Цена любви: в объятьях Смерти - Людмила Черныш

Но мысли были прерваны странными чувствами внутри. Это невозможно описать словами. Тревога, страх и волнение переплетались в одну косу, создавая что-то новое. Я подскочила и чашка выпала из моих рук, разбившись о каменный пол. Острые кусочки разлетелись в разные стороны, и словно в замедленной сьемке, я опять оказалась на полу.

— Абрина? — Хантер перевернул меня на спину и пытался привести в чувства. Но я была словно в невидимой клетке своего подсознания.

Меня трясло так, словно я вот-вот взорвусь как граната, уничтожая все на своем пути. Это была магия, странная и очень сильная магия, живущая внутри меня. Она копилась все эти года, и теперь готова вырваться наружу. Но что если я причиню вред Хантеру, который сейчас держал меня за руку? Что если скопившаяся во мне энергия разнесет этот кабинет или даже часть академии?

— Абрина, — подскочил Пеймонт и схватил меня за вторую руку. — Ты не должна держать ее в себе, выпусти эту магию наружу, — я слышала его слова, но мне было страшно.

— Я не могу, — сквозь зубы ответила я, совсем не понимая, что делать и как себя вести.

Описать эти эмоции и чувства было просто нереально. Внутри так жгло, что становилось трудно дышать. Боль ломила кости и разрывала на маленькие кусочки. Крик сорвался с моих уст и кажется, просочился сквозь все стены академии, проскользнув по каждому здешнему коридору сквозняком. Странно, что где-то в дали, волк не завыл мне в ответ.

Что-то происходило. Я начинала светиться, но в груди все равно жгло адским огнем. В комнате появилась Ваниль и она сказала то, что напугало меня еще больше.

— Из-за того, что судьба связала ее с вами двумя, магия может погубить эту девушку. Помочь ей может только поцелуй истинной пары, потому что именно он творит волшебство в сердцах, — Пеймонт тут же наклонился, но был остановлен призраком. — Прикоснешься сейчас к ней губами, и погубишь в ту же секунду, как это сделаешь.

И когда боль уже становилась невыносимой, Хантер нагнулся и подарил мне блаженный поцелуй. Он как порыв прохлады в летний зной. Как стакан воды в жару, как рука, которая вытягивает меня из бездны. Комната окунулась в такой яркий свет, что даже Ваниль, испугавшись, скрылась сквозь каменную стену.

Хлопок, затем оглушающий звон, и яркий свет начал рассеиваться. Боль ушла, жжение прекратилось, и я ощутила себя, словно заново родившейся. Прошло несколько минут перед тем, как я смогла пошевелиться и подняться. Голова кружилась, была легкая слабость, но то, что профессор и Хантер лежали без сознания, меня очень напугало.

Эти два демона держали меня за руки. Наверное, именно это спасло их от магической взрывной волны, что произошла. Я осмотрелась по сторонам и поняла, что кабинет практически разрушен. Неужели это все из-за меня? И когда я разорвала прикосновения с профессором, он вдруг словно с того света вернулся. Подскочил с места и сразу же посмотрел на меня так, словно я весь мир хотела уничтожить. Следом пришел в себя Хантер, правда он выглядел более растерянным и словно не понимал что произошло.

Пеймонт поднялся на ноги и помог подняться мне. Я снова пошатнулась, но не упала, оказавшись, заключенной в его объятиях. Взмах руки, несколько слов сказанных на странном шипящем языке, и кабинет вернулся в тот вид, в котором был. Меня усадили на диван, и мужчина сразу же бросился к своим баночкам.

— Странно как эта магия не убила тебя и сохранила жизнь нам, — протянул парень и уселся рядом со мной.

— Вас спасло то, что вы связаны с ангелом. И то, что она в этот момент держала вас за руки, — завопила возмущено Ваниль, опять появившись в кабинете.

— Может быть, мне хоть кто-то объяснит что, происходит? — я смотрела то на профессора, то на Хантера, то на призрака, который кажется даже потемнел от злости.

— Магия архангела самая сильная из всех имеющихся в мире ангелов, — начал спокойно Пеймонт, повернувшись к нам. — Таких детей готовят к магической академии с самого детства. Их магию пробуждают частями, медленно и не торопясь. Перед появлением крыльев подпитывают специальными настоями, чтобы не происходило вот таких всплесков. Архангелы это воины, несущие справедливость и честность в мир. Именно поэтому когда я хотел убить невиновных студенток, твоя сила начала проявляться как накатывающая на берег волна.

— Но твою магию скрывали все эти года, и не давали ей проявиться ни на час, — добавила Ваниль, скрестив прозрачные руки на груди.

— И теперь я как пороховая бочка, которая может рвануть в любой момент, уничтожая все на своем пути? — я была напугана больше чем все остальные.

— Частично она уже высвободилась, и разрушенный минуту назад кабинет этому свидетельство. Но что-то внутри сдерживает остальную часть. Может быть, это зелье, которым тебя поили. Может быть, заклинание, которое наложили. Нужно в этом как можно быстрее разобраться, иначе такие всплески магии могут повториться еще не раз, — ответил Пеймонт и, подойдя ко мне, опять протянул стакан с зельем. На этот раз оно пахло чем-то сладким.

— А что насчет крыльев? — присоединился к разговору Хантер.

— Кстати да, почему они не появились? — Ваниль подлетела и засунула свою голову прямо в меня. Это были странные и не очень приятные ощущения.

— Перестань, а то меня сейчас вырвет, — отмахнулась я от призрака и девушка подлетела к профессору.

To o чем они там шептались, мы не слышали. Но опять появилось чувство, что от меня что-то скрывают. А может быть, они сами не знают что происходит? Кажется, я как сплошное недоразумение и одно мое существование вызывает любопытство.

Прекрасный ангел, воинственный ангел, который несет на своих крыльях справедливость, связанный с двумя демонами. Да только крыльев почему-то нет, магия чуть не убила этих же демонов и никто не знает, что со мной не так.

Я больше всего боялась, что меня могут вырвать из дома и закрыть в другом мире. Теперь за мной нужно присматривать, ведь я могу погубить тех, кто окажется рядом. Это может быть и мама, и мои подруги, и даже просто мимо проходящие люди. А если я проявлю свою сущность посередине улицы, то вообще стану подопытным кроликом в какой-то зоне сорок один.

Все так сложно и запутано, что даже в удачный финал верится с трудом. Может быть, мне все это только снится? Я ущипнула себя за руку и ойкнула от боли. Кажется, не сплю. А удивленный Хантер только улыбнулся, поняв ход моих мыслей. Со стороны может это и смешно, но вот мне, если честно, хотелось плакать.

Если бы мама обо всем рассказала сразу же, как я начала меняться, и подготовила к этому миру, я бы на все смотрела совсем другими глазами. Я бы не заводила новых друзей, не сближалась бы с людьми, чтобы потом не испытывать боль расставания и прощания. Я готовилась бы к учебе в академии, практиковала магию и научилась держать свою силу под контролем.

Возможно, я бы полюбила этот мир, и по-другому восприняла то, что мне уготовила судьба. Но кто-то свыше распорядился совсем иначе. Меня ничему не учили, ничего не рассказывали, ни к чему не готовили. Я восемнадцать лет была обычной девчонкой и жила обычной человеческой жизнью. Ну, за исключением вечных переездов и побегов от не пойми чего.