Отдай мое сердце - Макс Фрай

– Особенно если учесть, что страх тебе сейчас вообще испытывать не положено, – нахмурился Джуффин. – Благословение Гэйшери делает человека бесстрашным, а ты и без него совсем не трус. Это, получается, какой же силы должен быть ужас, чтобы ты его все равно почувствовал?! Интересная вырисовывается картина. Даже не ожидал.

– Заклинание Хамарра? – деловито спросил Кофа. – Оно как раз защищает тайны от провидцев. И вызывает у них неконтролируемый страх.

– Я тоже сразу о нем подумал, – кивнул шеф. – По описанию очень похоже. Но если так, то за этой грешной писулькой, – он хлопнул ладонью по листу голубой бумаги, – стоит как минимум один серьезный игрок. Эй, молодежь, знаете, что такое заклинание Хамарра? Вопрос риторический, догадываюсь, что нет. Оставшихся в живых знатоков можно пересчитать по пальцам. В эпоху Орденов некоторые мастера окружали этим заклятием свои самые сокровенные тайны. Особо настырных провидцев, которые не отступались после первых неудачных попыток узнать чужой секрет, оно сводило с ума. А у многих других просто навсегда отбило охоту всерьез колдовать. Страх такой силы мало кому на пользу. Ты-то, сэр Мелифаро, очень легко отделался, если это и правда оно. Больше не пытайся разгадать эту тайну. То есть пытайся, но старым добрым дедовским способом – думая головой. Можешь начинать прямо сейчас.

– Ладно, – согласился Мелифаро. – Головой, так головой.

С этими словами он метнулся на потолок и принялся по нему расхаживать. Выглядит, конечно, как дешевый школярский выпендреж, вроде позолоченных крыльев на его сапогах и полудюжины драгоценных укумбийских серег в левом ухе. Но Мелифаро и правда легче думать, находясь в движении, сидеть на одном месте для него само по себе тяжелый труд, отвлекающий от умственной деятельности. В кабинете особо не разгонишься, здесь всюду мебель и толкутся какие-то люди, в смысле мы все, зато на потолке – необъятный простор.

Поэтому на манеру сэра Мелифаро, задумавшись, скакать по потолку никто не обращает внимания, кроме разве что меня. Да и я – только из зависти. Для меня это до сих пор довольно непростое занятие, отнимающее уйму сил. Но я, конечно, старательно тренируюсь втайне от друзей и домашних, чтобы при всяком удобном случае пускать им пыль в глаза.

По потолку Мелифаро расхаживал мучительно долго – по его собственным меркам. То есть секунд пять. Наконец он спросил Джуффина, остановившись прямо над его головой:

– Я правильно понимаю, что это заклятие-благословение, которое накладывали на хулиганов, довольно редкая штука? Мне показалось, даже вы о нем ничего не знали – еще вчера, когда расспрашивали Кенлех.

– Правильно понимаешь. Я о нем узнал только сегодня ночью.

– И это точно оно, а не просто что-то похожее? Ошибки быть не может?

Я невольно улыбнулся, вспомнив, как взвился в ответ на такое предположение Гэйшери. Чем хороши несносные типы вроде него – на расстоянии их выходки сразу начинают казаться забавными. Вот уж кого можно полюбить всем сердцем только за то, что его прямо сейчас здесь нет.

Джуффин тоже улыбнулся; подозреваю, примерно с теми же мыслями. Но вслух сказал:

– Ошибка исключена. У нас надежный эксперт.

– Тогда это может оказаться дополнительной зацепкой, – оживился Мелифаро. – Кроме обычных следственных проверок – наличия у всех пострадавших от Благословения общих знакомых, их учебы в школах для начинающих магов вроде той, куда ходит Кенлех, и тому подобного, – надо искать людей, которые хотя бы теоретически имеют доступ к подобным тайнам. И тогда, если я хоть что-то понимаю в таких вопросах, все пути ведут в Иафах. В тамошней библиотеке куча древних рукописей, каких больше нигде нет. А имя главного подозреваемого, большого любителя библиотечных архивов, я назову только если вы выдворите из кабинета это чудовище, – злорадно добавил он, направив на меня указующий перст. – Они всегда заодно!

– Смешно, – без тени улыбки согласился Джуффин. – Но смех смехом, а я готов спорить, в библиотеке Иафаха ничего подобного нет. По крайней мере, леди Сотофа Ханемер тоже узнала о Благословении Гэйшери только минувшей ночью, одновременно со мной.

– А то она всему по книжкам учится! – возмутился Мелифаро. – Прямо целыми днями в библиотеке сидит!

– Целыми, не целыми, но в отделе древних рукописей Иафаха она в свое время знатно покопалась, – заметил Джуффин. И задумчиво добавил: – Правда, к тому моменту, когда Сотофа получила доступ к тайным хранилищам Орденской библиотеки, Нуфлин уже успел кое-что оттуда распродать. Он довольно рано понял, что шансов на долгую жизнь у него немного; все вокруг еще предрекали Магистру Нуфлину Мони Маху великую будущность, а он уже на Харумбу копил. Впрочем, это не имеет отношения…

– Слушай, а может, как раз имеет? – спросил я. – Если Нуфлин продавал древние рукописи, значит, кто-то их покупал? По-моему, это логично. И если так…

– Да, покупатель рукописей или его наследники вполне могли отыскать там упоминание о Благословении Гэйшери. Если конечно оно вообще хоть где-нибудь есть, что далеко не факт. Эта традиция могла просто передаваться в какой-нибудь семье из поколения в поколение. С древними тайнами так довольно часто случается – хранятся, никому не нужные, вперемешку с прочими полубезумными дедовскими заветами, пока в семье не рождается кто-то, способный по достоинству их оценить. Мне рассказывали, Орден Ледяной Руки именно так и возник: будущий первый Великий Магистр вовремя сообразил, какую пользу можно извлечь из глупой, как думали его родители и сестры, семейной легенды о Мертвой Руке.

– Может, так. А может, записки о Благословении Гэйшери купили какие-нибудь странствующие шиншийские принцессы, увезли невесть куда, а потом их внучки смастерили из них веера. Но проверить-то все равно не помешает.

– Не помешает, согласен. Но как ты себе представляешь такую проверку?

Я таинственно ухмыльнулся. Вот что-что, а эту проверку я представлял себе очень хорошо. В отличие от остальных следственных действий, которые для меня – темный лес.

Джуффин сразу понял ход моих мыслей и перешел на Безмолвную речь.

«Собираешься припахать Великого Магистра правящего Ордена для черновой следственной работы?»

«Да ну что ты. Я пока не настолько обнаглел. Максимум, на что я способен, – предложить своему другу захватывающее приключение в духе старых добрых Смутных времен. Незаконно вламываться в дома честных граждан с преступной целью перетряхнуть их неприкосновенные частные библиотеки – отличное занятие. Мне заранее завидно. Правда, теперь он умеет становиться невидимым, поэтому, пожалуй, обойдется без драк, что по-человечески довольно обидно. Но для дела даже хорошо».

«Думаешь, Шурф согласится задвинуть свои дела, чтобы поработать на нас?»

«На что только не пойдешь ради собственного удовольствия», – заметил я, в кои-то веки показав себя знатоком человеческих душ.

Впрочем, я и есть великий знаток человеческих душ, просто не всех подряд, а отдельно взятых. Можно сказать, избранных. Примерно двух.