Подарок для генерала Тьмы - Юлия Ханевская

Еще одна комнатка. Такая же пустая и темная, но уже больше похожая на коридор с низким потолком и влажными стенами. В этот раз привидение не стало отвлекаться на нежности, появилось и вновь исчезло, указывая на очередной проход.

Амелия не задумывалась, куда идет, и что ее ожидает в конце пути. Главное, чтобы не драконий вольер… Еще одной встречи с ручной зверушкой Ликдара она точно не переживет! Но вряд ли привидение Маргаритки так старательно направляет ее, прыгая сквозь стены, чтобы в итоге скормить огнедышащему чудовищу.

Поражало само наличие потайного лабиринта из множества комнат. Для чего они были изначально построены, и почему скрыты от глаз? Знает ли кто-нибудь из жильцов об их существовании или они настолько древние, что информация о них исчезла вместе с кем-то из основателей семьи Доэйров? Ведь род очень древний, этому поместью не одна сотня лет.

Они продолжают жить здесь, тогда как могли запросто перебраться в один из других домов. Несмотря на проклятье и груз тяжелых воспоминаний, оставшихся после совершившихся тут трагедий, особняк не прекращает быть чем-то большим, чем просто красивое старинное здание.

Это — история, сплетение магии и судеб многих поколений. Вряд ли даже сам лорд в курсе всех тайн, что хранятся в этих стенах.

За раздумьями Амелия не заметила, как очутилась на улице. Она даже не сразу поняла, что дневной свет и слабое дуновение ветра в лицо — реальны, а не привиделись ей. Замерев в дверном проеме, глянула через плечо вглубь последней комнаты, в которую привела ее кошка. Привидение неподвижно зависло в воздухе у той стены, через которую девушка только что прошла. Судя по всему, путь заканчивался именно здесь.

Тайный ход вывел к заднему двору особняка. Отсюда хорошо видны кроны дальнего леса и заросший весенним разнотравьем луг по ту сторону кованной ограды. Но эта яркая зелень сильно контрастировала с чернеющими стволами садовых деревьев. Взгляд то и дело возвращался к ним — застывшим мертвецам покалеченной природы.

— Ты привела меня в сад… Но зачем?

Ответа снова не последовало, девушка вообще не понимала, зачем продолжает говорить вслух, если рядом нет ни единой живой души. Возможно, это успокаивало. Прогулка в стенах на пару с мертвой кошкой не входила в ее планы на день. Как, в общем-то, и многое другое из случившегося сегодня.

Амелия нахмурилась, не решаясь выйти за порог. Вцепившись в ручку старой деревянной двери, сосредоточенно разглядывала корявые ветки, разбросавшие вокруг себя причудливые тени. Признаться, она рассчитывала на разговор с покойной матерью Ликдара. Каким образом — понятия не имела, но все равно надеялась, что кошка приведет к своей хозяйке. Вместо этого, она вовсе вывела прочь из дома.

Может, это и есть послание с той стороны? Что, если таким образом ей указали, откуда нужно начать исцеление поместья? Сад — он ведь тоже проклят. Возможно деревья приняли на себя наибольшую часть колдовства, и теперь превратились в его источник.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Охваченная внезапно пришедшей на ум идеей, Амелия все же вышла, позволив двери хлопнуть за спиной. Повинуясь внутренней уверенности, пересекла небольшой дворик в направлении первых черных стволов.

Белый камень, которым был выложен двор, посерел и сильно зарос пожухлой травой. На лавочках, выстроившихся по обе стороны широкой дорожки, облупилась краска. Интересно, почему все в таком ужасном запустении? Неужели проклятье мешает банально навести порядок и придать тому, что осталось в целости приличный вид! Взять ту же оранжерею… А ведь за все это должна отвечать Нола. Может хозяева и продолжают пребывать в унынии после обрушившихся на их семью бед и потерь, не замечая ничего вокруг, но Анолина-то получает за свою работу деньги.

Остановившись рядом с высоким, некогда развесистым деревцем, целительница в нерешительности потопталась на месте. Магия исцеления тут не подействует, да и кольца при ней нет. Ликдар был уверен, что она сможет снять чары из-за ее родственной связи с колдовавшим. В этом случае, скорее всего, сработал бы метод пустого сосуда: ей пришлось бы буквально вытянуть остатки магии из проклятого предмета и впустить темную энергию в себя. Так как она дочь своего отца, проклятье бы нейтрализовалось. И почему раньше ей это в голову не приходило?

Но теперь Амелия знала, что папа был невиновен. Он сам сказал об этом, намекнув на причастность того, кто держит души взаперти в стенах дома. А сегодня она поняла, что этим человеком может оказаться сам лорд Доэйр. Если проклятье — его рук дело, то методом пустого сосуда тут не поможешь. Напротив, можно запросто покалечиться самой.

Вдруг, на то и был расчет?

Ну уж нет! Теперь у нее есть браслет, пропитанный кровью Доэйров, и он делает ее совершенно новым, с точки зрения магии, человеком.

В тот роковой день, в коридоре о чем-то сильно повздорили два чародея. Ее папа и отец Ликдара. Кто бы из них не выпустил проклятье, оно, столкнувшись с магией другого, обернулось тем, что в итоге поглотило поместье. И должно было убить обоих. Но лорд жив. Успел вовремя переместиться?

Амелия подняла руку с браслетом к глазам, внимательно рассматривая незнакомые руны на светлом металле. А ведь сама того не ведая, нацепив на ее запястье эту побрякушку, Линара воссоздала маленькую версию того, что всё разрушило.

Целительница перевела взгляд на дерево. Глубоко вздохнула, успокаивая бушующие в груди эмоции. И медленно поднесла раскрытую ладонь к стволу. Снова взглянула на браслет. Лучи солнца отразились на гладкой поверхности, создавая яркие блики.

В мыслях вдруг стало тихо-тихо.

Ни секунды больше не мешкая, Амелия прикрыла глаза и коснулась шершавой, неожиданно холодной поверхности.

Она увидела этот сад совсем иным. Деревья оказались ожившими воплощениями Тьмы: вместо неподвижных мертвых веток, к небу тянулись извивающиеся щупальца. Они двигались в медленном, завораживающем, жутком танце, устремлялись вверх, будто пытались оторваться от поверхности и взмыть к солнцу. Чтобы и его затянуть в чернильный кокон, не оставив ни единого источника света.

Корни змеями выползали на поверхность земли, переплетаясь друг с другом и вновь зарываясь вглубь. Амелия едва удержалась от крика! Она не поддалась охватившему ее страху, а напротив, крепко обхватила ствол обеими руками, прижалась щекой к пульсирующей тьме и крепче зажмурилась. Девушка понимала, что стоит ей открыть глаза, истина ускользнет от нее, и она вновь увидит замерший обугленный сад.