Твоя невеста из преисподней - Ирина Лакина

– Где мы остановимся? – я решила перевести тему.

– Я забронировал нам номер в гостинице в тихом центре. Неподалеку расположена «Опера». Оператор службы бронирования сказала, что это хороший, престижный район.

Егор поежился и вновь схватил меня за руку. Я немного приоткрыла окно, впустив в машину свежий парижский воздух с болотистым запахом Сены. Мой мужчина нервничал, и я не могла понять, в чем причина этой нервозности – моя невинная фраза, брошенная в минуты эмоционального порыва, или предстоящие события?

– Район «Оперы» – это девятый округ, – услышала я голос Флориана, – лучше будет, если мы остановимся непосредственно на Монмартре. У моего отца знакомый отельер как раз держит гостиницу неподалеку от Сакре-кер и кабаре. Мы окажемся в самой гуще событий, не нужно будет тратить время на дорогу. К тому же – это очень старинный район. Уверен, в его закоулках и подворотнях нам непременно подвернется тот, кого мы ищем.

Я была согласна с Флорианом, но заметив, как погрустнел Егор, не стала добавлять масла в огонь. Не хватало мне, чтобы они принялись спорить по таким пустякам. Между ними и так летали искры, воздух был напряженным, раскаленным от негативных эмоций, невысказанных взаимных обвинений.

– Если хочешь, мы остановимся там, где ты скажешь, – решила я поддержать любимого, – не вижу проблемы взять такси и добраться до нужного места.

– Нет-нет, – он замотал головой, – господину Прейда лучше известны места обитания ему подобных.

– Не старайся меня уколоть, у меня толстая шкура, – Флориан бросил на Егора полный превосходства взгляд.

Обстановка начала нервировать меня. Я похлопала водителя по плечу.

– Désolé, encore loin de Montmartre?^[3] – Вспомнила я уроки французского в школе.

– Non, presque là^[4] – ответил шофер, выезжая на мощеную улочку, упирающуюся в высокий холм.

– Это здесь, – Флориан рукой указал не возвышающееся старинное здание бледно-серого оттенка, которое показалось впереди.

Над зданием висела яркая вывеска Hotel le Square. Автомобиль поднялся вверх по мостовой и оказался на небольшой площади со сквериком. По периметру сквера располагались ряды художественных лавок. Аккуратные деревянные палатки пестрили акварелями, масляными холстами, произведениями гончарного искусства, и другой мелочовкой для интерьера. Рядом с палатками толпились их владельцы. Кто-то рисовал карикатуры, кто-то окружающий пейзаж и заходящее солнце, лучи которого пробивались сквозь тяжелые тучи, кто-то играл в домино за низким раскладным столиком под огромным пляжным зонтом.

В этом месте атмосфера Парижа чувствовалась особенно резко. Я словно оказалась в параллельной вселенной. Мы будто попали на съемочную площадку «Амели».

– Смотрите, чуть дальше знаменитое кабаре «Мулен Руж». Надо бы отправить туда Егора, – Флориан рассмеялся, радуясь своей пошлой шутке.

Авто остановилось возле входа в гостиницу. Прыткий метрдотель подбежал к багажнику и принял наши чемоданы.

– Он отправится туда только вместе со мной, – я вышла из машины и громко хлопнула дверью, не в силах контролировать одолевающие меня эмоции.

К своему стыду мне и самой захотелось отправить Егора куда-нибудь на час-другой. Ну почему я не в силах противостоять его магии?! Злость подкралась незаметно, схватила в свои тиски горло, начала душить.

– Идем, – Флориан подставил мне локоть, но я демонстративно прошла мимо.

В холле отеля было светло и уютно. В воздухе витали ароматы ванили и какао, на винтажных старинных столиках стояли вазы со свежими розами. Ткань на креслах времен Людовика XVIII переливалась позолотой.

– Старинный отель, – Флориан облокотился на стойку регистрации и расплылся в обаятельной улыбке, заигрывая с хостес – неприлично худощавой француженкой с птичьими глазами, – постройка XIX века. Здесь много чего интересного происходило.

– Я хочу кофе, – заявил Егор, потирая рукой лоб, – голова разболелась. Милая, закажи для нас двухместный номер, а я поищу ресторан.

– Никаких двухместных номеров, – Флориан стиснул зубы и гневно посмотрел на Егора. – Марина все еще под проклятьем. Еще спалит этот отель. Придется вам, голубки, потерпеть.

Егор насупился, но промолчал. С этим аргументом трудно было спорить. Особенно памятуя мою сожженную квартиру и едкий дым в его доме.

– Хорошо, – пробурчал он, – потерпим.

Он отдал мне паспорт и быстро зашагал прочь, скрывшись в итоге в темном коридоре за лестницей.

– Trois chambres simples, s’il vous plaît^[5]. – Я протянула администратору наши паспорта.

– Bien sûr, Madame^[6].

Девушка быстро застучала пальцами по клавиатуре компьютера. Через несколько минут, покончив с формальностями, мы получили три электронных ключа.

– Я провожу тебя, – не дожидаясь моего позволения, Флориан подхватил чемодан и покатил его к лифтам.

– Не стоило, правда, – я поправила рукой распущенные волосы и уставилась в пол, скрывая неловкость и смущение.

Близость этого мужчины пугала меня. Я теряла себя рядом с ним. Сердце колотилось так быстро, словно я убегала от погони. Адреналин в крови играл яркими красками. Отсутствие Егора добавляло ситуации остроты. Запретный плод был так близко, что руки сами тянулись к нему.

Тренькнул звонок подоспевшей кабины. Дверки распахнулись, впуская нас в зеркальное пространство лифта.

Я бросила на Флориана испуганный взгляд, но он лишь протянул мне руку и буквально затащил меня внутрь.

Звук закрывшихся дверей заставил меня подпрыгнуть на месте. Я поняла, что попала в его сети. Я оказалась в ловушке.

Каждая клеточка моего тела верещала от желания прикоснуться к нему, впиться поцелуем в его мягкие зовущие губы, прижаться грудью к его горячему торсу.

Флориан уперся ладонью в стену рядом с моим лицом. В нос ударил его аромат. Дыхание согрело кожу. Ноги подкосились. Я почувствовала, что сползаю по стенке.

– Прошу, – прошептала я, облизывая пересохшие губы, – не надо! Я люблю его!

– А я люблю тебя, – ответил он в самое ухо.

Тяжелый выдох вырвался из моей груди. Хотелось кричать от безысходности, топать ногами, колотить все, что попадется под руку. Я разрывалась между двумя мужчинами, не в силах противостоять своим чувствам.

Флориан провел по моей щеке кончиком своего носа, заставив меня задрожать от томительного ожидания ласки. Я поняла, что не смогу вырваться из его объятий. Он отпустит меня, только если сам захочет.