Дикий Талант - Виталий Обедин

Угу, конечно. Когда без Древней крови обходилось хоть что-нибудь?

Я кивнул хриплому, бросил талер (выпейте за мое здоровье!) и отошел от стола.

Вообще, было ощущение, что белобрысый чуть в стороне от этой компании. Вместе, казалось бы, но вместе с тем — отдельно. Интересно.

Я нацарапал записку и велел передать белобрысому наемнику. Служанка, подхватив пустые кружки, упорхнула с моей бумажкой.

Через недолгое время наемник подошел к нашему столу. Поклонился. Фламберг лежал у него на плече — легко так лежал, привычно. Я посмотрел на руки белобрысого. Хорошие руки. Сильный парень. Спина мягкая. Чуть угловат пока, разбалансирован, как подрастающий щенок, но это исправимо. Боец. Самое главное — меч парню как часть тела, это сразу замечаешь. Жаль, времена изменились, двуручником сейчас много не навоюешь…

— Простите, м'сир, я не умею читать, — сказал белобрысый.

Этого и следовало ожидать.

— г-Д-дд…

— Я понял, милорд, — ответил мой «слуга». Кажется, его это начало забавлять. Дакота потянулся через стол — затрещало дешевое сукно — и вынул записку из рук наемника. Пробежал глазами. Я хмыкнул. Все-таки выглядело это презабавно — будто тигр выучился грамоте. Белобрысый спокойно ждал.

— Как твое имя?

— Гилберт Кельдерер.

— Хорошо, Гилберт. Садись и слушай, что написал мессир граф. — «Откуда ты? — Дакота начал читать. — Куда направляешься? Под чьим началом желаешь служить?»

— Я из Аусбурга, с левого берега, — сказал белобрысый. — Идем с ребятами под Наол. Там скоро сражение будет — вы, наверное, слышали, м'сир…

Я кивнул.

— Служить хотел бы… — Гилберт задумался на мгновение, пожал плечами. — Да все равно у кого, если взаправду. Лишь бы рыцарь был хороший. Правильной веры. Плата, конечно, не последнее дело… но по мне лучше получать на талер меньше, м'сир, и знать, что похоронят после боя как человека — чем потом мертвяком расхаживать.

Прекрасно понимаю. Встречались и такие среди рыцарей, которые своих же мертвых солдат продавали некромантам. Правда, не скажу, что все они были дьявольской веры.

«Понимаю, — написал я. — Еще один вопрос. Что говорят? Кто из рыцарей сейчас под Наолом?»

Гилберт поставил меч острием в пол, оперся. — Кастельмар из Пустошей, Ян Длинное Копье, Серхио Членский, Кастелло Кастеллани, прозванный Пиявкой, — начал перечислять наемник. — Роберт Сторм, Катарина из Гродниц, называемая Веселой Вдовушкой. Эти за Лютецию, По другую сторону тоже знаменитых рыцарей хватает. За уранийцев бьются Филип ван Эльст, оба Тарбука — Джон Красный и Джон Малый, Артур-Без-Головы… Из Выродков — Анита Слотер и Слизняк Треверс.

Не очень-то почтительно. Малкольм Треверс по прозванию Железный Червь участвовал, кажется, во всех войнах за последние двести лет. Сражался за Лютецию против эребцев, за Тортар-Эреб против ханнарцев и за Ханнарию против той же Лютеции. Единственное, Слизняк никогда не воевал против Ура, Блистательного и Проклятого. У Древней крови свои понятия о чести.

Про Аниту мне вспоминать не хотелось. Не самый приятный персонаж из семейного театра Слотеров. Некромантка, к тому же совершенно чокнутая — даже по меркам кланов.

Я дернул щекой. Нет, ну ее к хаосу, эту Аниту!

— И еще один рыцарь, — сказал Гилберт. — Зовут то ли Рышард, то ли Ричард. Имя у него сложное. Его все по прозвищу знают. У него на шляпе хвост лисицы… А, вспомнил! Ришье. Ришье Лисий Хвост. Который Мертвого Герцога порешил, помните?

Я чуть вином не подавился.

— Т-тотс-сс…

— Ага. Тот самый, м'сир. Знаменитый рыцарь, к нему сейчас многие хотят попасть… Слухи ходят, что он королевской крови. Еще говорят, Лисий Хвост три года был в плену у варваров, потом бежал. Совсем недавно, вот так. — Гилберт помедлил. — Вы, похоже, его знаете, м'сир?

Хороший вопрос.

— Н-нем-много.

— Может, замолвите за меня словечко? — Гилберт даже подался вперед. Эх, парень! Если бы все было так просто.

— А ч-что т-ты ум-м…

— Что умею? — Наемник выпрямил спину. Глаза загоре лись. — Я цвайхандером хорошо владею. Шесть поединков выиграл, — сказал Гилберт с гордостью. — Один, правда-проиграл…

— Обвинитель или защитник? — вклинился Дакота.

Гилберт посмотрел на «телохранителя», потом снова на меня. В голубых глазах был вопрос. Я кивнул.

— Обычно защитником. Меня сперва нанимать не хотели, мол, молодой слишком, — пояснил он. — Я тогда забесплатно согласился. Вдову защищать с дочкой. У них денег совсем не было. И повезло мне, сладилось, слава мессии. И потом меня другие звать стали.

Судебные поединки — обычное дело в провинциальных городках. Возможно, наш новый друг Гилберт неплохо владеет мечом — но что, хаос побери, он будет делать с этой огромной штукой в настоящем бою? Когда строй на строй и не повернуться от тесноты? Интересно, шпагой он пользоваться умеет? Или лучше бы ему, при его росте — алебарду? Впрочем, такого всегда можно научить. Эх, набирай я сейчас роту, обязательно бы к Гилберту пригляделся…

Пока я размышлял, скрипнула дверь.

В таверне появились новые посетители. Один, два, три… семеро. В белесых от пыли темных колетах и плащах. Вооружены как на разбой — у каждого за поясом по паре пистолетов, не считая шпаг и ножей. И лица соответствующие.

Вошедшие были разного возраста и сложения, но из-за одинаковой одежды схожие, как братья. Только один человек выделялся — среднего роста, чуть сутулый, с усталым помятым лицом. При ходьбе он сильно размахивал правой рукой, левая была почти неподвижна. На груди — золотая Дворянская цепь, шляпа украшена пряжкой с красным камнем. Но главное, конечно, не это. Особая манера держаться. Сразу видно, кто главный в этой компании.

Самый большой волк в собачьей своре.

Гости без лишних разговоров заняли пустующий стол. К ним тут же подобострастным аллюром подбежал хозяин, забубнил, часто кланяясь.

— М'сир граф…

Я моргнул. На миг мне показалось, что окружающее пространство пронизывают тонкие стеклянные нити. Мелькнуло и исчезло. Бред? Опять выкрутасы моей больной головы? Не знаю. — Д-да? — Я повернулся к Гилберту.

— М'сир граф… — Наемник замялся, потом не выдержал: — Скажите, правда, что у Лисьего Хвоста одна рука — из железа? Потому что он ее себе отрезал? Ну, когда Анджея Мертвого Герцога убивал?!

Я посмотрел на Гилберта. Мальчишка мальчишкой, даром что шесть поединков.

— П-правда, — сказал я. — Из ж-железа. Осталось два имени.

Я написал: «Адам Бротиган».

Дакота прочитал вслух. Белобрысый наемник задумался, потом покачал головой:

— Не знаю, м'сир. То есть я, конечно, слышал об этом рыцаре. А кто не слышал? Он же вместе с Лисьим Хвостом участвовал в Походе героев… А вообще, люди говорят, Бротиган сейчас у инквизиторов — ихний рыцарь-маг, большая шишка.