Позднорожденные - Екатерина Шельм

— Здесь мало кто проводит время. Все предпочитают быть выше, поближе к свету.

Софи продолжала рассматривать здания.

— Хм, я себе не так представляла Сиршаллен. — Призналась она. — Тут все выглядит… не знаю… не тысячелетним что ли. Где каменные врата, статуи и все такое? Я читала, что тут такое есть.

— Это все в старом городе. Он сейчас практически не жилой. — Ответил Джон.

— А посмотреть можно будет?

— Однажды.

Полчаса они шли и шли, Софи и не заметила этого, рассматривая все кругом. Ей было любопытно заглянуть в каждое окошко, в каждую дверь, но естественно сделать она этого не могла, так что удовольствовалась внешним осмотром.

Они подошли к очередному гигантскому стволу, и Нилан распрощался.

— Дом, милый дом. Если я понадоблюсь, ты знаешь, где меня искать, Шахране.

— Благодарю.

— И да, Джон… — Нилан смутился. — Я так и не сказал тебе этого, я благодарен тебе, хоть это и было сущей глупостью. Тебе не следовало покидать Сиршаллен. Я не стоил такого риска.

— Это не тебе решать.

Нилан подошел к пучку веревок, висящих неподалеку от дома, взял одну, завязанную снизу в большой узел, дернул и взмыл вверх. Софи только голову задрала.

— Ничего себе! Это как?

— Просто knam.

— Что?

— Это… дословно «дергать», или «тянуть»… Веревки закреплены на ветвях, мы так поднимаемся, если не хочется идти по лестнице.

— А кто их тянет?

— Лебедка и противовес. Девы обычно предпочитают лестницы, так что тебе не придется…

— Ты что шутишь? Я хочу попробовать! — Загорелась Софи.

Джон глядел на нее с улыбкой.

— Ты знаешь, чье слово старше слова Кайране, Джон. — Весомо сказал Синай. — Время против нас…

— Я могу хотя бы добраться до своего дома, Синай, прежде чем принимать такие решения? — Джон злобно сверкнул глазами, от улыбки не осталось и воспоминания.

Синай поклонился, развернулся и пошел прочь.

Софи неловко потопталась на месте. Иногда Джон был очень резок.

Он тяжело дышал, явно пытаясь справится с собой.

— Прошу за мной. — Процедил он сквозь зубы.

Софи притихшая и напуганная пошла за ним следом. Они шли еще минут десять. Вокруг стало оживленнее, Софи увидела вдалеке компанию эльфов: юношей и девушек, играющих на неизвестных ей струнных инструментах. Они сидели на поляне, прямо на траве, и музыка лилась вокруг, пронизывая стылую влажную дымку. Один раз мимо прошли туристы, разговаривающие на незнакомом Софи языке.

Дерево, на котором был дом Джона, было такое же как и прочее — огромное и по виду очень обжитое. Балкончики, террасы и окна смотрели со всего ствола.

Джон подошел к мотку веревок и выбрал одну. С тревогой посмотрел на Софи.

— Быть может, лестница?

— Да брось! Ну, давай, ты меня подстрахуешь.

— Как?

— Поедем на одной веревке.

— Противовес рассчитан на одного.

— О…

Софи заметила, как незнакомый эльф, читая книгу, подошел к другому мотку веревок, не отрываясь от книги, дернул, тут же встал ногами на узел и медленно поехал вверх, спокойно продолжая почитывать книжку.

— Выглядит не сложно.

— С нее еще нужно спрыгнуть.

— Спрыгнуть? — Насторожилась Софи.

— Противовес идет до земли, нужно спрыгнуть там, где требуется остаться.

— Хм… Знаешь, может быть, в другой раз. Пошли по лестнице.

Джон указал ей на вход. Она могла бы назвать это подъездом, но язык не повернулся. Вход был выполнен в виде арки, над которой, распахнув крылья, сидел деревянный орел. Россыпь деревянных перьев, якобы выпавших из его крыльев, украшала вход, дотягиваясь до самой земли.

— Какая красота! — Выдохнула Софи.

Джон непонимающе посмотрел на Софи, потом на арочный вход.

— Да, действительно.

— Ты просто привык.

— И эльфийский глаз может очерстветь. Здесь я чаще замечаю уродство, чем красоту. — И он шагнул внутрь.

Софи пораженно моргнула. Что это он такое имел в виду?

Лестница была вырезана внутри ствола. Освещалась она маленькими блеклыми светильниками из матового стекла, которые стояли в нишах, вырезанных в том же дереве. Все двери с лестницы вели наружу, на внешнюю часть ствола, где были построены дома.

— Ох, ничего себе. Джон, а дереву никакого вреда от такого?

— Взрослый ясень нас и не заметит. Мы словно короеды, лишь щекочем его и только.

— Да… — Софи фыркнула. — Не заметит. А Синай порезал руку Алексу за пару царапин.

— Тот ясень еще молод. И… Синай бережет его особо. Это несравнимо.

Софи решила воздержаться от комментариев об эльфийской политике двойных стандартов.

Они шли в полутемном винтовом коридоре, мимо разных дверей, всех до единой выполненных в арочном стиле. Каждая была богато украшена резьбой, на некоторых были вырезаны фигуры эльфов, на других зверей и птиц.

— А за сколько это дерево вырастает таким огромным? — Любопытствовала Софи.

— Почему людям всегда так важен возраст? — Нахмурился Джон.

— Эм… не знаю. Наверное, нам интересно сравнивать.

— Что сравнивать?

Джон обернулся, продолжая неутомимо отсчитывать ступени. Софи уже слегка выдохлась.

— Свою жизнь и жизнь других. Ох! Какая… уф… красивая дверь. — Софи остановилась, около двери и попыталась отдышаться.

Между каждой новой дверью было три оборота лестницы. Если дверь вела в жилье, то Софи сочла это за этаж. Она бросила считать этажи где-то на десятом.

Джон подошел и посмотрел на дверь. Как на зло именно эта была не самая искусная. На ней была вырезана виноградная лоза и какие-то эльфийские буквы.

— Я… — Джон видимо усиленно пытался увидеть в двери красоту. Он склонил голову чуть на бок. — Хм…

Софи глядела на его искренние потуги и с трудом сдерживала смех.

— Что? — Невинно хлопнула она глазами. — Тебе не кажется она красивой?

— Признаться, нет.

— Ты очерствел. — Констатировала Софи.

Джон с выражением глубокой скорби отвернулся от двери.

— Да я же шучу, Джон! — Фыркнула Софи.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. — Сказал он и пошел дальше, не обернувшись.

— О двери я говорю. — Не сдалась Софи. — Она и вправду не красивая.

— Ты не знаешь меня. — Бросил он через плечо.