Заговор богинь - Филис Кристина Каст

«Это неэтичный поступок!» – прикрикнул на Кэт внутренний контролер. К счастью, Кэт прекрасно умела затыкать ему рот. К тому же по-настоящему она должна была задать себе совсем другой вопрос: сумеет ли она удержать Ахиллеса под гипнозом, в достаточно спокойном состоянии, чтобы им не завладел берсеркер? А Кэт совсем не была уверена, что сможет поддерживать в Ахиллесе спокойствие – и при этом заниматься с ним безумной, жаркой любовью...

Ну... может быть, это не будет такая уж безумная и жаркая любовь. В конце концов, между полным воздержанием и безумной страстью существует весьма много разных уровней... например, уровень нежной любви. И возможно, Кэт удастся найти что-то подходящее...

Она снова протянула к нему руку. На этот раз ее пальцы ласково скользнули по груди Ахиллеса, по твердому животу... И забрались под простыню. Катрина не прикоснулась к его мужской плоти, однако Ахиллес задрожал и резко, судорожно вздохнул, почти застонал.

– Ты все еще в своей бухте... расслаблен... тебе тепло... спокойно... – тихо заговорила Кэт все тем же гипнотическим тоном, хотя ей и было чертовски трудно его поддерживать, потому что она сама уже дышала чересчур неровно. – Что еще ты видишь, кроме моря, кораллов, песка?

– Тебя, – ответил он.

К счастью, его низкий голос прозвучал все так же расслабленно, сонно... и невероятно сексуально.

– Да, – быстро сказала Кэт прежде чем успела передумать и вернуться к скучному профессионализму, быть может пожалев, что ее профессия – не древнейшая, – Да я здесь. Что я делаю?

– Лежишь рядом со мной, – сказал Ахиллес.

И прежде чем она успела задать ему следующий вопрос, добавил:

– В тебе нет страха, и ты прикасаешься ко мне.

– Ахиллес, там, где ты находишься, вообще нет страха... нет гнева... нет боли.

Внезапно Катрине захотелось расплакаться. Сколько времени прошло с тех пор, когда к нему в последний раз прикасались без страха? Поддавшись порыву, она легла на кровать лицом к Ахиллесу. Ее голова опустилась на его плечо, а рука – на его грудь.

– Мои руки – твое спасение, – чуть слышно произнесла она, – Ими руководит твое желание. Чего ты же лаешь, Ахиллес?

– Тебя.

Вот оно. Это единственное слово подстегнуло ее, освободило.

– Значит, ты будешь обладать мной, – сказала она.

Медленно, медленно она продвигала руку, пока не коснулась его твердого копья. Ахиллес застонал, когда она погладила его длинную, толстую плоть.

– Помни, это лишь сон... всего лишь сон...

Он снова застонал, его бедра приподнялись в ответ на поглаживание. Ноги Кэт скользнули под простыню, она придвинулась ближе к Ахиллесу и с наслаждением осознала, что он полностью обнажен. Льняная повязка, которой он прикрывал чресла, соскользнула, и их не разделяло ничто, кроме тонкого шелка ее нижней туники.

«А, пошло оно все к чертям!» – подумала Кэт, дергая скользкий шелк, обнажаясь до пояса и прижимаясь бедрами к Ахиллесу.

– О боги! – вскрикнул он, когда ее влажный жар коснулся его кожи одновременно с поглаживающей рукой.

– Тебе хорошо? – шепотом спросила Катрина, и ей отчаянно захотелось, чтобы он прижался губами к ее ноющим соскам.

– Да... – выдохнул Ахиллес, – Еще... я хочу большего...

Он лениво, сонно повернулся на бок, лицом к ней, двигаясь так, словно преодолевал сопротивление воды. Его руки потянулись к ее ягодицам, и он настойчиво прижал к ней свое твердое мужское естество.

– Да, большего...

Вагина Кэт распухла от желания и была такой влажной, что без труда заскользила вверх и вниз вдоль пылающего копья. Ахиллес не вошел в нее, и Кэт шептала успокаивающие слова, продолжая ритмичное движение, и вздувшийся конец его копья пульсировал у ее клитора, пока Катрина не взорвалась в мгновенном, оглушительном оргазме.

– Следуй за мной, Ахиллес...

Она снова прижалась к его копью своей жаркой влагой. И Ахиллес с гортанным криком испустил наружу семя.

– Царевна...

Кэт довела его до финала, а потом без сил опустила голову на его плечо.

– Ты... ты совершенно расслаблен, – с трудом выговорила она.

Да, черт побери, он действительно был полностью расслаблен. Катрина всмотрелась в его лицо. Они оба добрались до финала, и при этом Ахиллес оставался под воздействием гипноза. «Вот дерьмо! Это самый гадкий поступок в моей жизни!» Кэт была уверена, что обязательно бы покраснела, если бы ее щеки уже не пылали огнем после безумного оргазма. «Ну и что мне теперь делать?» Она откашлялась, изгоняя соблазнительницу и возвращая на место мозгоправа.

– Ахиллес, ты будешь спать всю ночь, а после рассвета проснешься абсолютно свежим и бодрым.

«И это самое малое, что можно сказать», – мысленно добавила она.

– Ты меня понимаешь?

– Да... – сонно пробормотал он, и Катрина заметила на его губах легкую улыбку.

Кэт медленно, осторожно отодвинулась от Ахиллеса и выскользнула из его постели. Его дыхание было глубоким и ровным. Тело лежало свободно, воин раскинул ноги поперек кровати, но даже сейчас от него исходило ощущение энергии и силы. Кэт внезапно поняла, что если бы в Ахиллеса и не вселялся берсеркер, он все равно оставался бы великим воином и вождем.

Прикусив губы, Кэт запоздало подумала, что бы почувствовал этот яростный воин, узнай он, как она обошлась с ним этой ночью. Она, конечно, могла загипнотизировать его и заставить забыть о том, что произошло между ними. Катрина вздохнула. Нет, такой гадости она не сделает. К тому же, хотя Джаскелина и назвала бы ее поступок «уж слишком нахальным», Катрина не собиралась обманывать себя; она знала, что на самом деле хочет, чтобы Ахиллес все помнил, – хочет, чтобы он знал – они доставили друг другу наслаждение, а берсеркер не пробудился. Но с другой стороны, что, если такое воспоминание его рассердит? Если верить богине, Ахиллес не занимался сексом уже много лет. Может, он предпочел бы действовать в полном сознании...

Ну да, конечно. Тогда берсеркер вырвался бы наружу, и это уж определенно было бы не к добру.

– Вот дерьмо! – негромко пробормотала Кэт.

И тут ее осенила идея, и она повысила голос, заговорив профессиональным тоном:

– Ахиллес, когда ты проснешься, ты будешь помнить все, но только как то, чего тебе очень хотелось. А теперь спи, и пусть тебе снятся хорошие сны.

Поздравив себя, Катрина выпила еще вина и умылась водой из стоявшего неподалеку таза. Покончив с этим, она оглянулась на Ахиллеса, лежавшего за прозрачной занавеской. Воин мирно спал. Катрине, конечно, хотелось бы пристроиться рядышком с ним, прижаться к его невероятно крепкому телу, но что в таком случае будет утром, когда он проснется? Увидит ли Кэт всего лишь удивленного Ахиллеса – или на нее набросится берсеркер, жаждущий крови? Не желая испытывать судьбу, Катрина отправилась на свой мягкий матрас и заснула почти мгновенно.