Мрачный Вторник - Гарт Никс

Сьюзи неохотно кивнула.

— Мы принимаем твое предложение, — сказал Саже Артур.

— Прекрасно! Замечательно! — захлебнулась бывшая бровь. — Какое удовольствие с вами работать… э-э… незнакомцы.

— Меня зовут Артур, — назвался мальчик, постаравшись опередить Сьюзи, пока она не представила его как Понедельника и Хозяина Нижнего Дома. — А это Сьюзи!

— И вы хотите стибрить что-то по мелочи из Башни-Сокровищницы? — поинтересовалась Сажа.

Ее голос прозвучал несколько обеспокоенно. Она явно приняла новых знакомых за воришек.

— Мы собираемся не красть, а, наоборот, вернуть краденое! — с возмущением отрезала Сьюзи. — Нечто такое, что следовало вернуть законному владельцу еще десять тысяч…

— Сьюзи! — вмешался Артур.

Еще не хватало, чтобы Сажа узнала слишком много. Если это существо в самом деле было связано с Мрачным Вторником какими-то таинственными узами, кто поручится, что эта связь не была двусторонней?

Однако остановить Сьюзи оказалось не так-то легко.

— Мы, как бы это выразиться, с претензией явились, — сказала она. — Артур лишь хочет забрать то, что ему по всем понятиям и так давно следовало бы…

— Сьюзи! Ты сама-то липкое заклинание не забыла?

— О-о, у вас липкие напальчники? — восхитилась Сажа, устремляя взгляд серебряных глаз на руки Артура. — Великолепная работа. Конечно, не изделие самого Мрачного, но одного из его лучших мастеров — уж точно!

— «Ночь ли, день ли — прилипай, на минуту приставай, вправо, влево, не зевай», — забормотала Сьюзи, удерживаясь на локтях и обращаясь к своим пальцам.

Заслышав волшебные слова, куколки-лягушки задвигались и запищали, а потом налились мутно-зеленым светом.

Переждав очередной удар крыльев, Сьюзи хлопнула обеими ладонями по потолку. Одна рука приклеилась большим пальцем и еще двумя. Не теряя времени, девочка свободной рукой схватила оба шнурка, свисавшие по сторонам шеи, — и дернула. Хрустнули восковые печати, и оба крыла мигом разлетелись облачком конфетти. Порыв ветра немедленно унес его прочь.

Сьюзи повернулась к Артуру, вися на одной руке, и улыбнулась ему. Оба глаза у нее были подбиты, на подбородке красовался синяк — видно, крылья и ее исправно прикладывали о потолок.

— Какое облегчение! — сказала она. — Короче, секунд через сорок я ухну, так что, Сажа, золотко, прыгай прямо сейчас да постарайся, как шлепнешься на пирамиду, отползти подальше!

И — видимо, в порядке убедительного аргумента — вытащила из-за пояса кусок медной трубы.

Сажу не понадобилось подгонять. Раздался треск, словно расстегивалась большущая липучка, и мохнатый шар полетел вниз. Ветер слегка отнес ее в сторону, и она приземлилась на восточную грань пирамиды футах в тридцати ниже вершины.

— Удачи, Артур, — сказала Сьюзи и быстро сунула трубу обратно за пояс, высвобождая вторую руку. — По-моему, тебе надо бы…

И тут напальчники на ее правой руке перестали двигаться и пищать. А также и прилипать к потолку.

На глазах у Артура Сьюзи камнем полетела вниз. Он думал, что не выдержит мгновения, когда она ударится о стекло, но, однако, девочка приземлилась на ноги, спружинила, покатилась… Еще несколько секунд — и она хлопнула по стеклу левой, липкой рукой, останавливая падение.

Чуть-чуть полежав неподвижно, Сьюзи перевернулась на спину и помахала Артуру, что-то крича. Что именно — он не мог разобрать за шумом ветра и хлопаньем своих крыльев.

Он повернулся лицом к потолку, в очередной раз воспротивился удару о камень — и набрал полную грудь воздуха. Потом, оторвав ладони от потолка, произнес слова заклинания. Когда они отзвучали, мальчик почувствовал, как закололо кончики пальцев. Напальчники на левой руке ожили и запищали.

Артур завел за плечо правую руку и потянул соответствующий шнурок. Воск отчетливо хрустнул, и мимо ушей вверх просвистела туча конфетти. А через мгновение Артур уже падал. Он успел обратить внимание, как отчаянно заработало оставшееся крыло, все еще пытавшееся тянуть его вверх…

Почему-то он думал, что будет спускаться, словно этакий парашютик, вращаясь волчком вокруг вертикальной оси, но все оказалось куда хуже. Взмахи крыла запустили его кувырком через голову. Одно сальто следовало за другим без остановки…

А еще миг спустя он приложился лицом о стеклянную грань пирамиды.

Очень, очень крепко…