Потомки джиннов - Элвин Гамильтон

Наверное, с розыгрышем пора было кончать, но я не могла припомнить, когда так смеялась последний раз, с тех пор как стала участницей этого проклятого мятежа — после бегства из Страны дэвов уж точно.

— А что скажешь насчёт боя в Ильязе? — не унималась я. — Правду говорят, что Синеглазого Бандита там окружили со всех сторон?

— То, что другие называют окружением, для меня лишь приманка для врагов, — нисколько не смутившись, задрал он веснушчатый нос, в то же время притягивая меня к себе за руку.

— Говорят, Синеглазый Бандит получил там страшную рану в бедро… — Мы стояли уже почти вплотную друг к другу. — Можешь показать свой шрам?

— Моя прелестница так напориста… — Широко улыбнулся северянин. — В моих родных краях одежду скидывают не так быстро. — Он задорно подмигнул.

— Ну, тогда я покажу! — Отступив назад, я распахнула халат и приподняла подол рубашки, обнажая огромный уродливый шрам на бедре, который трудно было не заметить даже в вечерних сумерках. — Мне говорили, он примерно такой, да?

За такую ошарашенную физиономию, наверное, стоило бы отдать всё добро, что он успел протащить к Шире в гарем. А может, стоило и рискнуть, выдавая себя. Даже если глупость, но удовольствие я получила ни с чем не сравнимое.

Чужеземец оторопело отпустил мою руку, и я быстро привела в порядок одежду.

— Да, кстати, при Фахали я тебя тоже что-то не помню, — добавила я, глядя, как он смущённо чешет в затылке. — Галаны, пустыня, горящие заживо люди с обеих сторон — всё было, а вот тебя точно не было!

Он больше не выпендривался и смотрел на меня с искренним интересом. Между тем я продолжала:

— Теперь понятно, почему все думают, будто я могу появляться в двух местах одновременно… а также откуда берутся упорные слухи, что Синеглазый Бандит пользуется большим успехом у женщин.

В самом деле самозваный Бандит был необыкновенно хорош собой и знал это, пускай сейчас и выглядел несколько подавленно.

— Ну что тут сказать… — смущённо улыбнулся он. — Я прихожу в дома, чтобы забрать ценности, а заодно женщины дарят мне свои сердца.

Он подмигнул Шире, и она загадочно улыбнулась, продолжая нюхать цветок плюща. Ну нет, моя двоюродная сестра слишком расчётлива, чтобы отдать сердце за просто так. Скорее использует, как и других, ради себя и своего будущего младенца.

— Значит, это и есть твоя лазейка на свободу? — повернулась я к ней.

Шира с самодовольным видом повертела цветок в пальцах.

— Сэм ходил сюда, чтобы… ухаживать за Миассой, одной дурочкой из султанских дочерей. Я заметила, как она то и дело прибегает вся растрёпанная, и выследила. Глупо с её стороны… ведь она уже обещана эмиру Башиба. Я обещала не говорить её отцу, а взамен попросила Сэма об услуге.

— Да нормально всё, — пожал плечами северянин, давая понять, что ум Миассы его мало интересует. — Эмир нечасто здесь бывает, так что Синеглазому Бандиту нетрудно и теперь навещать её.

Моё негодование наконец прорвалось:

— Может, хватит про Бандита, а? Я его слишком хорошо знаю! Кто ты такой на самом деле?

— Ну, вообще-то… — Улыбнулся он, прислоняясь к стене. — Стоит ли так уж винить паренька, если он иногда надевает чужую личину? Откуда мне было знать, что настоящий Синеглазый Бандит такой… такой… — Он смерил меня взглядом, задерживаясь на тех местах, где я успела нагулять жирок за время сытой жизни. За мальчишку теперь мне было никак не сойти. — Короче, такой вот. Да я и сам бандит… точнее, вор. Когда пошли все эти слухи, было бы просто глупо не воспользоваться своей… м-м… благоприятной внешностью. — Его синие глаза насмешливо подмигнули. — Вы не поверите, насколько помогает в нашем деле хорошая репутация! Тем более заслуженная. Хотя… если Синеглазый Бандит так хорош, то как его занесло сюда?

Я подавила острое желание отвесить ему пинка.

— Скажи лучше, как ты сюда проникаешь?

— Я же альб, — снова пожал плечами Сэм, как будто это всё объясняло, но, заметив моё недоумение, продолжал: — У нас в стране магии хоть отбавляй. У меня бабка по отцу фея, и прабабка по матери — тоже. — Так северяне называли своих джиннов, только там они созданы Всевышним из земли и воды. — Мы можем проходить сквозь камень… видишь? — Облокотившись на стену, он наполовину провалился в неё.

Я ошеломлённо покачала головой. Если подумать, умение нисколько не хуже моего.

— Как же альбийского вора занесло в Изман?

— В Альби моими талантами никого не удивишь… — Сэм выпрямился, вытаскивая руку из стены, по каменной кладке пошла лёгкая рябь. — Вот я и решил применить их в вашей пустыне, где владельцы драгоценностей ещё с таким не сталкивались. Обычай запирать ценности в железный ящик до вас ещё не добрался.

Он не лгал, я видела, но всё же чего-то не договаривал. Деньги и ценности можно добыть в других местах куда легче, чем в Измане. Например, в землях, куда ещё не докатилась война. Тем не менее я получала как раз то, что хотела, — возможность передать весточку за стены гарема. У нас в Пыль-Тропе не привыкли смотреть в зубы дарёному коню.

Взяв сестру за руку, я отвела её подальше от ушей фальшивого Бандита. Она сердито отстранилась, но сейчас было не до обид.

— Скажи мне честно, Шира, этому воришке можно доверять? В смысле что-то важное — например чужие жизни?

— Я посылала с ним письма в Пыль-Тропу… моим родным. — Последнее меня покоробило. Неужели даже теперь она не упускает случая напомнить, что ни общая кровь, ни детство под одной крышей не делают меня своей? — Ну ещё денег немного.

Я уже давным-давно не вспоминала о Пыль-Тропе, разве что в очередной раз благодаря Всевышнего, что оттуда выбралась, но сейчас невольно представила, какой ужас там творится. Оружейная фабрика взорвана, работы больше нет — остаётся только уезжать, чтобы не умереть с голоду.

Шира доверила северянину деньги, которые могли спасти её семью. Значит, и мне стоит рискнуть… ради своей.

Я решительно повернулась к Сэму, который безуспешно пытался снова повязать куфию.

— Ты мог бы передать за стену послание?

— Само собой! — Он подсунул край куфии не с той стороны, и я невольно поморщилась. — Сколько?

— Сколько чего? — не поняла я.

— Э-э… Сколько денег ты заплатишь за то, чтобы я передал? — старательно выговорил он, вероятно, засомневавшись, что ранее правильно выразился.

Я глянула на сестру, но та выразительно растопырила пальцы без колец.

— Султим считает меня скромницей… — Благословенная султима и в самом деле очень мало пользовалась украшениями. Та же Айет дребезжала золотыми браслетами от запястья до локтя при каждом движении. — Просто я сразу пускаю в дело всё, что он дарит, — объяснила она. — В гареме всё продаётся и всё покупается, особенно безопасность. Тот, кто этого не понимает, едва ли выживет.