Вариор. Выжить любой ценой - Джейн Лувако

– Почему??? Да потому что… – и с ужасом поняла, что никогда не озвучу тех мыслей и эмоций, что бродили в моей голове и тогда, и сейчас. – Не почему, – буркнула я сдуваясь и опуская глаза.

Мальчишки смотрели на меня как на смертницу. И когда Дарион обратился к ним с тем же вопросом ответили, как и я: «Не почему». Со стороны наша троица смотрелась “А ля партизаны на допросе в гестапо”. Я, может и посмеялась бы, но сейчас мне было совсем не смешно.

Тар Дарион хмыкнул, принимая наш ответ, мама молчала, не вмешиваясь, а отец, видимо уже наорался и спустил пар. Но вот его слова заставили нас призадуматься:

– Намирейн, мне надоели твои проделки. Всё хорошо в меру. Но когда шутки оказываются злыми и несут проблемы другим, это становится не позволительным. А ты, мало того, что сам перешёл черту, так сбил с пути Филеса и Алиниэль. Давно пора было взяться за твоё обучение, но всё считал тебя ещё маленьким. Теперь вижу, что ошибался. Поэтому, как только вам найдём учителей вы оба начнёте домашнее обучение.

А что буду делать я когда вырасту, кем стану? Домохозяйка, без образования, не интересная мужу, годная только рожать наследников? Хочу ли я себе такую судьбу? Однозначно нет! Я получила второй шанс и хочу попробовать всё, что мне интересно. Хочу быть рядом с мужем, быть его достойной, или он должен быть достойным меня.

Я сделала шаг к отцу:

– Что они будут изучать?

Лихар удивился, но ответил:

– История, география, экономика, мироустройство, письмо, математика, магия, боевые искусства, дипломатия, риторика, правоведение, этикет, танцы, да много чего ещё.

– А что буду изучать я? – все так же требовательно глядя на него, продолжала задавать вопросы.

Он не понимал зачем маленькая девочка спрашивает всё это, но продолжал отвечать:

– Вышивка, музыка, мода, рисование, танцы.

– Нет.

– Что, «нет»? – не понял он.

– Я не буду учиться вышивать. Кроме музыки и танцев я буду заниматься вместе с братьями всеми предметами, что и они.

– Зачем тебе это? Девочки это не изучают. Им это не нужно.

– Нужно, – я упрямо нагнула голову, готовясь отстаивать свое мнение и право самой решать свою судьбу.

– Вот упрямица, – тяжело вздохнул он, – хорошо, будешь обучаться наравне с принцами.

Вздох облегчения сорвался с губ, но когда заговорил Дарион, напряглась снова:

– Я предлагаю поступить по-другому. У нас все дети примерно одного возраста. Пусть обучаются вместе. Тем более, что все они из одного рода. Ближе познакомятся, сдружатся. Самая крепкая дружба, с детства. Охранять будет проще, когда они все вместе. Учителя и воспитатели наняты. Этикет проще изучать во дворце вживую. Да и всем вместе им будет проще разбираться в дворцовых интригах.

– Ты же хотел как можно дольше держать детей от всего этого? – вступила в разговор мама.

– Хотел, – не стал оправдываться Дарион, – но теперь считаю иначе. Завтра проведём обряд принятия оставленных детей в Род, в качестве младшего домена. Сразу же примем от них магическую клятву верности. Тебе с детьми присутствовать не стоит. Кроме меня будет Лихар и Эдхар, – мама кивнула соглашаясь. – После того, как детей переселим и решим все организационные вопросы, познакомим с ними Намирейна, Филеса и Алиниэль. А теперь прошу меня простить. Моё время отдыха уже вышло, – небрежно сделав пас рукой, он ушёл порталом.

Поместье Им Каности.

Тари Алиниэль

Вчера, после «разбора полётов» с криушей мы были тише воды, ниже травы. Нам было скучно. Нет, не так… Нам было СКУЧНО!!! Но мы понимали, что, если ещё что-то учудим, будет совсем плохо. Поэтому сидели в парке на лавочке у всех на глазах. Нас было очень хорошо видно ото всюду. Причем мы прекрасно понимали, что эти “отовсюду” присматривают за нами, занимаясь своими делами. И если с нашей стороны будет “Шаг – влево, шаг – вправо” – это будет считаться диверсией, а прыжок на месте – провокацией! Поэтому мы умирали от скуки.

Сразу же после скандала и завтрака наша веселая троица долго гадала, что же могло пойти не так и какая с Белегестой приключилась беда. Мы же совсем не хотели такого ужаса для неё. Одно дело просто подшутить, а другое – нанести вред. Виноватыми мы себя не чувствовали, но за её здоровье переживали. Особенно себя корил Намир. Он хоть и излечился от своей первой влюбленности, но в произошедшем с девочкой винил только себя. Мы же с Филькой старательно объясняли ему, что это не только его вина. Так ни к какому умозаключению и не придя, оставили эту тему.

Солнышко пригревало, тёплый ветерок шевелил деревья и траву. Мы сидели, не зная, чем заняться, от скуки качая ногами то в такт, то вразнобой.

– Намир, а за что на тебя так отец орал? – нарушил наше молчание Филька.

Я хихикнула вспоминая, что рассказывала Лирен о проделках сына. Но мне тоже было интересно послушать как всё происходило с его точки зрения.

– Ой, да было бы о чём рассказывать! – брат небрежно пожал плечами, стараясь отмахнуться от нас.

– Ну всё же, хоть что-то расскажи, – попросила я, все равно сидим, скучаем, а тут такие интересные истории пропадают, неуслышанными.

– Раньше отец на меня не ругался. Ну, вот так сильно не кричал. А тут за завтраком…  подумаешь, я отказался есть кашу. А меня заставляли. Ну я и разозлился так, что дар стихийно открылся и всё съедобное пропало из поместья. Зато вместо него откуда-то появились пирожные в огромном количестве. Они были всюду. Да и ещё что-то переклинило в магических потоках и покинуть поместье или попасть к нам, никто не мог. Вот тогда отец и орал первый раз. А я что, виноват? Откуда я знал, что дар откроется? Я вообще тогда чуть не перегорел. Неделю сидели все в поместье. Хорошо, что пирожные были. Вот их и ели, все. И слуги, и охрана. Изия, кухарка наша, тогда кричала, что уволится и уйдёт в другое место работать, более спокойное. А я с тех пор пирожные не люблю. Лучше кашу съем.

– А пирожные, откуда взялись? Если у вас появились, значит где-то пропали? – заинтересовалась я.

– Наверно. Но отец с Эдхаром так и не узнали, где они пропали. Хотя Эдхар и пытался потихоньку все выяснить. Пекари не жаловались,  балов не было, ну чтобы в таком количестве пирожные пропали. Да и если бы исчезли так неожиданно и много, все равно пошли бы какие-нибудь разговоры и стало бы известно. Но везде было тихо. Даже у эльфов.

– А я бы всю жизнь пирожными питался, – мечтательно вздыхая, сказал Филька.

– Не, не стал бы, – авторитетно ответил Намир, – это первые два дня здорово и вкусно. А потом хочется чего угодно, только не сладкого.

– А ещё за что тебя ругали? – Филесу стало совсем любопытно. Он сел поудобнее и подобрал ногу под себя.

– Мама из Академии домой какую-то былинку принесла. Она у неё в кабинете лежала. Почти завяла. А у неё такой красивый цветок был. Алый, а внутри жёлтый с чёрными точками. Мне её жалко стало и я немного побрызгал её корни водой, чтобы уж совсем не завяла. Как служанки делают с букетами. А она ожила немного. Ну я её и спрятал. Чтобы мама не засушила или не сварила из неё какой эликсир.