Сыщик для феи - Владимир Свержин

– Вы ведь субурбанец? – мягко спросил я, делая допрашиваемому знак присесть.

– Точно так, – кивнул тот. – Родом из Елдин-града. Имя мое Щек Небрит. Щек Небрит я. Имя мое.

– Конкретно! – мрачно глядя на жертву, через губу бросил Вадим. – Так вот ты какой, Щек Небрит. Давно-о я в натуре по твоему следу иду!

Да уж, по всему видать, что между чтением сказок Олеговой дочке у младшего Ратникова оставалось достаточно времени для пристального изучения детективов.

– Это плохо, что вы субурбанец, – вздохнула Делли. – Теперь вас наверняка вышлют. Это все, – она обвела комнату рукой, – конфискуют в казну…

– Куда вышлют?! Как вышлют?! – расширяя глаза от ужаса, взвыл хозяин отеля.

– Все, попался! Туши свет, бросай гранату! – рявкнул Вадюня, заглушая истеричный вопль «подследственного».

– Погодите, друзья мои, у нас еще нет прямых доказательств. Давайте по порядку, – урезонила «специальных агентов» фея.

– Давайте по порядку! – взмолился без пяти минут арестант. – Нычкой клянусь, невиновен!

– Я вам пока обвинения не предъявлял. – Мои слова, кажется, вдохнули чуть-чуть жизни в донельзя расстроенного владельца гостиницы. – Но положение ваше безрадостное. Не стану скрывать, факты против вас. В отеле свила себе гнездо змеиная поросль тайной Орды.

– Кто?! – ужаснулся субурбанец.

– Поросль. Они порой невидимы, но они везде. Они маскируются и таятся. Эта горгулья, или как вы ее называли при множестве свидетелей «гор-гу-лень-ка», тщательно замаскированный главарь целой шпионской сети.

– Да я ж ни сном ни духом! Она ж тут еще при прежнем хозяине… таилась!

– За ней уже давно присматривали, – обнадежил я толстяка. – Да и за хозяином тоже. У него у самого рыльце в пушку!

– Как скажете, – закивал субурбанец. – Как скажете!

– Сегодня в ваш отель была доставлена шифрованная записка…

– Я об этом ничего не ведаю! – перебил меня подследственный.

– Запираться бесполезно! – грохнул кулаком об стол Ратников, нависая над жертвой. – Тебя и так скоро запрут!

– Вадим прав. Нам все известно о доставленной шифровке. Я лично следил за гонцом, когда на меня напала ваша горгулья.

– Помилосердствуйте, я ни сном ни духом! Я ж по хозяйству!

– А ну быстро, к какому номеру относится окно, выходящее в сад на третьем этаже башни, ближней к тому месту, где был повержен враг?

– А это… это… – замялся Щек. – Так жилец-то оттуда сегодня съехал.

– Как? Когда? – Наши голоса слились в единое трио.

– Так ведь аккурат перед тем, как большой господин эту шпионскую морду изничтожил.

– Проклятие! Упустили. Рассказывайте как можно подробнее, что там был за жилец, когда поселился, кто к нему приходил, что заказывал. Все, что только вспомните.

– Так, а что рассказывать? Мальчонка лет пятнадцати, рыженький такой, тихий. Все больше молчал да в номере сидел. Изредка в саду прогуливался.

– Рыжий? – наморщив лоб, перебил его Вадим. – А рыжий слуга типа в гостинице есть?

– Нет, – замотал головой хозяин. – Рыжих нет.

– Ядреный корень! – Лапища Ратникова рассекла воздух, не находя подходящую жертву. – Я же с этим мальцом в воротах столкнулся! Он все кланялся, морда, чтобы я его лица не разглядел. Может, того, попробуем догнать?

– Где ж ты его сейчас догонишь? – отмахнулся я. – Делли, надо бы городскую стражу предупредить, чтобы всех рыжих мальчиков лет пятнадцати проверяли. Более подробное описание дать можете?

– Да ну как? Ну, рыжий такой, и малец мальцом. Надо же, от горшка два вершка, а уже ордынский шпион.

– В Орде взрослеют рано, – мрачно бросил Вадим.

– Очень верно подмечено, – согласно закивал добровольный помощник следствия, вряд ли что-нибудь достоверно знавший о нравах и обычаях этого древнего образования.

Не дождавшись особых примет, сотрудница Волшебной Службы Охраны тихо вышла, не желая мешать дальнейшему допросу. Можно было не сомневаться, что ближайшие часы у всех рыжих Торца Белокаменного и его окрестностей возникнут изрядные затруднения в свободном передвижении.

– Я вот что думаю, – между тем продолжал активно сотрудничать со следствием Щек, – малец этот здесь объявился аккурат за несколько дней до того, как наша принцесса пропала. А номер ему загодя один человек снимал. Сказал, мол, приедет племяш, ну и всякое такое. Представительный человек был, с усами, бородой… А глаза молодые. И вот сдается мне, что я очень похожего молодца на королевском выезде видал. Только без усов и бороды. А потом, как свадьба была, я с ним в дворцовых сенях, когда подарки приносил, нос к носу столкнулся. Поклонился ему, а тот сделал вид, что не узнал меня. Да только сам-то признал, потому как быстро с того места убег. Ох, неужто ордынский след аж до самого дворца тянется?! А ну, как и принцессу ордынцы-то похитили? О! – всплеснул он руками. – Никак и драконы с ними в сговоре?!

– Тихо. Очень тихо, – резко перебил его стенания я. – Никому ни слова. Ярлык Волшебной Службы Охраны вы уже видели?

– Да, – кивнул Щек Небрит.

– Вадим, засвети свой мандат.

– Так ведь… – начал Ратников.

– Засвети.

– Ну, как скажешь. – Злой Бодун полез в кошель и извлек оттуда свежее еще удостоверение подурядника левой руки с гордым гербом Субурбании на печати.

– Уровень представляете?

– Да-да-да, – лихорадочно зашептал елдинградец.

– Про коневодство можете не читать, это все для маскировки. На самом деле…

– Понимаю-понимаю-понимаю. Головной Призорный Уряд.

– Точно, – кивнул я. – Приятно иметь дело с умным человеком. Запомните, совершенно секретное расследование. Одно лишнее слово – и оно станет для вас последним. Полагаю, вы патриот?

– Ты жива еще, моя держава? Жив и я, ура тебе, ура! – взвыл субурбанец, поднимаясь из-за стола.

– Ладно, не продолжайте, я верю. С этой минуты вы мобилизованы на королевскую службу. Вадим оформит вам ярлык. Будете тайным и полномочным мздоимцем, вы сами знаете чего.

– Понял! – гордо кивнул новоиспеченный агент.

– И запомните, официальная версия нашего пребывания в Груси: поиск наилучших пастбищ для разведения синих жеребцов джапанской породы. Можно даже объявление дать. Но это все для туману, а вы между тем присматривайте, что в городе странного, что так да не так, и про этого рыжего вызнайте все, что только возможно.

– А о подельнике его? – бойко поинтересовался воспрявший духом Щек.

– И о нем, разумеется, тоже. А сейчас дайте-ка мне ключ от того номера, который снимал пацан. Там мы, пожалуй, и остановимся.

– Конечно, сию минуту. – Хозяин гостиницы вытащил из висевшей на поясе кожаной сумки небольшой ключик с изящным серебряным свистком в качестве брелка. – Эх! – сокрушенно вздохнул он, поднося свистульку к губам. – Ведь до чего ж полезная вещь была! Хочешь выйти в сад, дверь открыл, дунул, горгулья сидит себе на дереве и только глазищами блымает. А сейчас свисти не свисти… Кто теперь сад охранять будет? А впрочем, – глаза нашего собеседника приняли хитроватое выражение, вообще, насколько я мог заметить, свойственное субурбанцам, – ежели чучело сделать, да на дерево посадить, да перед поселением в номер, как и прежде, в окошко показывать… Пущай себе свистят! И им спокойнее, и мне не в убыток. Пожалуйста, гости дорогие. – Он протянул ключик. – Заселяйтесь, господа любезные! Все устрою по высшему разряду.