Тени Авалона - Алексей Олейников

Дженни потерла плечи.

– Это та самая, которую я видела на Дороге Снов, когда обрела имя Ласа?

Чудовищные белые псы с красными глазами и призрачные всадники, скачущие по небу, – такое невозможно забыть, только лишь вытеснить в бессознательную глубину.

Марко кивнул:

– Первый удар удалось отбить. Мы вышли в море. Над открытой водой они слабеют. Думал, успеем. До рассвета оставалось совсем немного, когда пришел Он.

Это простое «Он» остановило Дженни, и готовый вопрос исчез прямо с языка, потому что Марко не рассказывал, он исповедовался – впервые за долгие годы, и Дженни смутно понимала, что она тот единственный человек, которому он давно хотел и никак не мог рассказать эту страшную правду.

– Он выбрал Эдну. Из всех трех Предводитель Охоты выбрал Эдну, именно ее! Ты, наверное, поняла, что я любил ее. Он бы мог выбрать Алису или Германику, и клянусь, не знаю, что бы я сделал тогда. Может быть, решил бы, что две Девы Авалона из трех – это все же лучше, чем ни одной, и поплыл бы дальше. Я не герой, Джен. Но он предпочел Эдну. У меня не осталось выбора.

Дед смотрел в сторону, наверное, он сейчас не видел ни Дженни, ни стен. Звезды, влажная ладонь моря, в которой качается лодка, а над ними – пылающие белые псы с кровавыми глазами и призрачная кавалькада, приминающая копытами облака…

– Раньше, до Договора, Охота могла забрать человека целиком – продолжил Марко. – В Скрытых землях их сила ограниченна, да и наверняка прорыв дался нелегко. Поэтому Охотник забрал только ее душу. Я пошел следом. Мы схватились на Дороге Снов… Ни прежде, ни потом я так не дрался. Вырвал ее душу из рук Предводителя Охоты, отбил у всей его своры! А цена за мою просьбу была небольшой. Всего тридцать лет.

– Ну и что? Почему ты ушел? – воскликнула Дженни. – Почему оставил маму, если так ее любил? Постарел, подумаешь! Было двадцать пять, стало пятьдесят пять. Ты, наверное, был еще о-го-го! Да и сейчас… ничего так.

Фокусник расхохотался:

– Вот спасибо на добром слове! Подбодрила старика.

Он все еще смеялся, утирая глаза, но в них снова появились знакомые Дженни жесткость и сосредоточенность.

– Дикая Охота никогда не оставляет добычу. Я знал, что они вернутся.

– А мама?! Она все знала?

Марко отвел взгляд:

– Конечно, нет. Она была при смерти, я спас ее душу, но потрясение было слишком сильным. Ей нужно было лечение, а Алисе и Германике – покой. Девы Авалона, сильнейшие в своем поколении, могли быть в безопасности только на Авалоне. Я оставил их в Башне Дождя и отправился на поиски. Хотел понять, как остановить Охоту…

– Ты ушел на семь лет, а мама встретила папу…

– Она была с ним счастлива. Большего я и желать не мог.

– Ты вернулся, потому что нашел способ победить Охоту?

Фокусник потер виски:

– Нет. Я нашел связь между темниками и Охотой. Это было невозможно – ведь темники были лишены способностей призывать демонов и духов, Договор пресек их могущество. Но они как-то сумели прорваться на Ту сторону. И именно они выпустили Охоту в ту ночь на Рюгене, я уверен в этом. К сожалению, прямых доказательств я не нашел, но все косвенные улики указывали на это. Когда я представил Совету свой доклад, они тут же его засекретили. А меня с позором выпихнули в отставку.

– Это подло! – Дженни вскочила. – Тебе медаль должны были дать. Орден. Два ордена. А они тебя выкинули с Авалона! Почему?!

– Потому что испугались, – пояснил Марко. – Связь между колдунами и Дикой Охотой нельзя проигнорировать, это повод для начала новых Темных войн. А Великий Совет чрезвычайно дорожит миром с темниками, который держится последние двести лет. Настолько, что они положили под сукно доклад о грозящей опасности. Вернее, положил…

Марко скрипнул зубами, в лице его проступила непривычная жестокость, почти ненависть. Впервые Дженни, проницая взглядом ложную дряхлость, видела в теле старика мужчину.

– Но приехал я в цирк к Эдне и Роберту не поэтому, – продолжил фокусник, – Дикая Охота вышла на ее след.

Дженни похолодела:

– Ты же говорил, что мама и папа погибли в автокатастрофе! Водитель грузовика был чист, и на него никто не воздействовал!

Марко развел руками:

– Я говорил, что на него не воздействовали темники. Я не солгал. Слукавил.

Девушка нервно прошлась по комнате.

– Так просто быть взрослым, так легко себя оправдать, – бросила она. – Ты солгал, Марко, как это ни назови.

Она чуть успокоилась, села:

– Ладно, лучше поздно, чем никогда. Что же случилось?

– В тот день мы поднялись еще засветло. Морриган хотел за день доехать до следующего города, а перегон был немалый. Роберт замыкал автоколонну, он был за рулем, а ты с мамой – в автоприцепе.

– Но ты же меня к себе взял?

Дед покачал головой:

– Я делил фургон с Людвигом, Эдна двухлетнюю малышку мне бы не отдала. Ты была с родителями. Светало, сумерки стояли мерзкие такие, когда в глазах черти пляшут. Бензовоз вынырнул с боковой дороги, а за ним – вся Дикая Охота в облике колонны черных мотоциклистов, и снова в неурочное время и в неурочном месте. Бензовоз перевернулся перед вашей машиной, взорвался и отсек нашу колонну…

Пока тормозили, разворачивались, шли сквозь пламя, свора забрала Эдну. Они забрали бы и тебя, но мы с Робертом смогли тебя отбить.

Дед взял фотографию:

– Если бы они остались на Авалоне, то были бы в безопасности. Но твои родители решили уйти во Внешние земли. Из-за твоего родного деда, конечно.

У Дженни голова шла кругом:

– Что, и папа жив?! И ты молчал?

– Не совсем жив… – Марко встал, распахнул окно, окунулся в свет, небо и шум моря. Слова его звучали неразборчиво, он говорил в открытое окно, и ветер уносил их в сторону.

– В коме? В тюрьме? У него амнезия?!

– Это было бы намного проще, – вздохнул дед. – Второй раз Охота забрала Эдну полностью – унесла и душу, и тело. Они стали сильнее за это время. Роберт пошел за ними.

– Куда?!

– В Тартар. Аид. Те части Скрытых земель, которые граничат с вечным мраком, туда, где прячет корни ночь. Он решил спуститься в ад, Дженни. Так ты осталась у меня на руках.

Некоторое время Дженни молчала. Слова деда прошлись по ней как горная лавина, перепахали все внутри.

– Да уж, такого ребенку не расскажешь, – девушка подавила нервный смешок. – Но получается, этот бедняга водитель зря сидит в психушке?! Он же правду сказал.

Дженни села, ноги ее не держали.

– Подведем итог. Маму утащили в ад, папа ушел за ней, оставив меня на попечение приемного деда. Родной дед меня видеть не хочет, и при этом я могу оказаться Видящей, а это значит, что долго мне не протянуть.