Любовница поневоле - Марина Эльденберт

— У меня есть своя одежда, которая мне очень нравится.

Доминик сдвигает брови, хотя не отрывает взгляд от дороги.

— Тебе не нравятся мои подарки?

— Нравятся. Но это не мое. Я хочу сама решать, что мне носить, как одеваться. Например, мне нравятся джинсы и кроссовки.

Вот теперь Доминик смотрит на меня снисходительно.

— Это мужской стиль, а ты женщина.

— Это удобный стиль. Мой стиль. Мне он нравится.

— А я не хочу видеть свою женщину в штанах, — отрезает он так, что чешутся руки вправить ему мозги.

— Мы сейчас про живую женщину говорим? Или про манекен?

Доминик, не сбавляя скорости, поворачивается ко мне:

— Не нужно меня провоцировать. Я и так во многом тебе уступаю, Шарлин.

— Не заметила!

— Например, позволяю работать.

От подобного заявления у меня на несколько секунд пропадает дар речи.

— Такого в нашей сделке не было!

— Там было, что ты будешь моей женщиной.

— Ты не заберешь у меня мою работу, — цежу я.

— Заберу, если понадобится.

По виду Доминика видно, что это даже не угроза. Это мини-демонстрация его макси-возможностей. Констатация факта.

Я открываю рот, чтобы послать его далеко и надолго, но потом закрываю. Экрот прав: сейчас я у него в руках, и он сделает со мной все, что захочет. Так не плевать ли на кукольные платья? Не плевать, конечно, потому что я не кукла, но его это тоже не интересует. С чего я вообще решила, что его интересует мой комфорт? Потому что прошлой ночью он был нежен и доставил мне удовольствие?

Мы не встречаемся. Он меня купил.

Хочу проглотить обиду, но она не проглатывается.

— Тогда к чему вообще эти платья? — спрашиваю. — Может закроешь меня в спальне без одежды?

— Снова провоцируешь?

— Нет. Пытаюсь понять, чего мне еще от тебя ждать.

— Если будешь выполнять условия сделки, то получишь исключительно мое расположение.

Как это озвучит!

— Кстати, о сделке. Альфа Северного округа не объявлялся?

Мой вопрос портит настроение Доминика, он темнеет лицом.

— Еще нет.

И все, больше я не слышу от него ни слова. На протяжении всего пути Доминик молчит, а я рассматриваю его профиль и думаю о словах Рэбел. О том, что ему это может быть выгодно.

И что никакого самопровозглашенного альфы не существует.

Но тогда почему он столько ждал? А главное, почему не решил дело с Дэном еще тогда, когда захотел меня?

Додумать не успеваю, потому что только сейчас замечаю, что мы давно покинули Крайтон и поднимаемся по шоссе, ведущему в Ротонские горы.

Куда мы едем? В лес?

— Знаешь, джинсы и кроссовки больше подошли бы для прогулки по ночному лесу, — прервала я затянувшееся молчание. — Куртка бы тоже не помешала. Решил исполнить мое желание и покатать на себе?

Доминик вскинул брови, но потом усмехнулся:

— Нет, не в истинном облике точно.

— Значит, прогулка по лесу в программу вечера не входит. Это радует. Но тогда почему мы удаляемся от города?

Удаляемся — слабо сказано. Мы давно оставили за спиной Мартон-Хилл, достаточно крупный городок недалеко от столицы, куда обычно крайтонцы съезжались на пикники, проскочили поворот на горнолыжный курорт Примвэй и углубились в горы. Климат здесь был еще более холодным, так что стоило радоваться, что нет снега.

— Ты четыре года была замужем за вервольфом, но не знаешь наших привычек? — лениво поинтересовался Доминик.

— У нас с Дэном никогда не было свидания в горах.

— Но не любить природу он не мог.

Это действительно было так: на пикники мы выбирались часто, особенно в самом начале нашего брака. Но вот всякие тропы здоровья муж терпеть не мог, говорил, что для него это как игра в песочнице.

— Любишь природу, Шарлин?

— Я к ней равнодушна и по-прежнему теряюсь в догадках, куда мы едем.

— Не теряйся. Уже приехали.

Доминик сбавил скорость и свернул с трассы, чтобы через пару минут выехать к огромному двухэтажному зданию на уступе горы. Его так тесно обступили сосны, что было сложно сказать, какого оно размера на самом деле, но видимая часть казалась внушительной. Горели почти все окна, откуда-то изнутри доносилась тихая живая музыка и смех.

— Отель?

— Не совсем.

Вервольф припарковал машину прямо перед входом, а потом обошел ее с моей стороны и снова поднял меня на руки, чтобы опустить на… песок в холле отеля-не отеля! Это был и правда песок! Сам Доминик тоже стянул обувь, но легче мне от этого не стало. Место, куда мы приехали, было необычным. Если не сказать — странным.

Холл был выполнен в виде грота. Причем было настолько реалистично сделано, что мне показалось, что я действительно в пещере. Здесь даже был небольшой водопад, стекающий в неглубокий бассейн. Песок шуршал под нашими шагами. Только наличие администратора в темном костюме и монитора «портило» впечатление. Мы перешли каменный мостик и подошли к изогнутой каменной стойке.

— Рады вас снова видеть, прим Экрот. Павильон, как обычно?

— Нет, Найджел, сегодня просто номер.

«Закрытый мужской клуб» — значилось на темном камне.

— Закрытый клуб для кого? — тихо уточнила я, когда Найджел что-то быстро набрал на своем планшете, кивнул и предложил нас проводить. То, что это для мужчин, понятно, но меня интересовала направленность.

— Есть предположение?

— Мне начинать бояться?

Видимо, я выглядела совсем подозрительно, если Доминик рассмеялся.

Кажется, к кому-то вернулось отличное настроение! Оно у него переменчивое, как крайтонская погода.

— Нет, Шарлин. Это место для расслабления.

Из холла-грота мы попали в холл-поляну. Как еще можно назвать огромную комнату, где пол под ногами имитирует газон, а мебелью служат пни, бревна и камни. На одном из них как раз разместились несколько представительных мужчин. Они наблюдали за пламенем костра в центре комнаты, возле которого девушка играла на скрипке. Стеклянный потолок добавлял ощущение, что мы действительно на природе и на улице безветренная летняя ночь. Даже воздух тут был наполнен приятным теплом.

— Это закрытый клуб для альф и их гостей, Шарлин, — пояснил Доминик.

Словно в подтверждение его слов один из мужчин оглянулся, и его взгляд сверкнул желтым. Потом он склонился к своей темноволосой спутнице, сидевшей прямо на траве у его ног, и что-то прошептал ей на ухо. Но, наверное, прорычи он, эффект был бы точно таким же — все начали поворачиваться в нашу сторону. Точнее, не в нашу, в сторону Доминика. На мне взгляды задерживались ровно настолько, чтобы отметить для себя, что Экрот приехал не один, в остальном же они были равнодушными. Либо их владельцы пытались казаться такими.