Dagome iudex: трилогия - Збигнев Ненацкий

— Как же мне давать советы, если убит мой змей, а ты не нашел и не наказал его убийцу? Говорила я тебе, чтобы ты на троне в Ленциу оставил горбатого Оржи.

Тут в сердце Семовита проклюнулись подозрительность и ревность.

— Красивое лицо у Оржи, — произнес он, немного подумав. — Лебедь Рыжий говорит, будто бы Оржи женщин околдовывает. Ты, случаем, не находишься под его чарами? С тех пор, как я выгнал Оржи из Ленчиц, когда держу тебя в объятиях, у меня такое чувство, что ты сделалась мне чужой и враждебной.

— Это потому, что убили моего змея. Найди виновника и убей его, — ответила Валяшка. — Еще мне неприятно, что ты не послушал моих давних советов. Это Оржи открыл для тебя врата Ленчиц. И это Оржи вызвал, что испугался тебя Лебедь Рыжий, присоединяя к твоей армии и свою дружину. Кто платит неблагодарностью за заслуги, друзей не добывает.

Нет, не открыла она мужу правды. С тех пор, как Семовит дал разрешение на бой Оржи с Лютко, а потом выгнал Оржи из Ленчиц, еженощно снился Валяшке не ее супруг, но именно Оржи. Вот что интересно, что у некоторых женщин не будит восхищения и телесного желания красавец до совершенства, но эти восхищение и привлекательность пробуждает чье-то несовершенство, сопровождаемое жалостью и сочувствием. Женщины одинаково сильно любят и мужское уродство, и мужскую красоту. Каждую ночь снился Валяшке горбатый Оржи и его глаза в оправе из длинных ресниц. И желала она его во сне столь сильно, как никогда не желала своего супруга наяву.

Заканчивался как раз месяц цветения вереска. С высокого обрывистого берега Висулы видел Семовит растягивающуюся на другом берегу громадную пущу, в которой скрывался Чема со своей армией. Время от времени воины замечали кружащиеся по той стороне реки разведывательные отряды Чемы и приданных в помощь Чеме воинов Ватая, одетых в пурпурную верхнюю одежду. Их заданием было вовремя предупредить Чему и его прячущуюся в чащобе огромную армию, что Семовит уже начинает переправу на правый берег Висулы, так что пора вступать в бой. Для Семовита и его командиров было очевидным, что Чема не собирался допустить, чтобы противник перебрался через реку и мог навязать сражение на суше. Гораздо более легкой задачей казалась защита реки Висулы, чтобы воины Семовита не могли перебраться через нее на лодках и плотах. «Чема хочет утопить моих воинов в реке», — утверждал Семовит. Потому он все время тянул с переправой, приказывая строить все больше плотов и лодок. Чему следовало застать врасплох громадным числом переплывающих воинов Семовита. Ведь по сведениям, которые доставили шпионы, высланные на правый берег, Чема прятал в лесу гораздо больше воинов, чем имелось их у Семовита, поскольку помощь ему оказывали отряды повелителя Червеня, князя Ватая. По этой-то причине чуть ли не каждый вечер в шатре Семовита собирались его командиры и, попивая пиво или сытный мед, советовались, то ли ударить на Чему всей силой в лоб, то ли попробовать перебраться в нескольких местах сразу, распыляя силы противника. И каждый вечер спрашивал Семовит у Валяшки:

— Скажи, что мне следует делать? Ударить целой армией в одном месте или же переправиться небольшими группами чуть выше и чуть ниже по течению Висулы. Что лучше: разделить армию или атаковать всем вместе?

Валяшка неизменно отвечала на это:

— Не могу я тебе ничего посоветовать, так как убили моего змея. Найди его убийцу.

Так начался месяц паждзерж — октябрь, а Семовит никак не мог найти убийцы священного змея. Его армия строила все новые и новые плоты, но приказ на переправу никто не отдавал. Никто не мог убедить Семовита, что будет наиболее верным: ударить с фронта или же переправляться небольшими группами в разных местах.

Как вдруг однажды, работая веслами против течения реки, приплыла с севера лодья с несколькими воинами. Среди них был посланец от Арне, Мыны и князя Ляха. Этот посланец сообщил Семовиту, что Арне, Мына и унязь Лях захватили Плоцк, Рацёнж и град Цехана, увеличили свои силы армией мазовшан, захватывая град за градом, дошли до реки Вепш и до берега реки Висулы, что означало, что они отобрали у Чемы часть державы лендзян или же ляхов. С гордостью рассказывал посланец Семовиту, как князь Мына во главе небольшой группы верховых воинов сумел загнать в реку Тышменицу один из отрядов войск Чемы и утопил его в болотах.

— Благородная госпожа Арне, ее муж — князь Мына и князь Лях решили, — сообщил посланец в конце, — что, зная твою доблесть, они оставляют тебе расправиться с головной армией Чемы. Сами же они отправятся в сторону Червени, чтобы там помериться силами с Ватаем.

Семовит отправил посланца, а сам вызвал к себе Лебедя Рыжего и других командиров.

— Вы все трусы! — кричал он на них. — Благородная Арне, Мына и князь Лях провели десятки битв и добыли десятки градов, дойдя до рек Вепш и Висулы. А что делаете вы? Все время лишь считаете построенные плоты и не можете решить, как нам переправляться через реку. Дойдет до того, что Арне, Мына и Лях победят Ватая и добудут грады Червени, а мы все так же не будем уверены, атаковать Чему с фронта или же переправляться группами.

— Мы ожидаем твоего приказа, господин, — робко отозвался Грабиш. — Мы уже давно готовы напасть на Чему. Это ты тянешь с приказом.

Охватил гнев Семовита. Ибо ничто не взывает такого гнева у повелителя, как слова правды о его неправильном поведении. Выступила пена на губах Семовита, вытащил меч из ножен и, крича: «Это ты убил священного змея, и это ты привел к смерти ленчицян», — вонзил лезвие в живот Грабиша и лишил того жизни в своем шатре. После того приказал он вытащить мертвое тело в центр лагеря и известил всем воинам, что Грабиш был изменником и потому напал на возвращавшихся домой воинов из Ленчица. И еще Семовит отдал приказ, чтобы уже утром все войско находилось на плотах, поскольку пришел, наконец-то, день окончательной расправы с Чемой.

Но когда утром в страшном беспорядке войско Семовита вступило на плоты и переправилось на другой берег Висулы, все убедились, что противника там нет. На правом берегу шумела безлюдная пуща. Ведь князь Чема тоже получил весть о победе Арне, Мыны и Ляха, и, опасаясь удара в спину, решил отвести свои войска для обороны Червенских градов… Так что теперь вся Сандомирская Пуща была открыта для войска