Мир в хорошие руки - Татьяна Русуберг

– Ай! – громко вырвалось у меня.

Негодяй удовлетворенно улыбнулся, указав на свои клетчатые уши, и повернулся ко мне спиной. Наконец-то мы остались наедине – я и волчок.

Рука ухватила круглую красную пимпочку на рукоятке. Утопить стержень, зафиксировать взгляд на разноцветной спирали в отражении, снова услышать песню ветра в ушах… И не будет больше ни Динеша с его факаром, ни смертного приговора, ни ЭРАДа. Конечно, на той стороне поджидали недобитые бладхаунды и Любовь Генриховна, но холодок лезвия факара в данный момент был как-то ощутимее и ближе к телу, что ли…

Я вздохнул. Потные пальцы соскользнули с деревянной ручки. Поднялся на ноги и легонько постучал пальцами по плечу Машуриного брата. Он недоуменно глянул на меня, потом по сторонам, потом на натюрморт с волчком и ремнем… Нахмурился:

– Что-то не сработало?

Я отвел глаза:

– Я не смог.

Динеш пару раз моргнул длинными ресницами. Догадался вытащить затычки из ушей:

– Чего?

– Волчок не может перенести нас на Запад. Только в мой родной мир.

Длинное лицо парня пошло рябью. Выражение недоумения сменилось пониманием, на его место пришло отвращение, гнев, снова недоумение:

– Ты же мог удрать от меня, так?

Я кивнул.

– Почему же ты все еще здесь?

Я вздохнул:

– Из-за твоей сестры. В наших мирах время течет по-разному. Не уверен, что успел бы вернуться вовремя. К тому же без твоей помощи Машуру мне не найти. И от ЭРАДа не отбрехаться.

Минуту Динеш изучал мою физиономию, стремительно заливавшуюся румянцем. Когда щеки уже полыхали так, что на них можно было поджарить яичницу, он вытащил из-за голенища нож вроде охотничьего и одним движением перерезал стягивающую мои руки веревку. Ни слова не говоря, парень подхватил свой ремень, развернулся и пошел, застегиваясь на ходу, к квадрупегам. Я торопливо сунул волчок в карман и, растирая запястья, крикнул спутнику вслед:

– Эй, ты куда?

Вскочив на спину животного посветлее мастью, Динеш рысью выехал на дорогу.

– Туда же, куда и раньше. Колдовать ты не умеешь – иначе мы давно уже были бы на Западе. Теперь одна надежда – на стефов. Среди них всегда найдутся сильные маги, которые смогут отправить нас по Оси. Если мы поднажмем, то доберемся до ярмарки к обеду.

С этими словами он ударил своего скакуна пятками. Боясь отстать, я подбежал к Вамдаму, одарившему меня влюбленным взглядом. Кое-как взгромоздившись в седло, я повторил маневр Динеша. Квадрупег послушно вышел на дорогу и припустил вслед за товарищем. Некоторое время все мое внимание было сосредоточено на том, чтобы не свалиться с тряской спины. Я то терял стремя, то снова ловил его, и со стороны, наверное, представлял собой жалкое зрелище. Но Машуриного брата мы все-таки догнали.

– Почему… ты… развязал меня? – задал я, наконец, мучавший меня вопрос между ритмичными скачками вверх-вниз.

– Мы нужны друг другу, – лаконично отозвался мой спутник.

Довольно долго мы ехали в молчании. Частично я обдумывал сложившуюся ситуацию, частично любовался пейзажем, но больше всего – просто старался устроиться таким образом, чтобы поменьше ощущать наболевший зад. Местность, по которой пролегал тракт, постепенно понижалась. Дорога вилась между пологими холмами, поросшими длинной белесой травой, колыхавшейся на ветру, – это они с борта «сушки» выглядели как мохнатые верблюжьи горбы. Я сообразил, что мы приближаемся к тому озеру или морю, чей синий блеск я разглядел с высоты. Ветер постепенно крепчал, но был даже приятен – вскарабкавшееся высоко на небосклон солнце начало по-летнему припекать. Роса давно высохла, и копыта квадрупегов поднимали облачка красноватой пыли, оседавшей на бурых боках животных и сапогах всадников.

Зад уже давно требовал передышки, но, когда мы наконец спешились, чтобы напиться и наскоро проглотить сухой завтрак, я обнаружил, что безболезненнее всего проделывать это стоя.

– Почему мы просто не полетели на ярмарку? – простенал я через полупережеванную лепешку с какой-то зеленой начинкой. – Небось, давно бы уже там были, и без увечий бы обошлось.

Динеш помрачнел и начал паковать оставшуюся снедь обратно в вязаную салфетку:

– В Саттарде мало летоспособных машин осталось. К тому же, – он отвернулся, поправляя что-то в сбруе квадрупега, – я добровольно сложил с себя звание лейтенанта и право подниматься в воздух.

– Ты… что?! – выпучился я на летчика.

Воспользовавшись моим замешательством, Вамдам вытянул шею и ловко выхватил остаток лепешки у меня из пальцев.

Динеш невозмутимо пожал плечами:

– Город был оставлен под мою ответственность. Я не смог защитить его. Даже свою родную сестру не смог уберечь. Так что… – Он легко вскочил в седло. Острый профиль был непроницаем, но напряжение в голосе выдавало хорошо скрываемые эмоции. – Капитан принял мою отставку.

Я кое-как влез в седло и потрусил следом за бывшим лейтенантом. Честно говоря, признание Динеша представило парня в совершенно ином свете. На какое-то время я даже позабыл о боли в собственной заднице.

– Что же, ты никогда больше не сможешь летать? – тихо спросил я, когда Вамдам поравнялся со своим товарищем.

Ответил бывший пилот не сразу.

– Не знаю. Я стараюсь не думать об этом. Сейчас самое главное – вернуть Машуру. Понимаешь? – парень перевел на меня карие, как у сестры, глаза, под которыми залегли тени, и я понял, что впервые за все время нашего короткого знакомства, он смотрел на меня как на равного. Странно, но внезапно мне остро захотелось, чтобы где-нибудь, во множестве обитаемых миров и вселенных, нашелся кто-то, кто бы так же искренне желал спасти меня. Только я знал, что единственным человеком, на которого мог рассчитывать, был я сам. И от этого знания мне стало очень одиноко.

Дорога тем временем снова повернула и влилась в более широкий и наезженный тракт. Перекресток украшал каменный столб, покрытый замысловатой резьбой и надписями вязью. Как ни странно, когда мы подъехали ближе, я смог разобрать их значение. Столб оказался дорожным указателем. Направо по стрелке лежала некая Авела. Налево находился Уштад. Динеш не раздумывая потянул вожжи, поворачивая своего скакуна к морю и Уштаду. Едва я успел проделать тот же маневр, как сзади, со стороны широкого тракта, раздался тяжелый топот копыт. Я вывернул шею – это было проще, чем развернуть квадрупега, – но не разглядел ничего, кроме плотного облака пыли, в котором что-то металлически поблескивало на солнце.

Динеш разинул рот, но его слова потонули в нарастающем грохоте – казалось, к нам стремительно приближался то ли эскадрон гусар, то ли стадо слонов. Тогда парень просто подскакал ко мне, схватил Вамдама под уздцы и поволок нас на обочину. И вовремя. Сначала я принял животных, поднявших весь этот тарарам и пыль, за драконов. Две головы на длинных чешуйчатых шеях, мощный, усаженный шипами хвост и мускулистое длинное тело кого угодно навели бы на такие мысли. Но потом я разглядел копыта размером с мою голову, орлиные клювы, выглядывающие из украшенной кисточками сбруи, и сообразил, что звери вряд ли имели что-то общее с летающими змеями из земных сказок. Так же как их всадники имели мало общего с людьми.