Целого мира мало - Катерина Полянская

Лизка кивнула. И как об этом раньше никто не подумал?

— А подвластные ей духи?

— Твои. — Мердок триумфально улыбнулся.

— Что?!!

— Считай, что Переход прошел успешно, Лиза.

Женская логика царевны прихватила интуицию и выпала в астрал. Хотя… А сама Лизка сейчас где находится? Вопрос требовал обдумывания, посему повисла долгая пауза.

— Что ты хочешь взамен? — наконец собралась с мыслями ундина. Она, конечно, наивна во всем, что касается общения со всякого рода волшебными существами, но не до такой же степени!

— Вот мы и подобрались к самому интересному. — Потусторонний улыбнулся с таким предвкушением, что гостью нервная дрожь пробрала. Даже горячий кофе, который все никак не выпивался, не спасал.

Не к такому Переходу она больше года готовилась. Где ритуал, напоминающий битву? Для того чтобы его выдержать, царевна даже чем-то напоминающим восточные единоборства занималась, правда, успехов не делала никаких. А еще — медитацией и энергетикой, но во время таких уроков так и норовила уснуть.

В общем, не напрасно Лизка у рыбки еще три желания выпросила.

— Слушаю, — склонила голову правительница Угодий, беззвучно моля высшие силы, чтобы требования духа не оказались слишком высоки.

На врага Мердок уж точно не походил.

— Ты хорошая девочка, светлая, если позволительно так сказать про жену сильнейшего из колдунов. И мне совсем не хочется, чтобы темный дар испортил тебя.

Желание собеседника ундина разделяла. Кабы не будущие наследники, ни за что за Грань не сунулась бы. Да и Крейр бы не отправил, сам не раз говорил.

— Я сделаю тебя временной хранительницей семейного дара с возможностью передавать его по наследству. Воспользоваться толком не сможешь, но духи будут оберегать тебя. Подходит?

Лизка на миг представила себя угрюмой колдуньей и не сдержала смешка. После чего тряхнула головой, радуясь, что мерзкой перспективы удалось избежать, и с визгами и поцелуями ринулась к Мердоку через стол. Тот с перепугу чуть под этот стол не залез!

— Я так понимаю, это «да»? — пропыхтел воплощенный, отбиваясь от воспылавшей благодарностью царевны. — Или ты просто меня придушить решила?

— Быстро признавайся, чем я буду расплачиваться за твою доброту? — притворно зарычала осмелевшая Лизанда, даже трепыхающегося под ней мужчину за шею схватила.

Тот отмалчиваться не стал.

— Желание.

Лизанда замерла, недоверчиво прислушиваясь к тихому голосу.

— Потрать на меня одно желание. Я хочу жить, дышать, чувствовать. И умереть однажды, когда придет мой час.

— Зал с порталами?

— Нет, лучше чердак.

Глаза, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся больше зелеными, чем карими, удивленно расширились.

— Почему?

— Уверена, Крейр сейчас там. Волнуется, наверное, не увидев меня внизу…

Послушная духу, впереди разлилась чернота портала.

— Не понять мне ваших эмоций… — вздохнул Мердок, жестом указывая царевне на открывшийся путь.

Тени уважительно кружили в отдалении, но приблизиться не смели.

— Пока не понять, — особенно акцентировала первое слово Лизанда.

И без страха шагнула в портал. Домой!

«Еще и магией владеет!» — восхищенно отметила про себя ундина, пересекая Грань.

Дух оказался идеально точен. Миг — и царевна обнаружила себя на светлом чердаке. Еще один — и все вокруг поплыло. Крейр сгреб жену в охапку и закружил.

— Люблю тебя, — выдохнул темный.

Подобных нежностей раньше за ним замечено не было, из чего Лизка сделала закономерный вывод относительно степени испуга колдуна. За нее! Это приятно грело душу.

— Эй, полегче! Поставь, где взял.

Прислушаться темный и не подумал, перехватил драгоценную половину поудобнее и размашисто зашагал к выходу. Только тогда Лиза заметила маячащих за спиной правителя Угодий Ялу с Лейвом. Выходит, даже темным время от времени моральная поддержка требуется!

— Что ты делала? Почему я тебя не видел? Ну же, рассказывай, как все прошло? Переход не удался? — теребил молчаливую суженую Крейр.

Лизка почувствовала, как сердце сжимается от его заботы.

— Я везучая, забыл? — хихикнула царевна, крепче цепляясь за плечи мужа. Упасть со скользящей серебряной лестницы не хотелось. — Разве у меня могло что-то не получиться?

— Желание загадала?

— Нет, Мердок помог. Но и желание использовала, только потом.

По-хорошему, замолчать стоило, еще когда колдун напрягся. Руки мужчины чуть не разжались от возмущения, и Лизка оказалась как никогда близка к свободному полету. Однако царевна не только не вняла очнувшемуся вдруг голосу разума, но и в подробностях рассказала про необычный Переход и судьбу первого желания.

И с минуту в повисшей тишине удивлялась про себя — чего это все затихли да недовольными взглядами ее буравят? Все же хорошо сложилось!

Уже и лестница свой путь почти завершила…

Обстановку разрядила Ялисса.

— Хотя бы до покоев дотерпи, развратник! — громко зашипела колдунья на жениха.

Лейв отдернул руку от лиловых юбок и чуть заметно покраснел.

— Прости, милая, рефлекс.

— Что-о?! — тут же взвилась девушка. — В людном месте лезть под юбку к стоящей рядом даме — это у тебя уже в привычку вошло?! Ну, знаешь…

Через плечо мужа Лизка могла видеть, как обиженно надулась темная, даже запыхтела разгневанным ежиком.

— Да не этот рефлекс! — теперь уже густо покраснел феерик. Только что с лестницы не сиганул. — Другой!

— А какой? — шепотом спросила Лизка. Милые бранятся — тем и тешатся, а ей любопытно!

Зачарованная лестница наконец вывезла их в один из коридоров верхнего этажа, но свободу передвижения Лизке так и не дали.

Лейв смутился еще больше, но здраво рассудил, что в сложившейся ситуации лучше сказать правду. Не то эти темные такого себе напридумывают, сам потом не рад будешь. Это-то и Лизке хорошо знакомо было — все же больше года в Угодьях.

— У нее там карман.

— И что? — вопросили девушки в один голос.

— А в кармане — монетки звенят.

— Ах ты, ворюга! — нашла новый повод для недовольства Ялисса и гневно сверкнула на будущего мужа глазами.

— Зато не развратник, — гордо заявил тот.

На продолжение предсемейных разборок Лизке полюбоваться самым коварным образом помешали. Потому что свои на горизонте маячили! Колдун прошипел нечто зловредное и о-о-очень многообещающее, закинул прогневившую его женушку на плечо и стремительно скрылся в сплетении коридоров.