Герцогиня. Выбор императора - Галина Долгова

— Вот как… — пробормотал мужчина, откинувшись на спинку кресла. Он молчал и не сводил с Амилесты взгляда. Да, такого он не ожидал, и это было видно невооруженным глазом. В голове мужчины просто не укладывалось, что столь юная и строгая леди может спокойно обсуждать столь интимные моменты. И сейчас просто не знал, как реагировать. — Вы довольно прямолинейны, Амилеста, — наконец произнес он.

— Это моя работа, милорд. И я намерена выполнять ее не на «хорошо», а на «отлично». В данном случае я уже не женщина, а… ну можете считать меня врачом, которому не принято врать и недоговаривать.

— Мои врачи — мужчины, — выразительно произнес он, глядя ей прямо в глаза. — А вас крайне трудно не воспринимать как женщину. Красивую, молодую и… близкую.

— Вот именно. — Герцогиня смотрела прямо. Данный вопрос необходимо было прояснить сразу. — Я буду близко долго, поэтому будет лучше, если вы сразу станете воспринимать меня именно так, как близкого, родного, но бесполого мага. Лучше как сестру или племянницу.

— Я сейчас могу и оскорбиться, — нахмурился Ауриан.

— Не стоит, милорд. Но так будет правильнее.

— Я вам не нравлюсь?

— Вы мой сюзерен. И как любая женщина, я ревнива и злопамятна. К тому же мужчина в отношениях для меня не существует.

— А если отношения прервутся?

— Я буду чувствовать себя виноватой. К тому же, если мужчина с легкостью рвет отношения с одной женщиной, он так же легко порвет и с другой.

— Вы себя недооцениваете.

— Милорд, я маг. Я ваш придворный маг. В любом случае — я буду знать все. Вам оно надо? — Лес заломила бровь, отчетливо намекая на определенные моменты.

— Но вы же не можете причинить вред? — усмехнулся император.

— Вам? Нет. Но это не значит, что во всем Эталионе останется хоть одна женщина, кроме вашей супруги и дочери, кто рискнет оказаться рядом с вами. Даже ради вашей милости.

Лес сама не поняла, в какой момент разговор свернул в эту сторону. Хотя надо признать, что рано или поздно такой разговор бы все равно состоялся, и лучше рано, чем поздно. Так уж устроена человеческая натура — влюбляться в тех, кто рядом. А ей предстоит постоянно крутиться поблизости, а значит, интерес императора все равно бы проявился. А так… сразу дать понять, что нет и никогда. И он не в обиде, раз чувства не задеты, и ей спокойно.

— Значит, если мужчина свободен, то вы согласитесь? — сделал вывод Ауриан. — Претендуете на Астимиана? — прямо спросил он.

— Нет. Я его не знаю как человека. Но в его случае действуют те же правила. Хотя нет, простите, но, к сожалению, у его высочества вообще нет со мной шансов.

— И почему же? — заинтересовался Ауриан.

— Вы забыли, милорд? Я лично видела последствия интереса его высочества.

— Имеете в виду графиню Вэел?

— Да, и мне очень не хочется повторить ее судьбу.

— Вы и не повторите, — сухо ответил император.

— Почему же? Я тоже женщина, а его высочество слишком похож на вас, чтобы не увлечься им, — пожала плечами Лес, заметив, как взгляд мужчины сверкнул довольством и потеплел. — Только вот в отличие от вас принц Астимиан не уважает женщин вообще.

— Возможно, он просто еще не встречал женщин, достойных уважения?

— Вполне возможно, — не стала спорить девушка. — И сердце его тоже пока еще никто не затронул. Вот только боюсь, что пока его высочество, скажем, дозреет до этого, я вообще перестану его воспринимать как потенциального спутника. Я просто буду слишком много знать, в том числе о всех его похождениях. А как я уже сказала — я крайне ревнива и злопамятна. Плюс у нас с его высочеством слишком разное воспитание и личные интересы.

— Имеете в виду, что он не маг?

— Да. Я хоть и герцогиня, но провела почти всю свою сознательную жизнь при академиях и школах. У меня другие цели, привычки, устои… Если бы я была рождена и воспитана при дворе, я бы смогла принять и привыкнуть, но сейчас… к сожалению… Клянусь, ваше величество, если бы у вас был еще один сын, маг и не росший при дворе, у которого не было бы табуна фавориток, я бы была счастлива вам угодить. Но пока…

— Я понял. Вы рискованны, герцогиня. Вот так прямо…

— Я предпочитаю не врать, особенно близким людям. Но могу честно сказать, что в отношении его высочества я бы все-таки дала совет, если позволите.

— И какой же?

— Думаю, что для Эталиона будет лучше, если вы подберете ему в жены мага. Кровь правителей и так сильно разбавлена, а для империи, где половина аристократии владеет магией, правитель просто обязан быть не слабее.

— А что насчет ее высочества? — Император никак не прокомментировал слова герцогини.

— Ей я бы желала того же, только побыстрее.

— Побыстрее?

— Конечно. Ее высочество молодая девушка, которая входит в самую опасную пору. Страсти, влюбленности… но она принцесса, и ее честь — это главное достояние. К тому же не забывайте, что принцесса Иритания обладает долголетием эталийцев, а потому более-менее удачного брака с мужчиной, который постареет через три десятка лет, просто быть не может. Более того, он вполне может пожелать не оставлять свою леди после смерти или убить ее из ревности. С магом этой проблемы не будет. Вот только…

— Только что?

— Принцессе будет трудно, если она останется в Эталионе. Стать на одну ступень с теми, кто до этого тебе подчинялся, а то и ниже… Не все люди благородны, вы же понимаете.

— Интересные мысли… Необычные, особенно с учетом вашего возраста. Я учту ваше мнение, герцогиня.

— Милорд, я прошу вас, не обижайтесь. Просто я знаю себя. Я не смогу делиться, и от этого будет хуже всем. Но я прошу вас принять меня как друга.

— Хорошо, Амилеста. Знаешь, я не ожидал такого, и, признаюсь, у меня были некие мысли такого рода… ты очень необычная, красивая, умная… но ты права, так будет лучше. Ты вполне можешь пережить и меня, и Астимиана, а потому нам всем не нужны проблемы… По поводу же Амаланы. Леди Амалана мне дорога, но интересы моей семьи, ближнего круга и государства выше. Исходи из этих критериев. Как только что-то изменится в моем отношении к ней или другой леди — я сообщу. Что-то еще?

— Да. — Лес незаметно выдохнула, поняв, что гроза миновала. — Я бы хотела приступить сегодня к проверке ваших защитных заклинаний, если вы не возражаете.

— Не возражаю. Что тебе для этого будет надо?

— Ваше присутствие. Мне потребуется, чтобы вы, а потом члены вашей семьи посетили мою лабораторию.

— Хорошо. Думаю, это не проблема.

— Тогда если вы не против, то не могли бы отдать мне дневник?

— Дневник? Какой дневник? — Ауриан сдвинул брови.

— Дневник рода, — пояснила Лес и, видя непонимание на лице мужчины, добавила: — Это гримуар, который ведет придворный маг и передает его либо преемнику, либо, в случае внезапной гибели, перемещается к законному правителю или старшему рода. Там прописаны все заклинания, которые хоть когда-то были наложены на род и дворец. Без этого мне придется работать вслепую или, хуже того, снимать все чары, чтобы наложить их заново. После убийства барона дневник должен был переместиться к вам. Туда, где вы находились, — спальня, кабинет…