Красные камни белого - Вадим Панов

– Жак! – возмутился Осчик. – Я требую уважения!

– Мои люди тоже. Мы деловые партнеры, а не твои слуги.

«Вы грязные, обалдевшие от наглости пираты!»

Но мысль о том, что редкая экспедиция обходится без жертв, все еще вертелась в голове и заставила Вальдемара сдать назад.

– Согласен: мы – партнеры.

– Не надо об этом забывать.

Баурда, которому хватило ума сохранить на лице невозмутимое выражение, продолжил:

– Мы наблюдали за комплексом полтора часа, но так никого и не заметили. Я думаю, спорки ушли, причем – в спешке.

– Следы боя?

– Нет. Но в пропасти лежит разбитая повозка. А поскольку дорога там достаточно широка, можно предположить, что уходили спорки ночью. И не просто уходили – бежали.

– Узнали о нашем появлении?

– Мы пришли на Ахадир довольно далеко от храма, во время полета прятались за облаками, а после – между гор. Нас не могли заметить.

– Значит, вы наследили в прошлый раз, – подал голос Осчик.

– А бежать спорки решили именно сегодня? Долго же они собирались. – Вандар усмехнулся. – Нет, Вальдемар, мы ни при чем. Из того, что рассказал Дан, можно сделать только один вывод: спорки чего-то испугались и бросились наутек.

– Согласен, – кивнул Баурда.

– Но что их напугало? – поинтересовался Осчик.

– Что угодно, – пожал плечами следопыт. – Мы на Ахадире, а у него полным-полно тайн.

– К тому же бегство спорки упрощает задачу, – хмыкнул Вандар.

– Упрощает? – удивился галанит.

– Разумеется, Вальдемар, – упрощает! Мы собирались вышибать спорки из храма, а они сами его отдали. Нам в очередной раз повезло, чтоб меня манявки облепили.

– Я бы не спешил с выводами.

– А я их еще и не сделал, – отрезал капитан. – Мы отправимся в храм и все проверим.

– А если там кто-то есть? – тихо спросил Баурда.

– Ты кого-нибудь заметил?

– Нет, но…

– Нам подарили время и возможность! И я не собираюсь их упускать, чтоб меня манявки облепили!

– Я предлагаю выждать, – угрюмо произнес галанит. – И ты не можешь игнорировать мое мнение.

По условиям сделки капитан командовал экспедицией, принимал решения и головой отвечал за результат. Но наблюдатель Компании имел право вето. На словах, разумеется – у Осчика не было иной возможности давить на Вандара, но ссора с Вальдемаром в планы капитана не входила. А потому он принялся за уговоры:

– Как правильно заметил Дан, на Ахадире есть тысячи причин для беспокойства, и каждая из них могла заставить спорки бежать. Допустим, они ждали землетрясения. Или камнепада. Или мощного Знака, который должен был накрыть проклятый храм. Важно то, что они ушли, а разведчики не увидели опасности, из чего можно сделать вывод, что она миновала.

– Или не наступила, – рассудительно ответил галанит. – Твои разведчики плохо знают Ахадир.

– У нас есть цеппель, а значит, мы застрахованы от землетрясения и камнепада.

– И от Знака?

– Мы цепари, – напомнил Вандар. – Мы пережили немало Знаков.

– Спорки живут на Ахадире и лучше нас знают о местных опасностях, – не отступал Вальдемар.

– Они могут вернуться в любой момент, и нам придется воевать с ними, – веско произнес капитан. – Я считаю, что мы должны немедленно захватить храм. И тогда, вполне возможно, мы уже завтра отправимся домой.

Осчик с сомнением покачал головой:

– Не верится.

– Нам везет, чтоб меня манявки облепили.

Вандар закусил удила и отступать не собирался. Вальдемар понял, что капитан готов пойти на конфликт, а потому зашел с другой стороны:

– Баурда, а ты что скажешь?

Тот вздохнул.

Опытный следопыт понимал, что у спорки была веская причина для бегства и соваться в храм сейчас, когда об этой причине ничего не известно, крайне опасно. Спроси его мнение капитан, лучше всего – в разговоре один на один, Баурда предложил бы выждать, понаблюдать еще несколько часов. Но поддерживать галанита разведчик не хотел.

– Сейчас Камни без защиты, и мы можем подойти к ним. А риск… Боевые действия тоже небезопасны. Если спорки вернутся, придется воевать, и неизвестно, в каком случае погибнет больше людей.

– Рисковать будут те, кто пойдет внутрь, – произнес довольный Вандар. – Цеппель останется в воздухе, и мы всегда сможем вытащить ребят.

– А если дело не в землетрясении?

– Вальдемар, тебе нужны Камни? – устало спросил капитан.

Баурда усмехнулся.

– Хорошо, – вздохнул Осчик. – Идем к храму.

Горы, горы, горы…

Вандар приказал над ними не подниматься, идти к храму, прячась между скалами, где любой внезапный и достаточно сильный порыв ветра мог бросить огромный цеппель на скалу, а потому на мостике царило напряжение.

Самый опытный рулевой, предельно сосредоточенный и мрачный, вцепился в штурвал и не отрывал взгляд от лобового окна. Вандар ушел в машинное отделение, а вот Осчик решил остаться на мостике. Во-первых, ему было интересно, а во-вторых, капитана сменил Петер Хеллер, с которым Вальдемар давно хотел побеседовать.

Некоторое время старпом крутился поблизости от рулевого, внимательно следя за его работой, но потом подошел к стоящему у бокового окна галаниту.

– Любуетесь?

– Скучаю, – негромко ответил Вальдемар. – На аэроплане мы преодолели бы это расстояние гораздо быстрее.

– В горах нужно быть осторожным.

– Самолет не так сильно боится ветра, как цеппель.

– Вам доводилось летать?

– Разумеется.

– И как?

Аэропланы появились в Герметиконе недавно, и цепари еще не знали, как к ним относиться. С одной стороны, астринг на них не установишь, а значит, крылатые машины проигрывали цеппелям в главном – в умении прыгать от звезды к звезде. С другой, те, кому довелось полетать на шустрых самолетах, отмечали совершенно особые ощущения, которые им довелось испытать.

– Они быстрые и маневренные, – усмехнулся Осчик. – Рано или поздно они вытеснят цеппели.

– Аэропланы не умеют зависать. И берут мало груза.

– И на них не поставишь астринг, – махнул рукой галанит. – Я все это знаю, Петер, но остаюсь при своем мнении. Цеппелям останутся переходы, а на планетах будут править аэропланы. В этом нет никаких сомнений.

– Или паровинги.

– Аэропланы!

– Но почему?

– Потому что двигателям внутреннего сгорания нужен бензин, а не Философский Кристаллы. Аэропланы и автомобили позволят человечеству выйти из-под власти алхимиков Герметикона.