаках. Именно тучи и облака дают воду, которой питаются все ксанфские растения, все ксанфские водоемы! Заруби себе на носу, без нее, тучной королевы, без ее родственников эта земля вскоре превратилась бы в пыль, а вы, людишки, в мертвецов! Она родоначальница громов и молний!

– А также луж и мокриц, – дерзко добавил Хамфгорг. Рыцари славятся отвагой и дерзостью.

Тучная королева из багровой сделалась черной. Черной, как дыра Пустоты. Черная тучная королева так грохнула, что чуть сама не разлетелась в клочки.

– Ну вот, Хамфгорг, ты и добился своего, – сказал кентавр. – Сейчас вы убедитесь, какой у тучной королевы нрав – взрывной и бурный. Бегите, пока не поздно.

– Но внизу громчит не тише! – воскликнула Айви, глянув с вершины на толстый слой тумана.

Королева тем временем скучковалась и нацелилась на Хамфгорга. Смертоносный огненный зигзаг уже готов был сорваться с ужасной наковальни и ударить в Хамфгорга, но дракон опередил – ударил паром прямо в ноздреватое лицо королевы.

Любое другое чудовище взвыло бы от боли – только не тучная королева. Тучи состоят из воды, и драконий пар тоже, так что королева от неожиданной добавки лишь взбодрилась.

И вдруг Айви осенило:

– Хамфгорг! Выколдуй фрукт! Хамфгорг, недолго думая, сотворил прямо из воздуха водопьян и швырнул его в королеву.

Королева отпрянула, но потом разобралась, что это не грозный земляной водопьян, а безобидный воздушный. Водопьян безболезненно прошел сквозь тучу и шлепнулся о землю, а разбрызгавшаяся влага только пополнила запасы тучной королевы.

– Не то! – крикнула Айви. – Сделай гранату!

Хамфгорг сразу все понял, потому что рыцари в военном деле смыслят очень хорошо.

– Граната! – крикнул он.

Крупная темно-красная граната как с неба свалилась прямо ему на ладонь. Королева не успела плюнуть молнией – граната заткнула ей рот. Граната ударилась о молнию. Последовал невероятной силы взрыв. Тучу разорвало в клочки. Полетели в разные стороны обрывки мокрой ваты, сверкающие огнем железки молний, гром бухнулся о землю и затих.

– Хамфгорг победил тучу! – провозгласила Айви, напуганная и одновременно восхищенная зрелищем. Ей еще не доводилось наблюдать, как взрываются тучи.

– Ошибаешься, – сказал кентавр. – Тучу победить нелегко. – У нее, как говорится, девять жизней. Вот сейчас она сгребет себя на невидимый совочек и предстанет перед вами еще злее прежнего. Бегите же!

И в самом деле, небольшие тучки, каждую из которых венчал зубец будущей королевской короны, уже собирались в кучу. Пора бежать!

– Нужно еще немного бамбухов! – крикнула Айви Хамфгоргу. – Проложим путь к стратегическому отступлению!

Айви произнесла два невероятно длинных слова и сама себе удивилась. Раньше их значение от нее ускользало, хотя папа часто употреблял эти слова, когда рассказывал о старинной войне с обыкновенами, случившейся за два года до рождения Айви. Но теперь, оказавшись на поле брани, принцесса поняла, что эти слова означают.

– Будь спок, найдутся, – успокоил мальчишка, употребив истинно рыцарское выражение. И на его ладонях мгновенно закраснела горсть бамбуховых вишен. Он запустил вишней в северо-восточную оконечность островка. Скопившиеся там тучки снова разлетелись, но, следуя закону туч, немедленно начали сгущаться. Сгущались они, правда, как-то вяло – взрыв временно вышиб из них боевой задор.

Хамфгорг двинулся дальше, прокладывая себе путь взрывами бамбуховых вишен. Чуть где начинало громыхать, Хамфгорг бросал туда вишню – и сразу воцарялась тишина.

Вскоре они спустились по склону холма ниже уровня туч, клочки которых поднялись повыше в небеса и умчались прочь в глубокой обиде.

– Ты победил тучную королеву! – торжественно провозгласила Айви. – Приговариваю тебя к награде, Хамфгорг!

Принцесса обняла мальчика и горячо, как она умела, поцеловала его в левое ухо. Выразилась она, конечно, немножко неправильно, но счастье Хамфгорга от этого не стало меньше. Впервые в жизни он стал победителем, и впервые его так здорово наградили за победу. В нем зародилось то, что в мире взрослых именуется верой в собственные силы.

Дракон, вполне возможно, не считал мальчишку, от похвал которому его пьедестал несколько поблек, таким уж героем, но радость освобождения от тучи переполняла и его и затмевала сомнения, кто здесь больший герой, а кто меньший. К тому же Стэнли страшно нравились бамбуховые вишни – драконы любят взрывы.

Вокруг было столько же опасностей, сколько и раньше, видимых – древопутаны, косяк-трава – и невидимых – скрытые под заманчиво твердым слоем земли ямы и ловушки. Тени удлинялись; близилась ночь. Надо искать безопасное место для ночлега.

Дракон принялся обнюхивать землю. У драконов вообще прекрасный нюх. Стэнли обнаружил какой-то запах и пошел по следу. Айви и Хамфгорг двинулись за ним.

Долина, по которой они шли, сузилась, превратившись в подобие ущелья. В стене ущелья открылась дыра – вход в пещеру. Пещера, довольно большая, выглядела вполне привлекательно – чистая, сухая, теплая. В таком убежище можно спокойно провести ночь.

Внутри, возле одной из стен, обнаружился удобный выступ. Натаскав валежника, детишки и дракон устроили себе прекрасное ложе. Хамфгорг выколдовал несколько сортов фруктов. Путешественники съели мякоть, а семечки побросали на пол. Потом улеглись и заснули.

А когда наступила полночь, кто-то громадный закрыл своим телом вход в пещеру. Земля сотрясалась, тяжкий дух наполнил каменное убежище, от мощного дыхания зашевелились волосы на головах у спящих.

Малыши проснулись и в страхе съежились на своем выступе – ОНИ УСНУЛИ В ПЕЩЕРЕ ЧУДОВИЩА! ЧТО МОЖЕТ БЫТЬ ХУЖЕ!

Но чудовище их не заметило. Оно просто вернулось домой, приволокло что-то с охоты, очевидно убитое животное, и решило поужинать. Послышался хруст костей, а затем громкое чавканье. Потом чудовище растянулось на земле – прямо поперек входа – и захрапело. Звук был такой, словно ревела целая стая сфинксов, страдающих расстройством желудка.