Как раздать долги - Ольга Болдырева

Подводя промежуточный итог, можно было смело сказать: Радин оказался до обидного в ее вкусе. Правда, мысленно Габриэль по-прежнему пыталась сравнить всех встреченных молодых людей с Элли. И несмотря на вампирскую притягательность Радина, выигрывал ангел.

— Ваша светлость, — поклонился юноша.

— И все-таки я настаиваю, — протянул командир отряда, оглядывая получившуюся компанию с крайним неодобрением на широкой небритой роже.

— Настаивайте, — легко согласилась девушка, — но где-нибудь в другом месте. То, от чего способны защитить ваши люди, все равно мне не навредит, а когда их возможности закончатся, они превратятся в обузу. Я беру с собой спутников в качестве свидетелей от каждой из сторон.

— А как же припасы, палатки… — не отставал надоедливый подданный.

— Все, что понадобится мне и двум молодым людям, я создам на месте, — отрезала Габриэль и, устав слушать нытье, просто направилась в сторону леса.

Рыцарь и Радин, переглянувшись, последовали за ней. Люди и вампиры провожали их полными надежды взглядами, веря в скорое и победное возвращение, а также в спасение пропавших.

Небольшой отряд светлых сразу же, как троица скрылась за первыми деревьями, принялся седлать коней: княгиня убедила рыцарей возвратиться в деревню во избежание конфликтных ситуаций. Чем меньше ее служители видели подданных брата, тем меньше появлялось поводов с ними ругаться. На душе людей было тяжело и мерзко, словно они не нашли каких-то нужных слов, чтобы задержать княгиню и убедить, что соваться в лес таким образом не самая светлая идея. Но ослушаться ее приказа рыцари не могли и, понурив головы, уезжали.

А вампиры просто разбрелись по палаткам. Уходить с этого места до официального подтверждения смерти сородичей или же их возращения они не собирались, сколь бы ни было это опасно.

Ступив под прохладную сень деревьев, Габриэль перевела дух и мысленно дала себе звонкую затрещину. Она понимала, что десять раз была не права, решив рубить сгоряча. И сотню раз она сглупила, когда, не разобравшись в происходящем, кинулась в чащу ловить невесть что (или, вероятнее, «кого»).

Под ногами мягко пружинил ковер из сплетения трав с бусинками мелких синих цветков, над головой приятно шуршали пышные кроны деревьев, купая в свежем ветре тонкую листву. Воздух был невероятно ароматен и приятен на вкус — в нем переплетались нотки созревших ягод, запах мха, покрывавшего стволы старых деревьев, цветов, травяного сока и смолы. Но Габриэль больше внимания уделяла не открывшимся красотам, а собственным мыслям, в которых вертела полученные сведения и так и эдак, стараясь рассмотреть с каждого угла и хорошенько обмусолить.

Брату разделаться с этой проблемой было бы намного проще — он бы просто почувствовал мир вокруг и подсказал, в каком направлении искать пропавших. А даже если бы Габриэль по неизвестным причинам не смог бы этого сделать, он бы обязательно попытался собрать больше информации: с какой периодичностью исчезали жертвы, кто начал пропадать раньше — люди или вампиры (а затем сопоставить со временем переселения на эту землю клана Нельха). Все-таки немаловажной деталью могло стать выяснение, кто же был более удобными жертвами. Если вампиры стали мишенями только из-за того, что оказались ближе деревенских жителей, — это говорило об одном, или же похитителям, до того довольствовавшимся простой, смертной кровью, больше подходили магические существа. Стоило выяснить, не было ли каких-нибудь странных явлений перед первыми исчезновениями, не пропали ли животные из леса, не покинули ли его птицы. Не слышали ли в нем подозрительных, несвойственных звуков…

Таких пунктов даже навскидку у Габриэль получалось до досадного много. Но засидевшаяся в чужом теле девчонка просто не могла упускать возможность кинуться в самую гущу случайно подвернувшейся тайны, принимая самостоятельные решения так, как хочется ей, а не так, как диктует другая личность.

— А птицы-то молчат, — пробормотала она под нос, стараясь сделать голос как можно тише, но спутники конечно же услышали.

— Так ведь… — Радин запнулся, оглядел по сторонам, но продолжать мысль не стал, только сильнее сжал рукоять эспадона.

— И давно это у вас? — Рыцарь, которого, как выяснила Габриэль, звали Дамином, тоже удобнее перехватил оружие.

— Если бы птицы исчезли во время нашей стоянки, кто-то бы обратил внимание. Значит, еще до нас не было.

— А это тогда кто? — фыркнула Габриэль, указав пальцем на тощего, облезлого дрозда, внимательного наблюдающего за их компанией. — На белочку что-то не похож. Они именно молчат, но никуда пропадать не думали. Что-то в этом лесу заставляет их осторожничать: оно пока не нападало на птиц, но внушает им страх.

— Почему-то меня это не радует, — вздохнул Радин. — Ваша светлость, а мы хоть в правильном направлении идем?

Габриэль очень хотелось ответить ему честно, что она понятия не имеет, но вместо этого девушка остановилась и, натянув канал связи с их миром, тщательно просканировала местность. Где-то в северной стороне фоном ощущалось что-то непонятное и не поддающееся описанию, но ассоциации в сознании возникали не самые приятные. Княгиня поморщилась, когда попыталась мысленно проникнуть туда, — ее не больно, а скорее, обидно шлепнули. Однако тонкую ниточку силы, опускающуюся из заросшего овражка под землю, Габриэль заметить успела.

По-хорошему, ей стоило, как послушной девочке, позвать на помощь кого-нибудь из старших. Того же Гериона. Конечно, вопрос о старшинстве был спорным, но опыта у оборотня имелось куда больше. Но только, естественно, Габриэль в этот момент думала о том, как бы всем доказать, какая она самостоятельная и умная, а не о безопасности.

Зря…

— Да, — ответила она Радину, — направление верно. Нам нужно идти прямо по этой тропе до конца, там и будет нужный нам овраг.

И почему-то никто из них не задался вопросом: откуда столь неожиданно взялась такая удобная тропка, ведущая прямо до места назначения, хотя минуту назад вокруг были сплошные заросли и колючий кустарник?

— О Герион! — Лин опустила Натаниэля на землю и подбежала к оборотню, чтобы с удовольствием его обнять и чмокнуть в щеку — было непросто описать радость вампирки от встречи с давним другом. — Какими судьбами? Посидишь с наследником?

Они с Натаном возвращались с небольшого променада. По оставленному Габриэль распорядку, сына Темного князя следовало выгуливать на свежем воздухе не меньше двух раз в день, и Лин решила отвести малыша на небольшую площадку, откуда открывался потрясающий вид на всю столицу. Картина получалась невероятно впечатляющей, и они почти три часа изучали маленькие домики и двигающиеся по улочкам фигурки подданных. Натаниэль с усердием запоминал новые понятия и пытался их повторять за Лин, а девушка любовалась будущим князем и надеялась, что когда-нибудь у нее появится такой же смышленый сынишка.

За ними присматривал Блик, изредка отвлекающийся на охоту за бабочками и птичками. Но далеко он не отбегал, неизменно продолжая держать в поле зрения детеныша своих хозяев.