Мой босс - палач - Анна Владимирова

Я смотрел на видеозапись возгоревшейся во время занятия салемы и будто ловил дежавю… Эта, как и Нонна, драла горло перед тем как воспламениться.

— Ее убили, мистер Саровский… — и я сжал зубы.

Людог долго молчал, прежде чем овтетить:

— Это и правда похоже на бомбу, которая не разорвалась только благодаря опыту и навыку. Камилла была очень опытной в управлении огнем.

Я видел, как пылал потолок жидким пламенем над головами тех, кто выбегал из помещения. Даже умирая чудовищной смертью, храбрая девочка думала о других.

— И никто не пострадал? — сузил я глаза, глядя на главного инквизитора.

— Нет. Только благодаря этому нам удалось похоронить информационную волну. Если бы гибель была массовой, Вернон…

Договаривать не было смысла, мы оба понимали, к чему это все вело. Один случай только отгремел, и вот второй… Но была одна неувязочка…

— В первом случае погибли две школьницы, и мы посчитали это результатом ментального выброса при гибели высшей салемы. У девочек разорвало сердца от эмоционального удара, как заключила медэкспертиза…

— Хм, — поднялся Людог и прошел к окну, — думаешь, их могли убить?

— Если их убили, значит, тот, кто убил Нонну, попался на глаза девочкам. И, значит, он не должен был попасться — его раньше не видели и узнали бы. А тот, кто убил Камиллу, всем вам хорошо знаком…

Он сурово глянул на меня, обращаясь в того Людога, которого я хорошо знал — жадного до правды и принципиального до смерти.

— Я начинаю думать, что с этими росписями на потолке кто-то сильно поспешил. Чем им ангелы-то не угодили?

— Ты стремительно очень сузил круг наших подозреваемых, — сдвинул он брови так, что глаз стало не видно.

— Просто готовлюсь к худшему… Зачем на столь высоком уровне нагнетать угрозу от салем высшего порядка?

— Вариантов всегда было несколько: отвлечь внимание от чего-то более важного, устроить истерию, выступить рыцарем в сияющих доспехах… шантажировать тех, кто заинтересован в мире, — добавил он вдруг задумчиво.

— Перешли королю дорогу? — предположил осторожно.

— Ты же знаешь, все всегда непросто, — заходил он туда-сюда вдоль окна. — Но я бы не сказал, что что-то изменилось. И, Вернон… пока не найдем орудие — это все слова.

— Есть идеи, — кивнул я. Людог стоил доверия, хотя мне всегда было легче самому, в одиночку. Но он не раз оказывал мне свою лояльность, подделать надорванные в борьбе за жизни салем жилы невозможно. — Один друг дал мне подсказку, что такое убийство могли подстроить с помощью экстракта саламандрового мховника. Им раньше казнили салем… Только непонятно, как его могли ввести… — Я замер, выпрямляясь. — Если бы лучше знать его свойства. Мог ли он отравлять воздух, если, к примеру, рассыпан в листке бумаги?

— Тогда убийце не нужно было быть рядом, — подхватывал мысль Людог. — Достаточно отправить письмо, подложить…

— Может, в случае с Нонной не успел отправить и отдал лично? Камеры все сгорели в пожаре, закоротив всю систему видеонаблюдения.

— А ты не думаешь, что били по тебе? — вдруг сощурился Людог. — Что если это личная вендетта?

— Зачем тогда Камилла, которую я не знаю?

— Нужно максимально узнать об этом мховнике.

— Его уже нет в природе. Но механизм реакции на него похож. Я хотел обратиться к вашим связям — кто мог вести подобные разработки?

— Лаборатории, в которых могли проводить генные эксперименты?

— Возможно…

— Надо подумать, но это реально зацепка, — потер подбородок Людог. — Дай мне время.

— Я бы хотел, если это возможно, взглянуть на записи того дня, когда погибла Камилла.

— Без проблем.

У Людога информации больше в разы, и я был уверен — под королевской дланью проводились всякие исследования, до которых мне в одиночку не добраться.

— Давай, жду тебя сегодня у мэра, — подал он мне руку, — может, уже узнаю что-то к этому моменту.

— Спасибо, сэр, — я поднялся. — Вы знаете, я очень ценю вашу поддержку.

Мы попрощались, и я едва ли не бегом бросился искать Бэрри. В месте, где умудрились убить одну салему, не стоило без присмотра бросать другую…

* * *

— Вот здесь у нас классы расслабления… — с гордостью повел рукой секретарь, позволяя мне шагнуть в оранжерею под прозрачным куполом.

За аркой, увитой розами, взгляд сразу прикипал к декоративному озеру. Слух наполнялся успокаивающим пением птиц и шелестом воды. Вокруг озера на выстланных камнем дорожках располагалось множество скамеек. Некоторые были заняты девушками, беседующими друг с другом, читающими книги или сидевшими с закрытыми глазами.