Иллюзия выбора. Шаг - Галина Долгова

— Но почему?

— Что почему? Почему я провел с тобой ночь, даже если ты этого не просила? Почему воспользовался твоим состоянием?

— Да!

— Тут две причины, — тихо и совершенно серьезно произнес он, усаживаясь поудобнее, — первая — это я, вторая — ты. С какой начать?

— Давай с тебя.

— Хорошо. Во-первых. Ты мне давно нравишься, — и, увидев мою кривую ухмылку, добавил, — как человек, личность, друг. Мне с тобой очень хорошо, даже просто сидеть рядом. Но твоя внешность была достаточно отталкивающей, хотя, если бы ты проявила хоть малейший интерес ко мне, я бы не раздумывал. Когда я вчера увидел тебя, то просто не выдержал. Сначала ты предстала передо мной самой прекрасной драконицей, какую я когда-либо видел. А затем она превратилась в невероятную девушку. Ты лежала на земле и вся светилась, излучая счастье, силу, драконье обаяние… Я не удержался. А теперь, что касается тебя. Для дракона тяжело терять невинность спустя столько лет воздержания, многие еще несколько лет так и не решаются пойти на это. К тому же, в таком состоянии ты не могла испытывать боль, естественную для девушек. Лина, ты мне нравишься. Я знаю, что мог бы тебе ничего не говорить или вообще удержаться от этого, но не смог и не захотел. Я надеюсь, что не настолько тебе противен, чтобы ты жалела об этом. Я бы хотел, чтобы ты стала моей любовницей. Можешь не отвечать пока, — добавил он, хмуро разглядывая мое, мягко сказать, удивленное лицо, и проступающее возмущение.

— Алек, ты… ты в своем уме?

— Вполне, — он вылез из постели, абсолютно не стесняясь своей наготы, и принялся медленно одеваться.

— Алек, а я не забеременею? — этот вопрос меня крайне сильно волновал.

— Нет, — кривая усмешка появилась у него на губах, — а что, мысль о ребенке от меня так ужасна?

— Перестань, — я поморщилась, — у меня чувство, что это я перед тобой виновата. Причем здесь это? Не строй из себя скромника с заниженной самооценкой, ты прекрасно знаешь, что не можешь быть противен. Хотя, для того, что произошло, есть определенное название — изнасилование. И не важно, что я ничего не помню. Давай честно, ты меня любишь?

— Нет. Но ты мне нравишься!

— Ты женишься на мне?

— Что?! — это надо было видеть, как узкие глаза становятся круглыми от шока.

— Вот! А еще предъявляешь мне претензии! — я аж задохнулась от вспышки ярости. Все-таки все мужики одинаковы! Козлы! — Во-первых, я еще молода для детей, а во-вторых, хотела бы ребенка в законном браке или от любимого мужчины. Уж извини, но я тебя тоже не люблю. Ты не ответил, откуда у тебя уверенность, что я не залетела?

— Лина, — он устало сел на край кровати и потер лицо, — я все-таки маг. Да и ты тоже. Все нелюди, кроме эссировов, и маги пользуются специальным заклятием, позволяющим контролировать данный процесс, и снимают его с себя, только когда захотят детей. А насчет самоуверенности, то ты ее изрядно потрепала.

— Так вот в чем дело… Значит, ты поэтому хочешь, чтобы я стала твоей любовницей?

— Да, в какой-то мере именно поэтому, но это лишь часть. Неужели я не могу хотеть красивую девушку, с которой мне просто хорошо?

Я молчала, пытаясь обдумать услышанное. С одной стороны, эти комплементы грели мне душу, а с другой, что делать дальше?

— Алек, я не знаю… я не смогу… Этой ночи для меня как бы не было… А если стану твоей любовницей, то я потеряю друга и учителя… — хотя, возможно, уже потеряла, — добавила я про себя.

— Почему? — острый взгляд впился мне в лицо.

— Как будто сам не понимаешь? — раздражение так и сквозило в голосе.

— Я бы хотел услышать это от тебя.

— Алек, вот представь, что мы вместе, и я приду на занятие, что ты будешь делать: заниматься со мной трансформацией объектов или потащишь в постель?

— Поцелую, посажу на колени, объясню, что ты должна сделать, ты это сделаешь. А потом потащу в постель.

— Смеешься?

— Нет. Лина, я ведь в первую очередь учитель. К тому же, наши занятия всегда ограничиваются тремя часами, а ночь у тебя вполне свободна, — он лукаво улыбнулся.

— А что остальные? Знаешь, я не хочу, чтобы пошли слухи, но в тоже время, если я застану тебя даже просто флиртующим с кем-то, то за себя не ручаюсь. И это не ревность, а чувство собственного достоинства, — я выжидательно посмотрела на него.

— У меня такое чувство, что мы обсуждаем сделку, — язвительная усмешка искривила губы, — но может это и правильно. Давай так. Ты меня не любишь, я тебя тоже. Но мы нравимся друг другу, и в постели очень хорошо подходим. Поверь мне, — от его пошлой улыбки, щеки у меня вспыхнули. — Ты не хочешь афишировать отношения? Я только «за»! Знаешь, мне это тоже ни к чему. Мы поставим портал между комнатами, через который сможем ходить друг к другу, и никто не узнает. Насчет отношений с другими я согласен. Пока мы будем вместе, я даже флиртовать ни с кем не стану. Ты будешь у меня единственной женщиной. Но и я не потерплю никого. Слышишь, никого! И твоего ненаглядного Сэта особенно! И не смотри на меня так, я знаю, что ты считаешь его другом. Но я не слепой! Поверь своему учителю, как только ты вернешься и скажешь, что обернулась, он заявит тебе о своих намерениях, даже если ты снова наденешь свой дурацкий морок. А с твоей настоящей внешностью у тебя вообще отбоя от желающих затащить в постель не будет. Это кстати еще одна причина, по которой я это сделал. И последнее, — он сделал театральную паузу, — в первое время после оборота дракону очень тяжело. У вас все органы чувств поднимаются на другой уровень: слух, зрение, обоняние, чувствительность, желание… Но я не позволю тебе быть ни с кем на территории Академии. Можешь считать, что это шантаж, но или я, или никто из Академии. Поэтому прежде чем с кого-то выбрать подумай, хочешь ли от него избавиться или нет. Особенно внимательно я буду присматривать за Сэтом, — и он вышел, хлопнув дверью.

Шах и мат тебе, девочка, либо спишь с ректором, либо ни с кем. Я откинулась обратно. Не могу сказать, что мысль о ректоре в моей постели вызывала какое-то отторжение, напротив, это был идеальный вариант. Никаких обязательств, никаких слухов, постоянное удовлетворение с опытным мужчиной. Я ведь давно этого хотела. Мне сейчас почти двадцать восемь. По человеческим меркам я уже старая дева. А с другой — он меня заставлял, шантажировал! Моя задетая гордость требовала отказа. В конце-концов, он меня банально изнасиловал, пользуясь бессознательным состоянием. И судя по ощущениям в теле, оторвался он по-полной. Друг и учитель, блин! Не мог дождаться перерождения! Где-то на задворках сознания мелькнула мысль пожаловаться Рагнаранту. Он-то уж точно не оставит от него и волоска. Хотя, нет. Скорее заставит жениться. От этой мысли я поморщилась. У эльфов браки заключались, в основном, по договору, ради продолжения рождаемости. Каждая пара должна была произвести на свет не менее двух детей. И чушь, что эльфы однолюбы. Просто они так эмоционально холодны, что даже раз влюбиться для них редкость. А, следовательно, измены у них в порядке вещей. Так жить я точно не смогу.