Попаданка для змея - Ясмина Сапфир

Вот и проректор недалеко ушел от земных начальников-самодуров. «Своих» тестостероновых товарищей наказывать он не собирается. Ни выносить им предписание, чтобы не могли посещать Академию, ни увольнять, ни ругать.

Нашел козла отпущения!

Меня аж потряхивало от возмущения! Я уже готова была требовать соблюдения своих прав! Устроить тут, ни много, ни мало, а настоящую феминистскую революцию!

В истинном духе истинной попаданки! Ну, а что? Я, рыжая, что ли?

В книгах фэнтези любая попаданка умеет: хамить так, что даже подобные Мендрасу теряются, драться, словно в прошлой жизни служила в десанте и соблазнять как бочка с феромонами.

Эй, автор! Где ты там? Уснул, что ли? У меня тоже есть свои попаданские права!

И я требую их соблюдения!

Мендрас все еще молчал. Я ожидала от него традиционного спича. Вначале состоявшего целиком из матерных слов, а затем – с редкими вкраплениями литературных. И, наконец, совершенно конкретный, основательный и жесткий выговор с последующим вынесением тела из вуза. Увольнением, то бишь.

На меньшее я уже не рассчитывала.

Не убьют словом и громкостью голоса – и на том спасибо.

Тишина резала слух. За окном слишком уж громко шуршали ветки дерева, похожего на дуб, с резными остроконечными листьями. В смешанном квартале, где располагались: наш вуз, офисы, гостиницы и развлекательные заведения для существ всех рас вперемежку, уже вовсю светило солнце. Здесь оно вставало почему-то особенно рано. Возможно, караулило место, где в любой момент могло случиться нечто неожиданное.

Говорят, этот квартал в разное время пытались захватить: верберы, волки, драконы, василиски и наги.

Чего здесь только не происходило… Кровавые схватки, магические взрывы, массовые восстания…

Вот Эманор с Варгором и напомнили, что в этом квартале чаще дерутся, чем занимаются чем-то общественно-полезным.

А достанется за это мне.

Все как всегда! Виновата женщина!

А мужики могут себе и дальше гулять гоголями.

Ну как же! Они ведь такие крутые! Силушку потешили, кулаки почесали. Чувство собственного достоинства погладили по загривку. А кто за это расплачивается, их уже не касается.

Я настолько себя накрутила, что снова шмыгнула, и Мендрас вдруг притормозил прямо возле меня.

– Стелла? – окликнул он не слишком злобно. Я вздрогнула и вскинула глаза на проректора. – Ты чего раскисла?

– Не увольняйте меня… Пожалуйста, – звучало глупо и как-то по-детски.

Мендрас вскинул кустистые брови и спросил:

– А с чего ты взяла, что я собираюсь тебя увольнять?

Я, наконец-то, подняла голову и смогла посмотреть на проректора.

– А разве нет?

– Хм… ну если ты хочешь…

– Не хочу.

– Тогда зачем мне тебя увольнять?

– Драка, обсуждение гениталий… Ну там все такое…

Я ощутила, как краснею и опустила глаза. По кабинету разнесся раскатистый смех проректора.

– Тогда мне впору уволить Варгора. Это с его появлением наш вуз стал похож на Балаган, чьи актеры исполняют эротические репризы.

Я усмехнулась.

– У меня к тебе дело.

Мендрас скрестил руки на груди и присел на свой стол.

Так-с… Кажется, скоро я пожалею, что меня не уволили.

На днях у Мендраса уже было дело к моей начальнице. Которое и стало моим. В тот день меня едва не изнасиловали. И настолько травмировали психику, что я полдня считала, будто видела дурной сон. Подсознание защищалось от ужасной правды и неприятных воспоминаний.

А теперь, видимо, меня пошлют к василискам. Скажут потребовать, чтобы те освободили незаконно захваченные скалы драконов. Ну чтобы уже сразу и без мучений…

– Сегодня утром я встречался с Ненталем. Ты его видела.

Я кивнула.

– Присядь, – Мендрас широким жестом дал понять, что я могу выбрать себе любой стул, дабы не упасть от его предложений на пол.

Я присела неподалеку от стола проректора.

– В общем. У нагов зреет заговор. Как ты, возможно, знаешь, император вводит новые законы. Они призваны ограничить агрессивные действия аристократов против черни и представителей других рас…

Мендрас вскинул бровь, давая понять, что в курсе моего маленького приключения в квартале нагов и вот именно это имелось в виду. Я кивнула еще раз.

Мда… надеюсь меня не отправят тестировать – насколько хорошо соблюдаются эти самые замечательные новые законы. Как единственную попаданку, которой удалось почти без потерь выбраться из поселка высокородных змей.

Иначе увольнение покажется не такой уж и плохой участью…

А может, сказать, что я девственница?

Нет. Не поверит. Мендрас – высший оборотень и альфа своего племени, к тому же. Он такие вещи нюхом чует, если верить нашим книгам. Буквально. По запаху определяет: кто девственница, а кто уже имеет сексуальный опыт.

– Так вот, – продолжал, между тем, проректор. – Ты ведь отказалась участвовать в отборе у нагов?

Я кивнула в очередной уже раз, стремительно уподобляясь китайскому болванчику.

– Следовательно, ты можешь в нем поучаствовать…

Мда… Логика железная. Раз отказалась, можешь поучаствовать. И как он с такой логикой вообще попал в вуз?

– Не удивляйся, – усмехнулся Мендрас. – Я не это имел в виду.

По способности подавать информацию частями проректору равных не было. Я совершенно не понимала – к чему он клонит.

– Видишь ли. Есть предположение, что на отборе случится некая диверсия. И все это как-то связано с происшествием в библиотеке…

– Взбесившимися фолиантами? – удивилась я. – А они-то причем?

– А ты вообрази, что случится, если все самые опасные магические фолианты неожиданно выйдут из-под контроля? И начнут вот также действовать сообща? А?

Я аж передернулась. Мда. Картина апокалиптическая. Только четырех кентавров, одетых под всадников Апокалипсиса и не хватает для полного антуража.

Ну все-таки вуз для оборотней. Так было бы символичней.

– И чем же я могу всем помочь? – попыталась я вернуть Мендраса к цели нашей беседы. Которая становилась для меня все более загадочной и непонятной.

– Ты подходила для отбора. И нагам, похоже, нравишься…

«Я не импотент! И горжусь этим! А Стелле очень даже понравились все мои части тела!»

Мелькнули в голове слова Эманора и щеки опять начали пылать. Я принялась разглядывать свои ладони. Аккуратно остриженные ногти, длинные пальцы, которые так нравились многим моим коллегам и почти стали предметом зависти.