Мрачный Вторник - Гарт Никс

— Ну как, готов? — спросила Сьюзи. — Заклинание для напальчников помнишь?

— Да помню, помню, — отозвался Артур. — Погоди секундочку, хорошо?

Падать все-таки предстояло с порядочной высоты. Дома это была бы верная смерть. И потом… А что будет, если стекло разобьется?

Он так и спросил:

— А что, если стекло разобьется?

— Не разобьется, — ответил чей-то голос. Этот голос не принадлежал Сьюзи!

Артур так энергично дернул головой, чтобы обернуться и увидеть, кто же там заговорил, что едва не растянул мышцы шеи. Естественно, крылья тут же в тысяча первый раз приложили его о потолок.

Сьюзи что-то кричала, но Артур не мог разобрать, что именно. Слегка оглушенный очередным ударом, он все пытался вывернуть шею и посмотреть на незнакомца.

Когда ему это удалось, он обнаружил на незапятнанной поверхности светящегося потолка нечто вроде мохнатого шара величиной с человеческую голову. Этот шар можно было бы посчитать простым сгустком сажи, вот только ветер здесь дул слишком сильный, чтобы обычная сажа смогла удержаться. А кроме того, шар обладал парой глубоко посаженных серебряных глаз чуть побольше серебрёных орешков, какими иногда украшают торты. Глаза были живые, они смотрели, и Артур встретил их взгляд.

Чуть пониже глаз имелся рот. И тоже блестел серебром. Были это зубы или поверхность горла, Артур не рассмотрел.

— Пустотник! — воскликнула Сьюзи и попыталась вытащить из-за пояса медную трубу, упираясь другой рукой в потолок.

Первый же взмах крыльев объяснил ей всю безнадежность этой затеи.

— И вовсе никакой я не пустотник! — возмутилось существо. — Я могу вам помочь!

— Я тебе самому щас так помогу… — пробормотала Сьюзи.

Упираясь локтями, она силилась что-то вытащить из кармана передника. Вероятно, нашаривала там нож.

Артур не знал, что она задумала, но мохнатый черный шар возбудил его любопытство.

— Сьюзи, подожди! — Он подгадал мгновение, когда крылья изготавливались для броска вверх, и обратился к существу: — Ладно, если ты не пустотник, то кто?

Черный шар быстро заговорил, явно снедаемый нетерпением поведать Артуру историю своей жизни. По ходу рассказа он несколько развернулся, превратившись из ровного шара в подобие волосатой черной улитки.

— Девять с лишним тысяч лет назад я была одной из бровей Мрачного Вторника. Потом меня сорвал с его лица взрыв Пустоты — это произошло в одном из самых первых забоев будущей Ямы, во тьме. Меня так и не нашли, так что столетиями я лежала, всеми забытая, рядом с залежами Пустоты. Все это время эманации Пустоты воздействовали на меня, так что постепенно я стала живым, мыслящим существом. Я не Житель, созданный Зодчей, но и не пустотник, вылезший из Пустоты. Настоящие пустотники меня презирают, а Жители Дома — боятся. И те и другие стараются меня убить, дай только случай!

Сьюзи и Артур переглянулись. Потом заново присмотрелись к меховой улитке. В общем-то, она действительно здорово походила на разросшуюся и ожившую бровь. Этакий длинный волосатый червяк, обросший хлопьями сажи. Под их пристальными взглядами существо слегка попятилось. Двигалось оно, извиваясь и, кажется, пользуясь присосками.

— Я по-прежнему связана с Мрачным Вторником, — объявила улитка. — Мне отчасти знаком образ его мыслей, его тайны…

— Нет, и в самом деле смахивает на здоровенную бровь, — неуверенно проговорила Сьюзи. — А чудес рядом с залежами Пустоты каких только не бывает…

— А что ты делаешь тут, наверху? — поинтересовался Артур.

Хорошо было бы воспользоваться Атласом и разузнать поподробнее про эту бровь, гуляющую сама по себе. К сожалению, сделать это не представлялось возможным.

— Я пыталась забраться в Башню-Сокровищницу, — ответило мохнатое создание. — Я нуждаюсь в близости сокровищ. Хочу ощущать тяжесть золота, хочу окунуться в отраженное сияние картин, обвивать статуи… Если я когда-нибудь туда попаду, то по своей воле уже не выйду наружу. Мне больше ничего от жизни не надо — попасть в Башню, и все!

Артур спросил:

— Но если ты сама не можешь этого сделать, как ты нам-то помогать собираешься?

— Я не могу попасть туда самостоятельно, — был ответ. — И все же я могу помочь вам, чтобы вы потом помогли мне. Например, у меня есть алмаз, чтобы разрезать стекло.

— Покажи, если не врешь, — потребовала Сьюзи.

Существо принялось извиваться, издавая не слишком приятные чмокающие звуки, а потом разинуло рот, причем существенно шире, чем Артуру казалось возможным. Медленно высунулся черный, липкий на вид язык. Его кончик был свернут кольцом, и в этом кольце покоился алмаз величиной с Артуров ноготь на большом пальце. Он лучился и сверкал в ярком свете, падавшем с потолка.

— И где ж ты его раздобыло… раздобыла? — поинтересовалась Сьюзи.

— Я йойо сбеба… — начала было отвечать бровь, но с высунутым языком говорить было очень уж неудобно, так что она его спрятала и продолжала: — Я его сделала из Пустоты. Я же вам говорила, мне ведомы многие познания Мрачного. Мне также присуще немало его способностей. Увы, мой язык недостаточно силен, чтобы держать алмаз и резать им стекло. Для этого требуется человеческая рука!

— А как тебя звать? — спросил Артур. Меховой шар не сразу ответил, и он изменил вопрос: — Как ты себя называешь?

— Ну… Наверное, вы можете звать меня… Сажей, — проговорило создание. — Ну да, пожалуй, я — Сажа. Я в ней жила, можно сказать, ею дышала, а уж сколько я ее съела… Самое подходящее имя!

— Ела? — переспросила Сьюзи. — Сажу? А зачем ее есть-то?

— От скуки, — был ответ. — Надсмотрщики в меня палят из паровых ружей, если я пытаюсь подобраться поближе. Пустотники сами бы с удовольствием меня слопали. И в Башню-Сокровищницу, хоть тресни, не попасть… Чем же прикажете заняться, как не ползать по стенам и потолку здешнего царства да не поедать копоть и сажу?

— Если мы станем помогать тебе забраться в Башню, — сказал Артур, — придется тебе сначала поклясться, что станешь всячески помогать нам против Мрачного Вторника!

— С удовольствием! — воскликнула Сажа. И от восторга она даже подпрыгнула на потолке, насколько это было возможно, вверх тормашками. Артур тут же пожалел о том, что до такой степени обрадовал новую знакомую. Он увидел брюхо Сажи, усеянное, точно щупальца осьминога, множеством жутковатого вида присосок. Так вот что так чмокало, когда она передвигалась по потолку!

— Может, она и не врет о своем происхождении, но все равно — пустотник есть пустотник, — шепнула Сыози, подобравшись как можно ближе к Артуру, чтобы можно было посекретничать. — Умный пустотник — самый опасный. Однако алмаз нам бы здорово пригодился…

— А мне до смерти надоело висеть вниз башкой и колотиться об этот поганый потолок, — тоже шепотом ответил Артур. — Давай примем ее помощь, хотя бы пока!