Эления - Дэвид Эддингс

рендорцы, выкрикивая проклятия и приходя в ярость от своей беспомощности, слонялись вокруг и изо всех сил колотили мечами по стенам, до тех пор, пока лучники не доставляли себе удовольствие, перестреляв их всех до одного. Такой поворот событий, видимо, пришелся не по душе Мартэлу, и он решил на время приостановить атаки своих войск, вероятно, обдумывая новый, более верный способ добиться своего.

Летняя жара еще не спала, и целые горы трупов, разбросанные по всему покинутому городу бревна начали разлагаться. Повсюду распространялся приторный запах гниющей плоти.

⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀

Одним из вечеров Спархок с друзьями решили, воспользовавшись небольшой передышкой, милостиво предоставленной Мартэлом, отправиться в Замок Ордена, чтобы наконец вымыться и съесть чего-нибудь горячего. Но прежде они отправились навестить сэра Улэфа. Генидианский рыцарь лежал в постели. Глаза его все еще не приобрели осмысленного выражения, и лицо его казалось растерянным.

— Ах, братья! Мне уже порядком поднадоело валяться на этой постели, — сдавленным голосом произнес Улэф. — К тому же здесь жарковато. Может, отправимся поохотиться на троллей? Снег слегка остудил бы нашу кровь.

— Ему представляется, что он в Генидианском Замке в Хейде, — пояснила Сефрения рыцарям. — Ему не терпится сбежать на охоту за троллями. Меня же он держит за тамошнюю служанку, и уже успел мне наделать кучу самых непристойных предложений.

Бевьер в удивлении разинул рот.

— А временами он начинает плакать, — добавила она.

— Кто? Улэф? — только и смог вымолвить изумленный Тиниен.

— Да. Представьте себе, рыдает как капризный ребенок. Но, скажу я вам, он по-прежнему силен и крепок. Когда мне пригодилось утихомиривать его, я смогла ощутить это на себе.

— Но он поправится? — с надеждой в голосе спросил ее Келтэн. — К нему вернется разум?

— Трудно сказать, Келтэн. Удар, нанесенный Улэфу, все же был достаточно сильный, и ничего нельзя предугадать заранее. Но, думаю, дорогие мои, вам лучше пока покинуть его. Ему необходим покой.

Улэф что-то бессвязно забормотал на ужасном языке троллей, и Спархок с удивлением обнаружил, что до сих пор понимает долетающие до него слова этого грубого наречия. Видимо, заклинание, произнесенное Афраэль в пещере Гверига, еще не утратило своей силы.

Смыв с себя всю грязь и побрившись, Спархок облачился в монашескую одежду и присоединился к остальным в полупустой трапезной, где на столах уже стояла приготовленная для них еда.

— Интересно, что нового придумает Мартэл? — задумчиво произнес Комьер.

— Скорее всего, он выберет обычную тактику, применяемую при осаде, — ответил ему Абриэль. — Думаю, скоро нам придется противостоять его осадным орудиям. Кажется, его надежды на быструю победу, с помощью этих фанатиков из Рендора не оправдались.

Тут неожиданно в трапезную ворвался Телэн. Лицо и одежда его были в грязи.

— Я только что видел Мартэла, — едва переведя дыхание выпалил он.

— Мы все имели честь видеть его, — ехидно проговорил Келтэн, поплотнее усаживаясь на стуле. — Он временами красуется на своем коне перед стенами города, любуясь на своих рук дело.

— Да какие тут стены! Он был в подземелье Базилики!

— Телэн, ты не ошибся? — недоверчиво переспросил его Долмант.

Телэн глубоко вздохнул.

— Я… э-э… я не сказал вам всей правды о том, каким путем я провожу воров Чиреллоса из внутреннего города в покинутую его часть. Просто не хотел обременять вас лишними мелкими подробностями. Хотя то, что я вам рассказал о солдатах церкви, стоящих в карауле на стене, и о веревке — истинная правда. Я утаил от вас лишь то, что нашел и другой способ, как можно пробраться во внешний город. Однажды я спустился в подземелье Базилики и, излазив все его углы и закоулки, обнаружил там подземный ход. Я не знаю, для чего он был построен, но уводит он прямо на север. Он — круглой формы, и камень его пола и стен — совершенно гладкий. Я рискнул и отправился по этому проходу, и вывел он меня прямо во внешний город.

— Ты не заметил, кроме тебя им кто-нибудь пользуется или проход давно заброшен? — спросил его Эмбан.

— Когда я впервые наткнулся на него, то именно так мне и показалось, ваша светлость. Нити паутины, покрывавшей его, были, что веревки.

— Вот значит оно как, — вступил в разговор сэр Нэшан. — Я много слышал о существовании какого-то подземного хода, но так все и не собрался проверить. Под Базиликой располагаются еще и камеры пыток, а люди обычно стараются бежать подобных мест.

— А ты не знаешь для чего был сделан этот проход? — спросил его Вэнион.

— Вероятно, это древний акведук. Часть системы водоснабжения старой Базилики, — ответил Нэшан. — Он вел к реке Куду и обеспечивал внутренний город водой. Однако все говорили, что он уже давно разрушен.

— Разрушен, да не весь, — возразил ему Телэн. — Сохранилась еще достаточно большая часть этого, как вы его называете…

— Акведука, — пришел ему на помощь Нэшан.

— Вот именно. В общем, я отправился по нему и, миновав подземным путем несколько улиц внешнего города, выбрался наружу, оказавшись в подвале какого-то склада. Дальше ход не идет, но этого и не требуется, а дверь из подвала выходит в один их переулков города. Вот это мое открытие я и продавал ворам Чиреллоса. Ну а сегодня, когда я снова хотел прибегнуть к услугам этого прохода, то неожиданно увидел, как из него, крадучись, выходит Мартэл. Я быстро спрятался, и он прошел мимо, не заметив меня. Он был один, и я отправился следом. И так я крался за ним, пока он не свернул в небольшое хранилище, где его повидал Энниас. Я не мог слышать, о чем они говорили, но их таинственный шепот и выражения лиц обоих говорили только об одном: что они затевают что то недоброе. Так, проговорив некоторое время, они вышли из хранилища. Мартэл велел