Страж Вьюги и я - Лана Ежова

И все же Тьма еще та стерва, не щадящая своих воинов…

– Вопросы закончились? – поинтересовался Фрост, не подозревая, как плохо я думаю о его покровительнице. – Будем спать?

Я встрепенулась и активно замотала головой, забыв, что он на меня не смотрит.

– Нет. И не дождешься, мне тебя пытать и пытать!

– Я и не надеялся, что быстро отстанешь.

О. Он язвит?

– Это что?.. Эмоции?!

B нетерпении я приподнялась на оленях, почти утыкаясь макушкой в потолок. Тьма легко шевельнула волосы – по спине побежали мурашки. Щекотно. Страшно!..

Я легла на бок и уставилась на кромешника.

А ничего у него профиль… выдающийся… особенно ос.

– Тьма выжигает светлые эмоции, оставляя темные, – напомнил Фрост. – Не обольщайся, я фактически живой мертвец.

Уточнение прозвучало безмятежно, без единой капли горечи. Так о смерти говорит человек, проживший долгую, хорошую жизнь. Но ведь этого нельзя сказать о Фросте!

Ему тридцать два года. Всего лишь. Он молод, полон сил, ему рано прощаться с жизнью!..

Смутная идея обрела очертания и превратилась в дельный план по спасению одного отмороженного кромешника. Нужно сделать несколько уточнений и можно высказаться вслух.

– Эйден, поправь, если ошибаюсь, хорошо?

Имя вырвалось само. Ладно, себе признаюсь: называть кромешника не по фамилии понравилось.

– Ты встретил девушку здесь, в нашем граде? А когда?

– В день знакомства с тобой, Изольда. Мы могли пересечься с ней, когда я ехал по тракту на службу, или же когда спускался со стены за пирогами в трактир.

Ближайший принадлежал Хельге, но я все равно уточнила:

– B «Снежную ведьму»?

– Да.

– Если снова увидишь, поймешь, что она твой источник света?

Фрост молчал, и я заволновалась: мой замечательный план по спасению мог накрыться медным тазом.

– Думаю, да.

– Отлично! – На радостях я вскочила на ноги.

Точнее попыталась, забыв, что в пещере. Не вышло – только больно стукнулась макушкой о каменный, судя по ощущениям, потолок.

– Сильно ударилась?

Фрост приподнялся на локте и второй рукой попытался нащупать шишку. Волна смущения омыла меня с головы до пят.

– Нет, я в порядке, правда.

Он не слушал мои возражения – чуткие пальцы пробежали по коже головы, ласково гладя и слегка охлаждая. Чем это он? Неужели тьмой? Она холодная?

– Я почему обрадовалась? – уже спокойно заговорила, осаженная сводом нашего убежища. – Я знаю, как найти твою незнакомку. Послезавтра большая ярмарка.

– Ярмарка раз в неделю, – возразил мужчина, – необязательно, что она придет на эту.

Фрост сразу понял, к чему я веду – это понравилось, а вот его скептицизм – нет.

Нельзя сомнениями омрачать замечательные идеи – от этого они слабеют и сложнее воплощаются в жизнь.

– На эту придет непременно. Это же большая, последняя перед Переломом Зимы, и длится два дня. Каждая хозяйка да что-то не купила перед главным праздником северных земель.

– Что предлагаешь? Стать в центре площади и озираться по сторонам? – Все-таки он язвил, хоть и отрицал это.

– Нет, зачем? – предвкушая развлечение, я потерла руки. – Мы тоже растрясем кошельки. Но начнем это делать с самого открытия ярмарки и до ее конца. Мы обязательно найдем твою незнакомку, если не в первый, то во второй день!

Мой оптимизм кромешник не разделял – кажется, я ощущала его сомнения всей кожей.

– На этой неделе у меня остался один дневной выходной.

– Ничего, можешь с кем-то поменяться.

Я верила в свою затею от души, и какие-то мелочи вроде неудобного графика испугать не могли.

– Кстати, ты же ни разу не отмечал Перелом зимы?

– В Давелии нет такого праздника.

– А зря. Он замечательный – веселый и яркий. А знаешь, чем ещё он хорош? – Фрост не ответил, и я нарочито бодро продол ила: – Выбирают лучшего стража года. Я отдам свой голос за тебя.

Он снова промолчал, и я обиделась. Вот так да?.. Я пытаюсь расшевелить, заинтересовать, а ему как будто все равно. Да я подвиг совершаю, на самом-то деле, – собираюсь отдать своего фиктивного мужа неизвестной девице. Отдам идеального – заботливого, надежного, терпеливого и молчаливого – мужа, надеюсь, в добрые руки.

Понятно, нам придется развестись раньше, чем планировали, но что не сделаешь ради спасения хорошего человека?

Эх, какая же я добрая… дура. Или нет? Все ж мы не настоящие супруги, а верные союзники, что тоже немало.

Усмехнувшись печальным мыслям, попыталась усмирить вихрь эмоций. Я дол на помочь Фросту, хоть и не сильно-то по душе отпускать его. Предлагая простой, но действенный план по поиску, не сразу осознала, что меня коробит от идеи.

Сожаление, что вскоре расстанусь с ним, царапалось в глубине души маленьким пищащим ньйором – слепым и оттого ещё беспомощным.

Не мой мужчина и никогда не будет моим, так почему жаль отдавать его другой?

Гипотетической идеальной девице, выбранной Тьмой?..

Так, хватит думать о грустном. Лучше лечь спать, но прежде задам последний вопрос.

– Эйден, а почему ты здесь? Зачем устроился стражем в крепость вместо того, чтобы путешествовать по империи и Латории в поисках своей избранной?

Логично же, что лучше потратить время на розыски, чем служить на задворках чужого королевства.

Φрост перевернулся набок, лицом ко мне.

– В тридцать два для поисков поздно, шанс упущен. Я здесь, чтобы помочь вьюжанам пережить буран.

– О… – Слов подобрать не смогла, одни междометия.

– На какие районы северных земель припадет главный удар бурана, неизвестно, – продолжил объяснять Фрост. – И наш кронпринц направил по кромешнику в каждую крепость-град, чтобы усилить защиту.

– Тоже инкогнито?

– Да, чтобы не сеять панику. С тех пор как угроза немертвых миновала, в помощи ордена особой нужды нет – КУМ готовит отличных специалистов.

Почему у меня такое ощущение, что он говорит и обо мне в том числе? Или же просто хочется так думать. Оказывается, я тщеславна.

Я слабо улыбнулась:

– Ректор Йохенссельский был бы рад услышать твое мнение.

Улыбка не сходила с лица, даже когда навалилась сонливость. День выдался тяжелым, сказывалось нервное напряжение.

Уже уплывая в дрему, задала уж точно последний вопрос, подброшенный неуемным любопытством: