Желанная - Ольга Герр

Я провела пальцами по груди Тора, следуя рельефу мускул. Чувствовать, как каждое мое прикосновение отзывается в нем напряжением мышц — наслаждение. Сейчас я главная и я же подчиняюсь. Быть одновременно госпожой и рабой невероятно заводит.

Тор снова накрыл мои губы поцелуем, и я забыла обо всем на свете. На этот раз он действовал смелее. В ответ на движения его языка сердце застучало так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. В ушах стоял шум морского прибоя — от возбуждения бурлила кровь. Никогда в жизни я еще так не хотела ни одного мужчину.

Впрочем, он желал близости не меньше. Доказательство его страсти натягивало ткань на штанах в районе паха. Тор снял сорочку — единственное, что к тому моменту осталось на мне, а после стянул свою рубаху через голову и принялся за штаны. Покончив с ними, снова переключился на меня. Он действовал одновременно нежно и жадно. Куда подевался тот мужчина, что взял меня в общем зале при всех, не заботясь о моем удовольствии? Сейчас в центре его внимания была я. Тор понимал меня без слов. Целовал именно там, где я хотела. Касался там, где необходимо. И все это время он сдерживался, хотя я чувствовала по напряженному телу: он на пределе.

Я тоже не могла больше терпеть. Развела ноги и обхватила мужа за талию, раскрываясь и показывая, что готова. Давай, сейчас, хочу тебя. Кажется, я произнесла это вслух. А, может, он прочел это в моих движениях, но ждать себя не заставил.

С негой было покончено. Во мне Тор двигался уверенно, сильно, наращивая темп. Наши пальцы переплелись, губы в очередной раз встретились в страстном, глубоком поцелуе. Мы вжимались друг в друга, словно пытаясь стать одним целым. И на краткий миг нам это удалось. Дикое, сумасшедшее удовольствие соединило нас прочнее любых других уз.

Последнее, что ощутила: затихающие толчки мужчины и обжигающую влажную волну внутри себя. Невольно дернулась навстречу мужу в конвульсии, а после распласталась на кровати, уставшая, но довольная.

Чудесное мгновение закончилось. Мы снова распались на части. Теперь уже два вместо одного. И между нами по-прежнему стена недомолвок и ров недопонимания. Ни одна крепость не защищена так хорошо, как наши сердца друг от друга.

…На следующий день я проснулась счастливой. Давно на душе не было так легко и светло. Кажется, впервые в жизни у меня есть все, о чем мечтает женщина: сын, муж, дом.

А к новому миру можно привыкнуть. Да я уже привыкла. Переселение сюда ничтожная плата за сбывшуюся мечту. Имелись, конечно, и минусы. Среди них мародерство. Но мой муж — тойон крепости. Я надеялась, повлиять на него в лучшую сторону и уговорить оставить мародерство. Вместе мы воспитаем Ивара достойным человеком.

И лишь одна червоточина портила идеальное утро: сложно было не думать, что Тору нужна не я — самозванка Анна, а настоящая Алианна.

Я хотела, чтобы он узнал правду, и ужасно боялась, что узнает. Вот такое противоречие. Его причина крылась в чувствах самого Тора. Я опасалась: если обман раскроется, Тор отвернется от меня.

Открыв глаза, я потянулась. Хватит грустных мыслей! Надо уметь радоваться тому, что есть. Рука наткнулась на плечо мужчины рядом. Перекатившись, опустила голову ему на грудь и прислушалась к размеренным ударам сердца. Нежилась недолго, Тор тоже проснулся. Одним ловким движением он перевернул меня на спину и подмял под себя.

Приятно было ощущать вес мужчины, смотреть в нависшее надо мной лицо. Коснувшись ленты в его волосах, произнесла:

— Хочу, чтобы ты ее снял. Я вплету тебе новую.

— Не знай я, что это твоя лента, решил бы, что ты ревнуешь.

Я и правда ревновала. К Алианне. Может, я захватила ее тело, но я — не она.

— Просто хочу избавиться от напоминаний о прошлом.

— Дай мне привыкнуть к настоящему, — нахмурился мужчина.

Похоже, я рано радовалась. Тор не походил на того, кто верит в безоблачное будущее. Ему потребуется время, а мне — терпение.

Вскоре в дверь постучали. У тойона много дел, от него зависит целая крепость и множество людей, так что Тору пришлось уйти. А я имела полное право еще поваляться в кровати.

Взгляд переместился на прикроватный столбик — мой тайник. Нужен ли он теперь? Зачем мне бежать и куда? От счастья бегают только глупцы.

Я встала позже обычного и только одевалась, когда зашла няня. Она позвала меня на прогулку с Иваром. Мы договорились пойти к маяку — любимому месту сына. Ивар, как и я, был очарован древней башней. Он верил, что внутри живут привидения. Это и пугало его, и восхищало.

— Я с удовольствием пойду. Устроим пикник. В прошлый раз было замечательно. Илва, — окликнула молодую рабыню, так как Руна занималась моей прической. — Собери продукты для пикника и жди нас у ворот.

Я планировала пойти вместе со всеми, но Ивару не сиделось, и няня отправилась с ним во двор.

— Мы будем внизу, — сказала она.

— Хорошо, — кивнула. — Я присоединюсь к вам, едва приведу себя в порядок.

Ловкие пальцы Руны быстро справились с волосами. Минут через двадцать я уже спустилась во двор и наткнулась там на няню. Только Ивара поблизости не было.

— Где мой сын? — спросила у женщины.

— Я отлучилась за пледом для пикника, — пояснила няня, — и оставила ребенка с вашей рабыней. Должно быть, они пошли к маяку.

Ничего из ряда вон не произошло, но сердце сжала тревога. Всему виной предсказание кликуши. Я словно наяву услышала ее голос: «С Иваром сыном Вилфреда будет покончено!».

Не ответив няне, я поспешила к воротам. К счастью, они стояли распахнутыми настежь — возвращались с утренним уловом рыбаки — не пришлось ждать, пока их откроют.

Я выбежала в поле и сразу увидела Ивара с рабыней — две маленькие точки у подножия маяка. Та, что поменьше, играла в опасной близи к обрыву, с каждой секундой подбираясь к пропасти. Та, что побольше, стояла в стороне и наблюдала за тем, как мой сын движется к неминуемой гибели.

— Ивар! — я сорвалась с места.

Так быстро никогда не бегала. Казалось, ноги не касаются земли, а за спиной выросли крылья, несущие меня к сыну. Мальчик не слышал криков — ветер уносил их в противоположную сторону. Он играл у самого обрыва, не обращая внимания на пропасть внизу. Один неверный шаг, и Владыка мертвой воды получит новую жертву.

Первой меня заметила Илва. Страх на ее лице говорил о том, что происходящее не случайность. Кто-то подговорил ее убить моего сына, а точнее позволить ему погибнуть.

Я успела вовремя, подхватила Ивара на руки за мгновение до того, как его ножка соскользнула с обрыва. Вместе мы повалились на землю, и я отползла от края, прижимая сына к себе. Ребенок плакал и вырывался. Мое неожиданное появление напугало его, но лучше так, чем найти малыша внизу с размноженной о камни головой. Задержись я хоть на миг, и все было бы кончено.

К нам подбежала запыхавшаяся няня.