Давший клятву - Брендон Сандерсон

– Далинар? – спросил Таравангиан.

– Я говорил сам с собой, ваше величество.

– Если позволишь заметить… сегодня ты кажешься сильнее. Ты принял какое-то решение?

– Более того, я кое-что вспомнил.

– Можно ли этим поделиться со встревоженным стариком?

– Пока что нет. Я попытаюсь объяснить, как только сам во всем разберусь.

После продолжительной поездки вверх на лифте Далинар привел Таравангиана в тихий зал без окон на предпоследнем этаже башни. Его называли Галереей карт, в память о похожем месте в военных лагерях.

Собрание возглавлял Аладар, стоя рядом со столом, который покрывала большая карта Алеткара и Йа-Кеведа. Темнокожий алети носил особый военный мундир – сочетание традиционной юбки-такамы и современной куртки. Позади великого князя застыл Минтез, его телохранитель, в полном осколочном доспехе – Аладар предпочитал не использовать осколки лично. Он был генералом, но не воином. Он кивнул Далинару и Таравангиану, когда те вошли.

Йалай пристроилась неподалеку; она внимательно посмотрела на Далинара, но ничего не сказала. Он почти приветствовал остро́ту: раньше Йалай не преминула бы пошутить над ним. Ее нынешнее молчание не означало, что она преисполнилась уважения к Далинару. Скорее, она берегла колкости для разговоров шепотом, которые он не мог услышать.

Великий князь Рутар – с толстыми руками и окладистой бородой – сидел рядом с Йалай. Он с самого начала выступал против Далинара. Еще один алетийский великий князь, почтивший присутствием это совещание, был длинношеий Хатам со светло-оранжевыми глазами. Он носил красный с золотом мундир нового фасона – с короткой курткой, которая застегивалась только в верхней части. Вид дурацкий, но что Далинар смыслит в моде? Хатам был чрезвычайно вежлив и армией руководил строго.

Королева Фэн привела тайленского верховного адмирала, сухопарого старика с усами, свисавшими почти до стола. Он носил моряцкую саблю и кушак и выглядел в точности как человек, который не желает проводить на суше слишком много времени. Она также привела своего сына – того самого, с которым Далинар сразился на дуэли. Молодой человек отдал ему честь, и Далинар ответил. Из юноши получится отличный офицер, если он будет держать себя в руках.

Не было ни азирского императора, ни их маленькой гранетанцовщицы. Взамен Азир прислал компанию ученых. Азирские «генералы» были кабинетными: военные историки и теоретики, которые проводили свои дни за книгами. Далинар не сомневался, что в их армии были и те, кто обладал практическим опытом, но они редко получали повышение. Проваливая определенные экзамены, можно было оставаться в поле и руководить войском.

Далинар встречался с двумя веденскими великими князьями во время визита в их город. Братья были высокими, чопорными, с черными волосами и в мундирах, весьма напоминающих алетийские. Таравангиан назначил их после того, как предыдущих великих князей отравили по окончании гражданской войны. В Йа-Кеведе определенно все еще было множество проблем.

– Далинар? – Аладар приосанился и отдал честь. – Светлорд, вы выглядите лучше.

Вот буря! Что было известно остальным?

– Я провел некоторое время в размышлениях, – отозвался Далинар. – Вижу, вы не сидели без дела. Расскажите мне про оборонительную дислокацию.

– Ну, – начал Аладар, – мы…

– И это все? – перебила королева Фэн с возмущением. – Что с тобой случилось, клянусь Преисподней? Ты бегал по всему Веденару как чокнутый, а потом на неделю заперся в своей комнате!

– Меня отлучили от воринской церкви вскоре после известия о падении Холинара. Я тяжело это перенес. Что я, по-твоему, должен был делать – закатить пир?

– По-моему, ты должен был вести нас, а не хандрить и рыдать взаперти.

«Я это заслужил».

– Ты права. Командующий не должен отказываться от командования. Мне жаль, что так вышло.

Азирцы перешептывались, изумленные прямолинейностью разговора. Но Фэн откинулась на спинку стула, и Аладар кивнул. Ошибки Далинара надо было озвучить.

Аладар продолжил объяснять их боевые приготовления. Азирские генералы – все в просторных одеяниях и шляпах западного стиля – столпились вокруг, предлагая комментарии через переводчиков. Далинар воспользовался толикой буресвета и коснулся руки одного азирца, чтобы ненадолго обрести способность понимать их язык. Он нашел их советы удивительно проницательными, учитывая, что они были в основном книжниками.

Они переместили десять батальонов войск алети через Клятвенные врата вместе с пятью батальонами азирцев. Таким образом, в Йа-Кевед отправили пятнадцать тысяч человек, включая некоторые самые верные подразделения войск Холина и Аладара.

Что серьезно сократило численность его солдат здесь. Буря свидетельница, они потеряли так много людей в битве при Нараке – роты, которые оставались у Далинара в Уритиру, в основном состояли из новобранцев или людей из других княжеств, которые попросились в его армию. Себариаль, например, прибегнул к экономии: оставил себе одно подразделение, а все прочие отдал Далинару под знамя Холина.

Далинар и Таравангиан появились в разгар дискуссии о том, как укрепить границу Йа-Кеведа. Князь Холин предложил некоторые идеи, но в основном слушал, как они объясняли свои планы: запасы здесь, гарнизоны там. Они надеялись, что ветробегуны смогут провести разведку.

Великий князь кивнул, но обнаружил, что его кое-что беспокоит в этом боевом плане. Проблема, которую он пока не мог определить. Они хорошо поработали; их линии снабжения были прочерчены реалистично, а посты разведчиков отлично распределены для контроля над всей территорией.

Что же тогда было неправильно?

Дверь открылась, и вошла Навани, которая замерла, увидев Далинара, а затем расплылась в облегченной улыбке. Он кивнул ей, продолжая слушать, как один из веденских великих князей объясняет, почему они не должны бросать захолустную полосу земли к востоку от Пиков Рогоедов. Аладар был готов ее сдать и использовать Пики в качестве барьера.

– Дело не только в возможности призвать на военную службу подданных-рогоедов, светлорд, – заговорил по-алетийски великий князь Нан Уриан. – Это богатый и хорошо защищенный край, который закрывают от бурь те самые алетийские высокогорья, о которых вы говорили. Мы всегда отчаянно сражались за него, оберегая от захватчиков, потому что любой, кто там закрепится, получит в свое распоряжение плацдарм для атаки на остальной Йа-Кевед!

Далинар хмыкнул. К столу с картой подошла Навани, и он обнял ее за талию одной рукой.

– Он прав, Аладар. Я много времени потратил на стычки у той самой границы. Этот край стратегически важнее, чем кажется на первый взгляд.

– Удержать его будет тяжело, – предупредил Аладар. – Мы надолго увязнем в битвах за эту землю.

– Но мы этого и хотим, не так ли? – уточнил веденский великий князь. – Чем дольше мы сможем удерживать завоевателей, тем больше мои веденские братья восстановят силы.