Я все еще зомби? Нехорошо! - Алексей Сказ

Палыч выглядел старше, чем я его помнил, но пусть лицо было испещрено морщинами, сам он оставался таким же спокойным и собранным. В его глазах не было ни паники, ни ужаса, когда он смотрел на меня. Только внимательность.

— Здравствуй, Макс, — сказал он ровным голосом. В его тоне не было осуждения.

— Здравствуйте, Николай Павлович, — ответил я.

Начался допрос. Сухой, официальный. Его помощники задавали вопросы: кто я, как оказался в таком состоянии, что произошло с группой Леры, откуда взялся сам, знаю ли об импах. Я отвечал в общих чертах. Говорил о Системе, о своей трансформации, о том, что полностью себя контролирую. Но об импах старался говорить минимум — только то, что они напали, и что это новая, опасная угроза. Я ждал, что Палыч сам задаст нужные вопросы, что он увидит картину целиком.

Но он молчал. Просто стоял и наблюдал. Его помощники были настроены скептически, задавали каверзные вопросы, намекали на опасность моего состояния. Я чувствовал, что они не воспринимают меня всерьез, как разумное существо, а скорее как экземпляр, который нужно изучить или уничтожить.

Допрос продолжался недолго. Палыч так и не произнес ни слова, кроме приветствия. Помощники, не получив, видимо, той информации, которую хотели, закончили.

— Мы обсудим все, — сказал один из них, обращаясь скорее к Палычу, чем ко мне.

Они развернулись и вышли. Дверь снова захлопнулась.

Я остался один. Снова. И понял. Просто так поговорить с Палычем не выйдет. Официальным путем — тем более. Мой внешний вид, моя природа — это слишком большой барьер для этих людей, даже для Лейтенанта Петрова, несмотря на его прагматизм. Их предрассудки, их страх перед неизвестным — они сильнее логики.

Надо действовать иначе. Как всегда. По своим правилам.

Я проверил статус. Все в порядке. Навыки, энергия — все при мне. Изолятор? Для моих способностей это… нубо-локация. Слишком просто.

Время шло. За окном стемнело. База погрузилась в ночную жизнь — приглушенные звуки патрулей, редкие голоса, шум генераторов.

Наконец, я решил, что время пришло.

Активировал «Силовой Буст». Подошел к железной двери.

«Мертвая Хватка» — Активация!

Я вцепился в дверную коробку. Металл заскрипел, дерево треснуло. С небольшим усилием я вырвал часть косяка вместе с замком. Дверь открылась.

Быстро. Непринужденно.

Я вышел в коридор. Почему-то было пусто, но это мне лишь на руку. Патрули снаружи, а внутри, видимо, чувствовали себя в полной безопасности. Ну и зря.

Я двинулся по базе. Используя навыки скрытности (даже без специального навыка, я мог двигаться бесшумно) и ночное видение, я легко обходил редких часовых. Моя цель — комната Палыча.

По пути я связался с Митяем по мыслесвязи.

«Митяй, готов к вылазке? Жду у входа в жилой блок. Быстро дуй туда!»

«О! Кэп! Я так и знал, что ты не будешь там сидеть! Я готов! Я уже тут! Заждался! Никакого вайфая, представляешь⁈ Ад!»

Он, конечно, уже ждал меня. В его стиле. Я быстро добрался до нужного блока. Я знал этот тренировочный центр, как свои пять пальцев, и резонно предполагал, что именно здесь наверняка разместили выживших и военных. Я оказался прав. Митяй уже стоял у двери, весь на нервах от безделья.

— Ну наконец-то, Кэп! А то я уже думал, что меня тут забанили!

— Потом, Митяй. Сейчас главное — дело. Идем'

Мы двинулись дальше вдвоем. Найти комнату Палыча не составило труда. Я знал примерное расположение по рассказам Леры. Охраны у его двери не было, что тоже было странно.

Я тихо открыл дверь и вошел. Митяй скользнул следом.

Палыч сидел за столом, что-то рассматривая при свете настольной лампы. Он поднял голову и посмотрел на меня. На его лице не было ни малейшего удивления.

— Я знал, что ты придешь сам, Макс, — сказал он спокойно. — После такого допроса… только так.

Я замер. Он… он ждал меня?

— Вы… вы знали? — спросил я.

— Знал. Твой отец отличный солдат, но… он слишком прямолинеен. И слишком эмоционален, когда дело касается тебя. А его методы… они устарели. Как и у других тоже. Я знал, что ты не скажешь всего при таких обстоятельствах.

Я почувствовал огромное облегчение. Наконец-то. Человек, который готов слушать. Который видит не только оболочку. Теперь понятно, почему нигде толком не было охраны.

Митяй, стоявший рядом, тоже выглядел ошарашенным.

— Ого! Кэп! Этот НПС прошаренный! У него, наверное, скрытая пассивка на предвидение!

— Митяй, тихо, — одернул его я.

— Садись, Макс. Твоему другу тоже место найдется, — Палыч указал на стулья. — Рассказывай. Все. Что за угроза. И что ты собираешься с этим делать?

Я сел. И начал рассказывать Об импах, о порталах, о Точках Силы, о ритуале призыва, о Рогатом демоне и Погонщике. О том, что это не просто монстры, а организованная сила с конкретными целями. О том, что обычное оружие против них малоэффективно, но Система… Система дает шанс.

Палыч слушал внимательно, не перебивая. Его помощников не было, мы были втроем. Я чувствовал, что он взвешивает каждое мое слово, сопоставляет с тем, что ему уже известно.

Палыч слушал, его лицо становилось все серьезнее. Он прерывал меня только для уточнения деталей, связанных с Системой или географией логова. Митяй добавлял свои комментарии, часто вставляя геймерский сленг, но Палыч, казалось, понимал или, по крайней мере, улавливал суть.

Когда я закончил, в кабинете повисла тяжелая тишина. Палыч откинулся на спинку кресла, потирая подбородок.

— Значит, все гораздо хуже, чем мы думали, — наконец произнес он. — Мы видели этих тварей. Они сильны. Атакуют организованно. Наши парни с трудом справляются даже с обычными. А тут… призыв их Владыки… это катастрофа.

Он посмотрел на меня.

— Макс, то, что ты рассказал… это критически важная информация. Мы не можем медлить. Нужно действовать. Но наши силы… наши силы ограничены. Большинство бойцов — обычные люди, даже системщики не так прокачаны, как ты или твой друг. Обычное оружие против их магии и брони… ты сам видел.

— Я знаю, — ответил я. — Поэтому я и пришел. У меня есть возможности. И я могу помочь. Но мне нужна свобода действий. Я не могу работать по уставу или под командованием тех, кто не понимает, с чем мы имеем дело.

Палыч кивнул. Он понимал. Его мудрость проявлялась в